Далеко от яблони. Родители и дети в поисках своего «я» - Эндрю Соломон

Исторически изнасилование рассматривалось не как насилие в отношении женщины, а как кража у мужа или отца, которому принадлежала эта женщина и который пострадал от оскорбления и понес материальный ущерб (например, лишился возможности выдать дочь замуж)[1197]. Кодекс Хаммурапи описывает большинство жертв изнасилования как прелюбодеек[1198]. 1000 лет спустя афинское государство, отдавая приоритет защите родословных, относилось к изнасилованию и прелюбодеянию таким же образом[1199]; английское право XVII века занимало аналогичную позицию[1200]. Классическая мифология изобилует изнасилованиями[1201], часто со стороны распутного бога. Зевс изнасиловал Европу и Леду, Дионис – Ауру, Посейдон – Этру, Аполлон – Эвадну. Примечательно, что в результате каждого из этих изнасилований рождаются дети, и они не являются олицетворением стыда, а наполовину бессмертны. Изнасилование весталки Марсом привело к рождению Ромула и Рема, близнецов, основавших Рим. Позже Ромул организовал изнасилование сабинянок[1202], чтобы заселить свой новый город. В эпоху Возрождения изображения этого события часто украшали свадебные сундуки. Тем не менее враждебность, которую может вызывать такое происхождение, также давно признана. В древних и средневековых обществах женщинам, рожавшим детей, зачатых в результате изнасилования, разрешалось позволить им умереть, бросив их на произвол судьбы[1203].

Женоненавистничество широко присутствует в трактатах об изнасиловании на протяжении всей истории. Великий римский врач Гален утверждал, что женщины не могут зачать ребенка в результате изнасилования, имея в виду – без оргазма, основанного на удовольствии и согласии[1204]. Августин, обещая женщинам, что «дикая похоть, надругавшаяся над ними, будет наказана», также отмечает, что изнасилование делает женщин скромными, «независимо от того, были ли раньше они высокомерны в отношении своей девственности или чрезмерно любили похвалы, или они бы возгордились, если бы насилия не было»[1205].

Женщина в американских колониях не могла заявить об изнасиловании; ее муж, отец или, если она была служанкой, работодатель должен был представить дело мировому судье. Идея заключалась в том, что женщины склонны выдвигать такие обвинения, чтобы скрыть незаконные сношения по обоюдному согласию. Этих женщин признавали виновными, если они не могли доказать обратное. В пуританском штате Массачусетс женщину, забеременевшую в результате изнасилования, привлекали к ответственности за прелюбодеяние[1206]. Эти привычки обвинять женщин начали меняться только со стартом движений за социальную справедливость в начале XIX века. Газета Kingston British Whig писала в 1835 году: «Плохой характер женщины не должен быть поводом оставить ее без защиты закона»[1207]. Изнасилование чернокожих женщин в США не признавалось изнасилованием: вы же не могли считаться насильником своей собственности; и дети, зачатые в результате таких изнасилований, сами становились рабами[1208]. Чернокожих мужчин, обвиняемых в изнасиловании, часто признавали виновными, если не убивали без суда; белые мужчины часто рассчитывались наличными со своими белыми жертвами, чтобы избежать судебного преследования. В 1800-х годах главной заботой судов была защита белых мужчин, которые могли быть ложно обвинены. Чтобы мужчину привлекли к ответственности за изнасилование, женщина должна была продемонстрировать, что она сопротивлялась[1209], обычно показывая доказательства телесных повреждений, и каким-то образом «доказать», что эякуляция произошла внутри нее.