Какая чушь. Как 12 книг по психологии сначала разрушили мою жизнь, а потом собрали ее заново - Мэриэнн Пауэр

Понедельник, 17-е. Все ещё бешусь снаружи и рыдаю внутри. Больше всего на свете хочется зарыться головой в песок. Но нельзя. Я должна с этим справиться, побыстрее сорвать этот пластырь.

Кейт предлагает взглянуть на свои счета, чтобы вычислить так называемые «финансовые энергетические дыры» – траты, которые приносят больше плохого, чем хорошего, – и прекратить или урезать эти траты.

Глядя на мои счета, можно было сделать вывод, что у меня нет кухни. Даже чайника нет. 50 % всех моих трат приходилось на счёт Starbucks, Costa Coffe, Strada, Waga-Mama, этого паба, того паба…

Следующими шли траты на косметику. Сухие шампуни, 25 фунтов за баллон, ногти – следующие 25 фунтов, 41 фунт на туфли бог знает зачем, 22 – на идиотские витамины в Holland and Barrett, 70 фунтов на кремы для лица, 60 на воски. Я была классическим представителем поколения «я этого достойна, даже если не могу себе этого позволить». Я говорила себе, что это инвестиция, как будто если я буду хорошо выглядеть, то… то что? То встречу мужчину своей мечты? То получу повышение?

И это я ещё даже до одежды не дошла. Я не покупала слишком много, но если и покупала, то никогда не брала дешевое. 150 фунтов пошли на джемпер, который я поленилась стирать руками и который теперь был обречен провести остаток своих дней на дне моей бельевой корзины.

Я также обнаружила, что мой средний телефонный счёт составляет 143 фунта в месяц. 143 фунта. Да мне даже не нравилось разговаривать по телефону!

Потом было 14 фунтов в месяц за подписку на журнал, пара прямых дебетов, которые я не смогла опознать и которые, возможно, лежали на моем счету годами. И наконец, мистически исчезающие наличные: 100 фунтов там, 100 фунтов тут – и я понятия не имела, на что их потратила. С таким же успехом они могли раствориться в воздухе.

Я истратила несколько лет хорошей зарплаты на высокие каблуки, похмелье и бесконечные идиотские кофейни. Мне стало плохо. Я чувствовала себя пристыженной и смущенной. Что за хренова идиотка. Всё время, пока я разбиралась со своими счетами, я думала о маме. Она бы никогда не потратила 150 фунтов на кашемировый джемпер, который ей лень стирать. Она каким-то образом умудрялась выглядеть на миллион долларов, закупаясь в дешевых торговых центрах. Она знала цены на все. «Тебе нравится мой топ? – спрашивала она. – Это стопроцентный шелк – 20 фунтов со скидкой. А до этого стоил 60! А брюки? Чистый лен – и всего 15 фунтов, а без скидки 45».

Она не ходила по ресторанам и никогда не стала бы тратить 2,5 фунта на кофе, который могла сделать дома за пару пенни. Она покупала еду в конце дня, когда та выставлялась со скидкой. Она могла неделю жить на то, что я тратила на идиотский тост с авокадо в идиотской хипстерской кофейне. Тем вечером она постучалась в дверь моей спальни, где я сидела в окружении бумажек.

– Ты как? Хочешь чаю? – спросила она.

– Нет, спасибо.

– Как твои дела?

– Не очень хорошо. – Мой голос сломался, я начала плакать. – Я была такой идиоткой.

– Что, всё настолько плохо?

– Не скажу. Но да, настолько.

– Ты жила жизнью, которую не могла себе позволить, Мэриэнн, – сказала она.

– Я знаю! – воскликнула я.

– Ты всегда говоришь «я знаю» и продолжаешь делать то же самое.

– Я знаю.

– Тебе станет лучше, если ты урежешь свои расходы. Мне гораздо больше нравится копить деньги, чем тратить их. Безопасность – прекрасное чувство. Ты должна взять свою жизнь под контроль.

– Я знаю.

На самом деле я ничего не знала. Я никогда не чувствовала себя в безопасности, если дело касалось денег. И я не знала, как контролировать хоть что-нибудь.

Позвонила Джемма.

– Что случилось? – спросила она.

– Ничего.

– Вот не надо, я все слышу по твоему голосу.

Я рассказала ей вкратце, что происходит, но без упоминания цифр.

– Чувствую себя ужасной, – сказала я.

– Ты не ужасная, ты щедрая, и это хорошо, просто, может быть, стоит немножко поубавить свою щедрость на время, – сказала она.

Я услышала, как Джеймс плачет на заднем фоне, и мне стало стыдно, что я отнимаю время, которое она должна посвящать своему новорожденному сыну.

Вот уже вторую ночь на этой неделе я проплакала, пока не уснула.

На следующий день я чувствовала себя спокойнее – это было то самое спокойствие, когда ты больше не в силах тратить энергию на жалость к себе. Мне нужно было дать себе время, чтобы столкнуться с монстром на чердаке. Должно было произойти кое-что важное.

Кейт говорила, что очень важно складывать свои финансовые отчеты в «сильные контейнеры».

Она рекомендовала красные папки (в фэншуе красный – цвет изобилия) и красиво подписать их маркером. Она также предлагает «украсить» эти папки пайетками.

Я пропустила совет с пайетками мимо ушей, но пошла и купила четыре чистые белые папки с кольцами. По Ј4,50 за каждую.

– А чем тебе не нравились твои папки? – спросила мама.

– Они должны соответствовать и хорошо выглядеть, чтобы нравиться мне и заставлять меня пользоваться ими каждый день, – ответила я.

Она ничего не ответила.

Я пришла домой и сложила все свои счета из Barclays в папку с названием «Красавчик Barclays». В другую папку я сложила свои квитанции из НТС – и подписала их «Счастливые НТС»; а все налоги сложила в папочку с сердечками вокруг слова «Налоговая». Я чувствовала себя как в классе коррекции, но каким-то чудом это помогало.

Кейт также утверждает, что нужно следить за своими наличными – не рассовывать их по карманам и не кидать мелочь на дно сумки, как это обычно делаю я. Она советует держать банкноты рассортированными по значению, лицами вперед, в кошельке. Я подумала, что это немного слишком, но все-таки выгребла карманы и сумки, нашла Ј22,53 и аккуратно сложила их в кошелек. Деньги для ничего.

Я вернулась в Лондон слегка дрожащей, но сильной. Во время работы над «Бойся…» я как будто даже не осознавала, что один из моих главных страхов – это страх денег. Но, как и говорила Сьюзен, столкновение со страхом делает нас сильнее. Поэтому я должна продолжать сражаться с ним лицом к лицу.

Кейт утверждает: чтобы держаться на плаву, нужно делать две вещи. Во-первых, проверять свой банковский счет каждое утро и думать о трех вещах, за которые вы благодарны. И тогда то, на чем вы фокусируетесь, начнет увеличиваться. Так что если вы слишком много думаете о долгах, ваши долги начнут расти, а вот если фокусируетесь на прекрасных вещах, которые у вас уже есть, – новый чек, хорошие друзья, чашка кофе и так далее, – то получите больше именно их. Я не понимала, как это работает, но была готова попробовать.

Она также говорит, что позитивные мысли каждый раз, когда вы смотрите на свой банковский счет, делают вас собакой Павлова – вы начинаете ассоциировать свой счет со счастьем. Даже если на нем – Ј2211,03, например.