Баллантайн - Уилбур Смит

— Я — Джеймс Бонд?

— Полевой агент Всемирного банка. Зарплата — сорок тысяч долларов в год плюс расходы и, конечно, удовлетворение от работы. Если ты не напишешь книгу, угощаю ужином в «Ля Греннюиль», с вином, которое сам выберешь.

— Генри, я ведь уже говорил, перестань умничать, скажи обо всем открыто.

Впервые Крейг услышал, как Генри засмеялся, и смех его был заразительным и немного хриплым.

— Твоя проницательность лишь подтверждает правильность моего выбора. Хорошо, Крейг. Я кое о чем не сказал тебе. Не хотел усложнять, прежде чем ты поймешь суть вопроса. Позволь налить тебе виски.

Он подошел к бару, изготовленному в виде антикварного глобуса, и продолжил объяснения, добавляя лед в стаканы.

— Нам жизненно необходимо понимать глубинные процессы в интересующих нас странах. Другими словами, мы заинтересованы в эффективно действующей разведывательной сети. Наша сеть в Зимбабве оставляет желать лучшего. Недавно мы потеряли там ключевого человека. Он погиб в аварии, по крайней мере, так это выглядело. Перед смертью он успел кое-что сообщить нам, в частности, о государственном перевороте, готовящемся русскими.

Крейг вздохнул.

— Мы, африканцы, не слишком доверяем избирательным урнам. Считаться следует только с верностью племени и сильной руке. Переворот более эффективен, чем голосование.

— Ты готов работать с нами? — спросил Генри.

— Я полагаю, что «расходы» предусматривают билеты в первом классе? — поинтересовался Крейг.

— У каждого человека есть цена, — нанес ответный удар Генри. — Это твоя?

— Я так дешево не продаюсь. — Крейг покачал головой. — Но я представить не могу, что советские комики будут править страной, в которой погребена моя нога. Я согласен.

— Я так и думал. — Генри протянул ему руку. Ладонь была холодной и поразительно сильной. — Я пошлю к твоей яхте курьера с досье и аварийным комплектом имущества. Досье изучи при курьере и верни, комплект можешь оставить.

Комплект аварийного имущества Генри Пикеринга содержал различные карточки прессы, карточку члена клуба «ТВА Амбассадор», карточку неограниченного кредита Всемирного банка и изысканно украшенную эмалированную звезду с надписью «Инспектор — Всемирный банк» в кожаном чехле.

Крейг взвесил звезду на ладони.

— Можно убить льва-людоеда, — пробормотал он. — Понятия не имею, какая от нее еще будет польза.

Досье оказалось гораздо более интересным. Закончив изучать его, он понял, что изменение названия с Родезии на Зимбабве было, вероятно, одной из наименее радикальных перемен, которую пришлось пережить его родной стране за последние несколько лет.

* * *

Крейг осторожно вел взятый на прокат «фольксваген» между покрытых золотистой травой холмов, мастерски работая акселератором. Молодая девушка, матабелка, за стойкой компании «Авис» в аэропорту Булавайо предупредила его:

— Бак залит, сэр, но я не знаю, где вам удастся заправиться. В Матабелеленде очень мало бензина.

В самом городе Крейг увидел длинные очереди машин у заправочных станций, а владелец мотеля, который выдал ключи от бунгало, сумел все объяснить:

— Мятежники Мапуту постоянно взрывают трубопровод от восточного побережья. Все дело в том, что у южно — африканцев этого добра достаточно, и они были бы рады его продать, но наши умники не желают покупать политически грязный бензин, поэтому жизнь в стране практически замерла. Конец политических грез. Чтобы выжить, мы вынуждены иметь с ними дело, уже пора это признать.

Поэтому Крейг ехал медленно и осторожно, что его устраивало, поскольку давало возможность насладиться знакомыми пейзажами и оценить перемены, происшедшие за последние несколько лет.

Он свернул с главной, покрытой щебнем дороги, отъехав пятнадцать миль от города, и поехал по желтой грунтовой дороге на север. Через милю он подъехал к границе участка и сразу же увидел, что ворота пьяно покосились и были широко открыты, — в таком состоянии он увидел их впервые в жизни. Он остановился и попытался их закрыть, но рама была погнута, а петли заржавели. Он сошел с дороги и посмотрел на валявшийся в траве указатель.

Указатель был сорван со столба, крепежные болты из него вырваны. Он лежал лицевой стороной вверх, и надпись, хотя и выцветшая на солнце, была еще хорошо видна:

Племенная ферма «Кинг Линн»

Дом Баллантайна Прославленного

Первого среди первых

Владелец: Джонатан Баллантайн

Крейг тут же представил огромного рыжего быка с горбатой спиной и болтающимся подгрудком, с синим знаком призера на щеке, идущего, качаясь от собственного веса, по выводному кругу, и своего деда по материнской линии «Баву» Баллантайна, гордо ведущего животное за бронзовое кольцо, вставленное в блестящий, влажный нос.

Крейг вернулся к «фольксвагену» и поехал по полям, которые когда-то славились сочной и густой золотистой травой, а сейчас были похожи на макушку лысеющего мужчины средних лет. Он был поражен состоянием пастбища. Никогда, даже во время четырехлетней засухи пятидесятых, пастбища «Кинг Линн» не были в таком ужасном состоянии, и Крейг понял причину этого, только когда остановился у зарослей верблюжьей колючки, затенявщих дорогу.

Выключив двигатель, он сразу же услышал блеяние и был действительно потрясен.

— Козы! — воскликнул он. — Козы на пастбищах «Кинг Линн».

Душа Баву Баллантайна так и не обрела покоя. Козы на его любимых лугах! Крейг отправился на поиски животных.

В одном стаде было больше двухсот животных. Некоторые, наиболее проворные, животные забрались на деревья и поедали кору и стручки с семенами, другие щипали траву до самых корней, так что она уже не могла выжить и закисляла почву. Крейг уже видел опустошения, вызванные этими животными на принадлежавших племенам землях.

Стадо пасли два голых мальчика-матабела, которые обрадовались, когда Крейг заговорил с ними на их родном языке. Они быстро набили рты дешевыми конфетами, которые Крейг захватил с собой именно для такого случая, и затараторили, ничего не скрывая.

— Да, сейчас на землях «Кинг Линн» живут тридцать семей, и каждая семья владеет