Мудрость правителя на пути долголетия. Теория и практика достижения бессмертия - Бронислав Виногродский

Эти три стороны стремления к улучшению состояния – мудрые знания, стремление к единству и ладу между отдельными частями и постоянное желание получить пользу не могут быть основаниями для совершения усилий по управлению телом. Каждое побуждение имеет свои основания в устройстве ощущений тела.

Нужно стремиться видеть самые простые составляющие ощущений тела, простейшие его движения, уменьшая желания и сдерживая сиюминутные корыстные побуждения.

Древняя мудрость Чэнь Синсюаня

Тот, кто сознательно заботится о своем здоровье, питая жизнь, постоянно уменьшает мысли и воспоминания, уменьшает желания и дела, разговоры и смех, печаль и веселье, радость и гнев, расположенность и неприязнь. Эти двенадцать объектов для постоянного уменьшения объединены в искусстве питания судьбы.

Если много думаешь, то утомляешь сознание.

Если много вспоминаешь, то рассеиваешь волю.

Если много желаний, то воля становится нежизнеспособной.

Если много занятий и дел, то утомляешь тело.

Если много говоришь, то растрачиваешь и теряешь силу дыхания.

Если много смеешься, то наносишь вред внутренним органам.

Если много печалишься, то подавляешь деятельность сердца.

Если много веселишься, то понапрасну растрачиваешь силу ума.

Если много радуешься, то совершаешь ошибки и делаешь глупости, находясь в состоянии разброда.

Если много раздражаешься, то пульсы перестают быть ровными.

Если сильно расположен к чему-то, значит, находишься в заблуждении и не можешь прийти в себя.

Если слишком не любишь чего-то, значит, иссушаешь себя злыми чувствами, не радуясь жизни.

Если не сумеешь устранить эти двенадцать избытков, тогда питающая и охранительная способности тела придут в расстройство. Лвижение крови и дыхания станет неупорядоченным. В этом и лежит корень смерти и рождения.

Чэнь Синсюань «Изложение китайской медицины», глава «Истоки и начала медицинского учения Яншэн, или Поддержание здоровья»

Ценность простых действий. Практическое осмысление

Всегда ценилось умение сохранять равновесие при всех обстоятельствах в любой обстановке. Равновесие можно удерживать двумя способами: сохранять равновесие в напряжении или через расслабление.

Существует также равновесие между внутренним и внешним, потому что высший уровень равновесия – это способность сохранять срединное положение между первым вдохом и последним выдохом.

Есть простые упражнения для развития чувства равновесия путем расслабления – например, умение стоять на одной ноге и плавно переносить тяжесть тела с одной ноги на другую. Самыми уязвимыми для равновесия являются точки перехода от выдоха к вдоху и наоборот.

УПРАЖНЕНИЕ

Встань на левой ноге произвольно, без напряжения.

На вдохе подними правую ногу вверх, одновременно сгибая ее в колене, а на выдохе опускай ее обратно, одновременно разгибая. При этом желательно, чтобы пальцы ноги тянулись в твою сторону, образуя со стопой прямой угол и открывая ее поверхность.

Затем, стоя уже на двух ногах, смещай центр тяжести с левой ноги в центр и делай вдох, поднимая руки перед грудью ладонями вниз, на выдохе опускай руки.

Смещай центр тяжести на правую ногу, делай вдох и выдох с подъемом и опусканием левой ноги.

Получаются плавные и медленные переступания с ноги на ногу. Важно, чтобы дыхание было ровным, плавным, тонким, глубоким и длинным.

Цикл упражнения, состоящего из четырех частей, повторяется девять раз.

Обыденность против волшебства.

Исправляя отдельные недостатки в теле, нельзя делать выводы и обобщения, ведущие к накоплению знаний. Этот опыт программирует на повторение прошлых ошибок в следующем цикле, в результате придется огорчаться и страдать.

Сколь незначительны отличия в ощущениях восторженного восхищения и горькой досады! Сколь незначительны отличия в ощущениях при совершении добра и зла!

Если есть то, что вызывает страхи, то они не могут не возникать. Если бороться со страхом, не устраняя его причину и механизм, то никогда не победишь.

Возникают неоформленные ощущения, которые не имеют центра. Они блуждают по телу в виде комплексов ощущений, и потому требуется их обнаружение и называние. Все здоровье и нездоровье находится в голове.

Можно выделить два типа сознания и, следовательно, два комплекса ощущений. Один привязывает к обыденной реальности, а другой увлекает в мир мечты

В первом случае не понимаешь действительных закономерностей жизни, действуешь, как все. Обыденный ум питается страстями и густыми ощущениями интенсивных переживаний. В ситуациях беспричинно ищешь источник наслаждения и радости, избегая обращать внимание на негативную составляющую, которая как раз требует усилий по осознанию. Именно там происходит разрушение здоровья. Только отразившись оттуда, можно попасть в область позитивных усилий. Но в большинстве случаев обыденный ум толкает к неосознанным действиям, руководствуясь поверхностными логическими схемами.

Во втором случае ум, стремящийся к действительной мудрости, проявляется в нелогичности поведенческих схем, потому что строится на логике, отличной от обыденной. Он характеризуется ясной пресностью ощущений, в которых ищет для себя пищу. Такой ум может быть описан как состояние младенца, когда еще не появилось осмысленности.

Усталость и разрушение тела копятся постепенно. Обыденное сознание стремится к накоплению излишков, а ум мудрости старается избавиться от лишних уз и бремени мирской суеты

Истинная природа ума с точки зрения обыденного сознания выглядит глупостью и даже безумием. Мудрость стремится осознать свою мутную и темную составлающие, тогда как обыденная прагматика старается оставаться на светлой стороне. Потому мудрость восприимчива к свету и не теряет способности к различению мельчайших деталей, тогда как обыденность ослепляет себя, стараясь разглядеть мелочи, не являющиеся сутью.

В широте видения мудрость подобна морю. В подвижности она подобна ветру.

Обыденный ум не способен совершить действие, не находя выгоды, а ум мудреца не боится глупости и невежественности в проявлениях. Он не имеет отношения к остроумию. Основное отличие ума мудрости от обыденного заключается в умении направлять внимание на питание начала, порождающего его.