Звёзды. Время блистать - Майрена Руис

миг одна из девочек повернулась к Алисе и, нахмурившись, дёрнула куртку, на которую та нечаянно наступила.

– Извини! – быстро сказала Лисёнок и, чувствуя, как вспыхнули щёки, развернулась, чтобы уйти.

Она слышала, как у неё за спиной заговорили о странных людях, которые бродят по парку. Но мнение ребят её уже не волновало. Главное, теперь она знала имя таинственного незнакомца!

Алиса что есть мочи помчалась в Академию. Добежав до своей комнаты, она плюхнулась на кровать, достала телефон и с колотящимся после бега сердцем вошла в «Клок» и ввела в поисковике ник музыканта. А вот и он: OliverTown. Лисёнок провела по экрану вверх, ожидая, когда загрузятся видео. Но долго ждать не пришлось: их было всего девять.

Алиса надела наушники и нажала на первое видео, выложенное два месяца назад. Съемка шла с близкого расстояния, поэтому видны были только руки, которые касались струн акустической гитары. Когда заиграла музыка, у Лис перехватило дыхание. Это была песня Дэнни Тоуи. Не главный его хит, но безусловно, Алиса, как и все, знала эту песню.

Этот парень, Оливер, пел так… Ох, его голос был одновременно милым и немного странным, и слушая его, Алиса чувствовала себя так, будто смотрит АСМР-видео[1], от которого сознание успокаивается, а в мозгу приятно щекочет. С той лишь разницей, что раньше она такого не испытывала даже при просмотре АСМР. А тем более от прослушивания песни. Удивительно, но ей даже не захотелось потанцевать.

Алиса закрыла глаза, внимательно вслушиваясь в музыку. На странице Оливера было еще семь версий известных песен самых разных жанров: от рока и попа до кантри и фолка.

Там была даже одна песня из музыкального фильма, который шёл в прокате в прошлом году. Когда музыка стихла, Лисёнок с удивлением посмотрела на свой мобильный. Она и не заметила, как пролетело время. Неужели она успела послушать все песни? Нет, там осталась ещё одна. Последняя, загруженная накануне. Музыка зазвучала не сразу, потому что сначала мальчик просто молча показывал в камеру какую-то табличку. На карточке было написано:

Алиса села в постели, внимательно глядя на экран телефона. Мальчик тем временем опустил табличку и взял гитару. Лица его снова не было видно, а место, где он находился, было настолько тускло освещено, что силуэт за гитарой едва угадывался. Когда Оливер начал петь, Лисёнок задрожала.

Как хорошо смеяться вместе с тобой,

Чувствовать твою руку рядом с моей…

Песня была очень романтичной. То есть Лисёнок не была до конца уверена, что она была именно о любви. Но она была явно о человеке, к которому Оливер испытывал нечто гораздо большее, чем просто дружба.

Песня состояла из мелких трогательных деталей, о том, как один человек может смотреть на другого, когда тот не замечает, о мимолётных улыбках и лишь двоим понятных шутках. Что касается мелодии – та была гипнотической: будто ты знал её всю жизнь и при этом слышал впервые. Как такое вообще было возможно?

Лисёнок прослушала песню ещё пару раз, параллельно просматривая профиль Оливера. В биографии было написано, что Оливер – это псевдоним, а своё настоящее имя он хотел бы сохранить в секрете. Алиса посмотрела на число подписчиков. 15 000… Совсем мало для музыканта такого уровня! На самом деле он заслуживал иметь миллионы фанатов. И наверное, в какой-то момент у него будут эти миллионы, потому что песня Movie Night, например, прямо на глазах у Лисёнка продолжала набирать сотни лайков, и ещё сотни людей делились ею на своих страницах.

Лис нажала «Подписаться» и включила в «Клок» уведомления, чтобы быть в курсе, когда Оливер опубликует что-то новое. Затем она снова включила его последнюю запись. В очередной раз слушая нежную композицию, Алиса не могла отделаться от мысли, как бы ей хотелось, чтобы для неё кто-то тоже написал такую же чудесную песню…

5. Осторожно, секреты открываются

Девочки и Блейк снова собрались в гостиной. Помощница устроилась в кресле, она положила ноги на сиденье и водрузила себе на колени коробку с откровениями по поводу соцсетей. Лисёнок огляделась. Остальные, похоже, нервничали не меньше неё. Тара закусила нижнюю губу, Ривер болтала ногой, Сон Хи ёрзала в кресле…

– «Я никогда не смогу вести свою страницу, как Эмма», – начала зачитывать записки Блейк.

Эмма была преподавательницей по медитации, которая занималась с подругами летом.

– Кстати, об Эмме, – сказала Блейк. – На следующей неделе она проведёт с вами урок. Но поверьте, скоро вы сами сможете устраивать друг другу сессии и никакая Эмма вам будет не нужна.

Девочки посмотрели друг на друга и заулыбались.

– Летом у вас были усиленные занятия, и я знаю, что временами вам приходилось очень нелегко. Но мне кажется, что если бы не недоразумения, которые происходили с вами в то время, вы справлялись бы со своими заданиями с куда большей лёгкостью.

Лисёнок покосилась на Сон Хи, но трейни была очень увлечена состоянием своих ногтей.

– Вот почему я считаю, что нам с вами очень важно научиться доверять друг другу. Если у кого-то из вас есть чем поделиться, сделайте это, не откладывая, – продолжала Блейк. – И разумеется, это не исповедь. Никто не заставляет вас раскрывать свои имена. Делитесь своими мыслями и переживаниями анонимно. Я очень надеюсь, что комментарии, которые вы получите от коллег, помогут вам преодолеть страхи и избавиться от ненужных переживаний.

Девочки закивали, несколько успокоившись.

– И, конечно же, я хочу, чтобы вы знали, что можете полностью положиться на меня во всех вопросах. И что у меня от вас тоже нет секретов.

Закончив свою речь, Блейк достала из коробки одну из записок, развернула её и прочитала:

– «Я боюсь, что если на меня наденут слуховой аппарат, все вокруг начнут смеяться, что такая, как я, решила посвятить себя музыке».

Лисёнок смущённо заморгала. Но прежде чем она смогла спросить что-либо, Блейк продолжила.

– Это признание написано не сейчас, ему уже несколько лет. Тогда у меня начались проблемы со слухом, одно ухо уже очень плохо слышало, и мне собирались поставить мой первый слуховой аппарат.

Блейк повернула голову небритой стороной. Лисёнок внимательно присмотрелась. Кроме косичек и пирсинга по всей дуге ушной раковины, ничего не было видно. Блейк поднесла руку к уху и достала прямо изнутри маленькое устройство, похожее на жучок из шпионских фильмов. Девушка покрутила «жучок» в руках, показывая его девочкам, а затем вставила слуховой