За секунду до выстрела - Николай Чергинец

— Он сказал, как оказался здесь?

— Сказал, что приехал во время отпуска к другу погостить.

— Откуда?

— Из Ленинграда.

— Что еще рассказывал о себе? О своем семейном положении?

— Вчера, например, рассказывал о своих заграничных плаваниях. Сказал, что был женат, но жена и сын погибли в железнодорожной катастрофе.

— И вы поверили? — иронически спросил Славин.

— Вы знаете, мне это неинтересно. Сама я замужем, и мне женихи не нужны. Просто встретила интеллигентного человека, веселее стало, и все тут.

— Сами вы откуда?

— Из Смоленска. — Женщина была смущена и торопилась закончить разговор о себе. — Я не очень, конечно, верила ему. Пьет много, деньгами швыряется, хвастлив. Так капитан дальнего плавания вести себя не будет.

«Вот это ты правильно подметила», — мысленно согласился с ней Славин и спросил: — Вы в каком санатории отдыхаете?

— «Грузия».

Славин записал ее фамилию и отпустил. Сам же поспешил за Крайнюком и Чертом.

В кабинете Крайнюка светилось окно.

«Пришли уже», — догадался Владимир Михайлович и ускорил шаг.

Крайнюк, ожидая появления Славина, не стал беседовать с Чертом. Он предложил ему стул, а сам занялся какими-то бумагами.

Славин, войдя в кабинет, сразу же приступил к делу:

— У вас паспорт с собой?

— Нет. Зачем мне его в ресторан брать, — повел плечами Черт, — там деньги нужны.

— И желательно свои, — в тон ему сказал Славин и тут же увидел, как сжался Черт. Капитан сел за стол, положил перед собой лист бумаги, спросил:

— Ваша фамилия, имя, отчество?

— Черт Андрей Андреевич.

— Откуда вы приехали?

— Из Минска.

— Где здесь проживаете?

— На частной квартире. — Черт назвал адрес и сам спросил: — А что, простому трудяге нельзя сюда приехать?

— Почему же, — спокойно ответил Славин. — Подавляющее число отдыхающих, как в санаториях и домах отдыха, так и проживающих на частных квартирах, — это трудяги, причем честные люди. — И неожиданно спросил: — Скажите, а почему вы называетесь другим именем, представляетесь капитаном дальнего плавания?

Черт смущенно молчал. Пауза затягивалась, и Славин спросил:

— Почему молчите?

Черт криво ухмыльнулся:

— Узнали уже. Понимаете, когда хочешь познакомиться с понравившейся женщиной, то и королем представишься, лишь бы клюнула.

Славин написал Крайнюку записку: «Антон, подскочи к нему домой. Поговори с хозяевами, выясни, не хранит ли он там украденные деньги».

Крайнюк ушел, а Славин продолжал допрос:

— Насколько нам известно, у вас жена и сын не погибли, вам у них просто-напросто некогда побывать. Зачем вам понадобилось сочинять эту байку?

Черт молчал. После длительной паузы Славин спросил:

— Вы знаете архиепископа Ротмистрова?

Черт вздрогнул и растерянно посмотрел на Славина. Он явно не знал, что ему говорить. Владимир Михайлович решил не давать Черту опомниться:

— Что молчите, Черт? Я жду ответа. Знаете вы архиепископа Ротмистрова?

— Да, знаю, — выдавил из себя Черт, — а в чем дело?

— А вы не знаете, в чем дело?

— Нет.

— И не знаете, что из его квартиры похищены деньги?

— Нет, не знаю.

— Вы давно были у него?

— За пару дней до отъезда сюда.

— Расскажите, чем вы занимались в тот вечер и что делали в квартире Ротмистрова.

Черт помолчал немного, а затем тихо заговорил:

— Я, помню, днем немного выпил, затем пошел домой, но когда проходил мимо дома, где проживает архиепископ, у подъезда стояли Ротмистров, Цыбуля и поддьяк Борис, фамилии его я не знаю. Они были уже навеселе и, увидев меня, пригласили зайти в квартиру. Я не возражал. Я выпил стакан вина, а они — по стопке. Затем мы выпили еще, и Ротмистров, а также Цыбуля и Борис опьянели и начали со мной задираться. Я поднялся и ушел.

— Скажите, откуда вы знаете Ротмистрова?

— Я раньше около года возил Ротмистрова на его автомашине. Тогда же познакомился и с Цыбулей и с этим Борисом.

Чем больше Славин разговаривал с Чертом, тем больше убеждался, что похищение денег — дело его рук. Ему вдруг стало жалко этого человека. «Хвастунишка, не устоявший перед пачками денег».

Вскоре пришел Крайнюк. Он протянул Славину записку. Владимир Михайлович развернул ее и прочитал «Володя, я доставил в отдел приятеля Черта. Черт хранил у него небольшой, закрытый на ключ чемодан. Возможно, в нем — деньги. Мужчина с чемоданом — в кабинете рядом».

Славин положил записку в карман и спросил у Черта:

— Андрей Андреевич, вы точно не ночевали в ту ночь у Ротмистрова? Не путаете?

Черт неожиданно вскочил на ноги:

— Ну ночевал! Но денег я у него не брал. Не понимаю, чего вы ко мне прицепились?

Славин, не меняя тона, так же спокойно спросил:

— Вы видели, где у него хранятся деньги?

— Видел, видел! Он мне сам хвастался, что он, конечно, не миллионер, но денежки у него водятся.

— Когда он хвастался?

— Да в тот же вечер.

— Где вы спали?

— Вместе с Ротмистровым в одной комнате.

— Кто раньше проснулся?

— Ротмистров. Он же меня и разбудил.

— Вы говорите неправду, Андрей Андреевич. Вот смотрю на вас и думаю: почему вы так живете? Обмануть, солгать вам ничего не стоит, и даже сегодня, здесь, в отделе милиции, так запутались, сами не знаете, что сказать дальше. Вы говорите, что вас разбудил Ротмистров, а на самом же деле вы встали раньше него и, когда он проснулся, вы уже сидели за столом и слушали радиоприемник. — И вдруг Славин задал неожиданный вопрос: — А почему вы не хотите хранить чемодан в комнате, где живете?

— Какой чемодан?

— С деньгами.

— Ну что вы, мои деньги всегда при мне. — И Черт притронулся к пиджаку, словно проверяя, на месте ли деньги.

Крайнюк вышел из кабинета и через минуту возвратился с небольшим коричневым чемоданчиком.

— Это ваш чемодан?

— Мой, — неохотно процедил сквозь зубы Черт.

— Откройте.

— У меня нет ключа.

— А вы все-таки посмотрите внимательно в своих карманах, — настоятельно предложил Славин.