Властелин Севера. Песнь меча - Бернард Корнуэлл

Судя по виду Ивара, его это скорее позабавило, чем оскорбило.

– И что же я украл?

– Ты сидишь на моем коне, и я хочу, чтобы ты его вернул.

Ивар похлопал Витнера по шее.

– Когда ты сдохнешь, – заявил он, – я выдублю твою кожу и сделаю из нее седло, чтобы я мог до конца своих дней пердеть в тебя. – Потом он посмотрел на Гутреда. – Убирайся, – повторил Ивар. – И подальше отсюда. Но оставь свою сестру в заложницах. Даю тебе несколько биений сердца, чтобы обрести здравый смысл, но если ты не сделаешь, как я велел, мы тебя убьем.

Он повернул коня, собираясь уехать.

– Трус! – крикнул я ему.

Он словно меня не услышал, направляя Витнера сквозь «стену щитов», чтобы добраться до ее задних рядов.

– Все Лотброки трусы! – продолжал я. – Они бегут с поля боя! Эй, Ивар, да ты никак замочил штаны, испугавшись моего меча? Ты убежал от скоттов и теперь бежишь от меня!

Думаю, упоминание о скоттах стало последней каплей. То страшное поражение все еще было свежо в памяти Ивара, и я сыпанул соли на незажившую рану. Ведь этот человек как-никак был из Лотброков, и теперь его бешеный нрав, который он до сих пор ухитрялся держать в узде, дал о себе знать.

Ивар причинил Витнеру сильную боль, свирепо потянув за узду, но конь послушно повернулся. К тому времени Ивар уже вытащил длинный меч. Он поскакал ко мне во весь опор, но я уклонился и помчался мимо него вперед, навстречу его армии.

Я хотел, чтобы Ивар умер именно здесь, на широком лугу, на глазах у своих людей. Здесь я и развернул жеребца.

Противник следовал за мной, но сдерживал Витнера, который рыл мягкий дерн передним копытом.

Думаю, Ивар уже жалел о своем порыве, но было поздно. Все люди в обеих «стенах щитов» видели, как он вытащил меч и погнался за мной. Теперь никак нельзя было не принять вызова. У него был единственный выход – убить меня, а он не был уверен, что сможет это сделать. Ивар был хорошим бойцом, но его раны давали о себе знать, да и я не из тех противников, кого легко одолеть.

С другой стороны, он мог рассчитывать на Витнера. Я знал, что в сражении этот конь не уступит большинству воинов. Витнер запросто сомнет моего скакуна, а потому первым делом следовало выбить противника из седла.

Ивар наблюдал за мной. Похоже, он решил позволить мне напасть первому, потому что просто сидел в седле. Я повернул своего жеребца к его «стене щитов».

– Ивар – вор! – прокричал я его войску. Вытащив из ножен Вздох Змея, я держал его в опущенной руке. – Самый настоящий вор! A еще он позорно удрал от скоттов! Он убежал, как трусливый щенок! Он плакал, как ребенок, когда мы его нашли!

Я засмеялся, не сводя глаз с неприятельской «стены щитов».

– Он скулил от боли, – продолжал я, – и в Шотландии его прозвали Ивар Слабак!

Краем глаза я увидел, что мои насмешки достигли цели: Ивар поворачивал Витнера ко мне.

– Он вор! – вновь закричал я. – И жалкий трус!

Выкрикнув последнее оскорбление, я коснулся коленом бока своего коня, чтобы тот повернулся, и поднял щит.

Вид у Витнера был устрашающий: горящие глаза и огромные зубы, большие копыта колотили по влажному дерну, но когда он приблизился, я прокричал его имя:

– Витнер! Витнер!

Я знал, что Ивар, скорее всего, назвал жеребца по-другому. Но, похоже, конь вспомнил свою прежнюю кличку или вспомнил меня, потому что навострил уши, вскинул голову и сбил шаг. A я погнал своего коня прямо на него.

Я использовал в качестве оружия щит: просто с силой выбросил его вперед, целя в Ивара, и в тот же самый миг приподнялся на правом стремени. Ивар попытался повернуть Витнера в сторону, но потерял равновесие. Мой щит ударил Ивара, и я бросился на врага, пытаясь опрокинуть его назад.

Был риск, что я упаду, а он останется в седле, но я не осмеливался выпустить щит или меч, чтобы вцепиться в противника. Я просто надеялся сбить его на землю силой своего веса.

– Витнер! – снова закричал я, и жеребец слегка повернулся ко мне.

И этого маленького движения вкупе с моей тяжестью хватило, чтобы опрокинуть Ивара. Он упал вправо, а я рухнул между двумя конями. Я сильно ударился, мой конь нечаянно лягнул меня так, что я налетел на задние ноги Витнера.

Я встал, шлепнул Витнера по крупу Вздохом Змея, чтобы отогнать коня прочь, и, когда Ивар напал, сразу нырнул под прикрытие щита.

Ивар оправился после падения быстрее меня, и его меч ударился о мой щит. Он, должно быть, ожидал, что после этого я отшатнусь, но я остановил его, не дрогнув. В моей левой руке, раненной копьем в Дунхолме, запульсировала боль, но я был выше, тяжелее и сильнее Ивара и хорошенько толкнул его щитом, чтобы заставить отступить.

Ивар понял, что проиграет. По возрасту он годился мне в отцы и сейчас двигался медленнее из-за ран, но все равно он был Лотброком, а их учили сражаться с того самого мгновения, как они покидали материнскую утробу. Он с диким рыком пошел на меня, сделал мечом высокий финт, а потом нанес низкий удар. Я продолжал двигаться, отражая и принимая его удары на щит и даже не пытаясь атаковать в ответ. Вместо этого я насмехался над ним. Я сказал ему, что он жалкий старик.

– Я убил твоего дядю, – издевался я, – а он был ненамного сильнее тебя. И когда ты сдохнешь, старик, я вспорю брюхо крысенышу, которого ты называешь сыном. Я скормлю его труп воронам. Ну же, бей! И это все, на что ты способен?

Ивар попытался меня развернуть, но перестарался и, поскользнувшись на влажной траве, упал на одно колено. Теперь мой противник был открыт для смертельного удара – он потерял равновесие, его рука с мечом опиралась о траву, – но я отступил, позволяя ему подняться. Все датчане видели, как я это сделал, а потом увидели, как я отбросил щит.

– Я дам ему шанс! – крикнул я громко. – Он жалкий воришка, но я дам ему шанс!

– Ты сын шлюхи, ублюдок-сакс! – прорычал Ивар и снова ринулся на меня.

Именно так он и любил драться: нападать, нападать, нападать. Он попытался отбросить меня назад щитом, но я шагнул в сторону и плашмя ударил его сзади по шлему Вздохом Змея. Удар заставил Ивара оступиться во второй раз, и я снова шагнул прочь. Я хотел его унизить.

То, что Ивар споткнулся дважды, послужило ему предупреждением, и он осторожно двинулся вокруг меня.

– Ты хотел сделать меня рабом, – сказал я, – но даже в этом не преуспел. Хочешь отдать мне свой меч?

– Козье дерьмо! – ответил Ивар.

Он ринулся вперед, целя мне в горло, но в последний момент низко опустил меч, чтобы попасть по левой ноге, а я просто шагнул вбок и шлепнул его по крестцу Вздохом Змея.

– Отдай мне меч, – повторил я, – и я оставлю тебя в живых. Мы посадим тебя в клетку, и я буду возить тебя по Уэссексу. «Смотрите, это Ивар Иварсон, из рода Лотброков, – буду говорить я людям. – Вор, который позорно сбежал от скоттов».