Правдивые истории про Митю Печёнкина - Алексей Владимирович Лисаченко

Номер шесть был у мамы. Она, конечно, обрадовалась: всю жизнь, говорит, мечтала про страуса на шаре прочитать, – но книжку Мите отдала.

Папа свой номер сначала потерял, потом по карманам искал, а потом нашёл и сразу выиграл тёрку. Железную такую, для морковки и других полезных для здоровья овощей.

– Чуть счастье своё не прозевал, – засмеялась мама, а папа взял и тёрку маме подарил.

И тут Митя выиграл мышь. Белую. Главный приз, между прочим – потому что символ года. Мышь была живая, с красными глазами, голым розовым хвостом и клеткой в комплекте.

Папа сказал, что только мыши ему как раз и не хватало для полного счастья, а мама ничего не сказала – только рот открыла и глаза выпучила.

Домой поехали на такси, чтобы зверя не поморозить.

На другой день был выходной. Первым делом, с самого утра, к Мите Женька Петров прибежал – питомца смотреть. И сразу спросил:

– А его как зовут?

Митя растерялся: про имя-то он и вправду у Снегурочки не узнал.

– Ничего, – решил Женька, – так даже интереснее. Сами назовём.

Стали глядеть в клетку и думать, как животное назвать. А животное встало на задние лапки, передние сложило и смотрит так внимательно-внимательно – точь-в-точь классная руководительница Наталья Сергеевна.

– Идея! – сказал Митя. – Так и назовём – Наталья Сергеевна.

Женька поёжился:

– А вдруг узнает?

– Ничего, ей даже приятно будет. Не каждый же день в твою честь кого-нибудь называют.

– Нет, – упёрся Женька, – это имя неподходящее. А вдруг это вообще не мышь, а мыш, в смысле – мальчик? Что он тогда – Наталий Сергеевич?

– Надо такое имя, – согласился Митя, – чтобы и мальчику подошло, и девочке. Женька, например.

– Я тебе сейчас покажу «и мальчику, и девочке»! – вдруг рассердился Женька и чуть было Митю по уху не стукнул.

В общем, решили: нечего грызуна человеческим именем называть, тем более что для них давно собственные придуманы – Шушера, например. Только Шушера – это для большой крысы имя, а мышь можно уменьшительно звать – Шушка. Или Шухер, если всё-таки мальчик.

– Имя есть, – решил Митя, – переходим к дрессировке. Будем тебя, Шухер, учить газету приносить. И тапочки.

Тапочки Шухера не заинтересовали: он от них убегал и к Мите в штанину прятался. А вот «Вечёрка» вчерашняя понравилась, особенно спортивная страничка. Сначала мыш все заметки обнюхал, внимательно так, слева направо, а потом на фотографию футболистов чёрненькую какашку сделал.

Тут Митя всё понял:

– Да ведь он, Женечка, грамотный! Спорим, он прочитал, как наши в футбол продули!

– Ничего удивительного, – сказал Женька. – Медведи вон в цирке на мотоциклах катаются, овцы в футбол играют, осьминоги результаты матчей предсказывают. Умнеют не по дням, а по часам. Про дельфинов уж и не говорю. Вот увидишь: скоро они с людьми на прямой контакт выйдут.

– Правильно, – решил Митя, – даёшь контакт!

И папин журнал «Химия и жизнь» за прошлый ноябрь в клетку Шухеру засунул – для обмена научной информацией. Пусть читает.

Всю ночь в клетке шла возня и что-то шуршало. Утром журнала не было. Бумажные клочки были, мелкие-премелкие, а журнала – не было.

– Усвоил, – обрадовался Митя и тут же Женьке позвонил. – Принеси, – говорит, – из учебной литературы чего-нибудь, чего не жалко. Будем Шухера обучать, для контакта. Чтобы ещё разумнее стал.

Женька весь школьный портфель принёс, с тетрадками, дневником и учебниками. И настольный хоккей – большую такую коробку. Еле дотащил. Поставили на пол в большой комнате: благо, родители в гости уехали.

Хоккей – штука увлекательная. Как начали шайбу гонять, так и проиграли до самого обеда.

Тут Митя себя по лбу – хлоп: забыл! Не сегодня завтра разумную мышь в Академию наук представлять, а учебники зверю до сих пор не выданы. Осрамится ведь перед академиками! Побежал в свою комнату – глядь, а клетка на столе пустая, дверка распахнута. И школьный дневник погрызенный внутри лежит. Женькин.

Бросились зверя искать. Под столом искали, за шкафом искали, в кухне у холодильника на всякий случай в засаде посидели, по котлете съели – сухим пайком, прямо не выходя из засады. Мышь не нашли. Зато нашли дырку в плинтусе под кроватью.

– Под пол ушёл, – сказал Митя. – К диким мышам. Не достанем. Да, кстати: зачем это ты, друг Женечка, свой дневник в клетку сунул? И дверку не закрыл?

– Да понимаешь, – засмущался Женька, – там двойка была… и три замечания. А ему какая разница, что грызть.

– Большая разница! – рассердился Митя. – Что он из твоего дневника мог умного узнать? «На уроке пения орал дурным голосом»? Какое у него теперь будет мнение о человечестве?

– Я не орал, я лёгкие тренировал, – обиделся Женька. – Я, может, ещё в опере буду выступать. А клетку я закрывал, точно!

– Ясное дело, закрывал, – согласился Митя. – А он открыл. Я бы на его месте тоже что хочешь открыл и откуда хочешь сбежал, после твоего дневника.

– Да ты, Печёнкин, не переживай, – сказал Женька. – Всё равно негоже разумное существо в клетке держать. Он теперь местным мышам будет вместо великого белого вождя, и все его будут звать «сахиб», как в Индии. Может, ещё в гости придёт – со свитой и подарками.

Тут родители вернулись. Папа за Шухера порадовался и сказал, что под полом не то что мыши – тигры могут жить целыми семьями, потому что когда дом строили, много цемента украли. А мама сказала, что великий белый вождь ей в доме совсем ни к чему, особенно со свитой, и велела папе дырку в плинтусе заделать.

Митя спорить не стал. Но дырку всё равно потом обратно расковырял: мало ли, вдруг Женька прав окажется.

Митя и газета

Надумали как-то завуч по воспитательной работе Валентина Борисовна и биолог Антон Семёнович школьную газету издавать – небольшую, на страничку. «Школьная правда» называется.

По классам клич бросили: кто хочет участвовать. Статьи для газеты писать, новости собирать, фотографии делать. Первыми, само собой, Митя Печёнкин с Женькой Петровым вызвались. Только их сразу старшеклассники оттёрли. Маленькие ещё, говорят, газеты издавать. Так и не взяли.

– Ну и ладно, – сказал Митя, – ну и подумаешь. Вот захотим – свою газету издавать будем, правда, Женька?

А почему бы и нет? Компьютер в доме имеется, принтер – тоже.

Приходит Валентина Борисовна утром в школу и радуется: у стойки с газетой толпа стоит, листочки нарасхват идут. Вот какая интересная «Школьная правда»