Ассасины - Виталий Гладкий

На их удачу, в этот день у Абд аль-Кадира не было срочных дел, его не вызвал к себе халиф для отчета, и даже молодая жена задержала вельможу совсем ненадолго. Когда он скрылся за воротами хамама и стража заняла свои посты, юноши едва не бегом бросились к реке.

Водовозы были на месте. Они как раз полдничали. Неслышно подкравшись к ним сзади, фидаины оглушили их и утащили в кусты. Авару очень не хотелось убивать этих стариков, и Хасан словно подслушал его мысли. Подмигнув товарищу, он достал из кармана пузырек с какой-то жидкостью, влил каждому из водовозов в рот по несколько капель и сказал в ответ на недоуменный взгляд Авара:

– Они будут спать до ночи. Так что за них можно не беспокоиться. Перенесем их в развалины, положим повыше, – чтобы бездомные псы не достали, – и пусть отдыхают. А мы за них потрудимся. – Тут он подмигнул Авару, и оба заулыбались, хотя улыбки юношей были несколько натянутыми – впереди было главное.

Водовозов у ворот дровяного склада, как обычно, встретила стража. Но две унылые фигуры в полосатых халатах уже так примелькались стражникам, что к ним никто не стал приглядываться.

– Пропустить! – последовала команда, и бочки заехали во двор.

Конечно, юноши изменили свою внешность, настолько это было возможно: приклеили бороды, проложили специальным темным клеем морщины на открытых участках тела, каждый надел по чалме, да так глубоко ее надвинул, что едва глаза были видны… И все равно крупное молодое ядрышко трудно спрятать в старую ореховую скорлупу. Будь стража более бдительной, этот номер у них вряд ли получился бы.

Но фидаины очень удачно выбрали время. Охрану как раз сменили (так было всегда; наверное, сахиб аль-кашф был заботливым начальником и не хотел держать своих подчиненных почти целый день голодными), на место прежних стражников пришли новые, которые перед этим сытно поели, а тут еще солнце припекало, и разомлевшим охранникам даже мух было лень отгонять, не то что присматриваться к хорошо знакомым водовозам. Видимо, их сбили с толку полосатые халаты и бляхи на груди.

Яма уже была почти наполнена водой; для этого водовозы трудились с раннего утра. Когда вода в ней достигала вмурованной в кладку полосы железа, следовало прекратить наполнение бассейна. Юноши быстро слили воду с бочек, а затем Авар разделся до шаровар и нырнул. На общем совете они решили, что приговор Шейха аль-Джабаля приведет в исполнение именно Авар, потому что он мог задерживать дыхание гораздо дольше, чем Хасан.

Короткая труба, которую они с Хасаном пробили в кладке, была узковатой, и Авар с трудом проник в бассейн; при этом он немного оцарапался. Но все это пустяки. Самым плохим было то, что Абд аль-Кадира в бассейне не было. Значит, придется ждать…

Авар несколько раз нырял и заползал обратно в свою подводную «нору», вспугнутый чьими-то шагами, но затем все успокаивалось; значит, это по коридору проходили служители хамама. Наконец раздался уверенный топот грузного тела, Авар снова нырнул, набрав в легкие побольше воздуха, и в воду плюхнулся человек, при ближайшем рассмотрении – юноша подплыл к нему почти вплотную – оказавшийся именно тем, кого он ждал. Авар был уверен, что это Абд аль-Кадир, ведь никто не имел права (разве что сам халиф) искупаться в бассейне прежде сахиба аль-кашфа. Кроме того, у Абд аль-Кадира была примета, которую фидаинам сообщили еще в лагере – шрам на боку от удара копьем.

Юноша резко дернул вельможу за ноги и увлек его под воду. Это было настолько неожиданно, что Абд аль-Кадир захлебнулся почти мгновенно. Он еще немного посопротивлялся, а затем покорно улегся на дно. Выждав какое-то время – для надежности, и пощупав пульс (он уже не бился), Авар забрался в «трубу» и вынырнул в яме совсем обессиленным. Похоже, в этот день он побил свой рекорд по задержке дыхания.

А в это время наверху разворачивались нешуточные события. Хасан места себе не находил в ожидании Авара. Он делал вид, что возится с колесом водовозной бочки, а на самом деле всего его внимание было приковано к яме. Это было непростительной ошибкой с его стороны. Хасана вдруг окликнули! Вернее, не его, а водовоза.

– Эй, Карим, что ты там копаешься?

Хасан, не оборачиваясь, отмахнулся, – мол, иди своей дорогой, мил человек, не мешай, видишь, я делом занят. Но не тут-то было. На беду фидаинов, во двор заглянул один из шпионов Абд аль-Кадира. Этот тип был гораздо внимательней стражников. Его удивило, что водовозы так долго задержались возле хамама. Это было необычно, и шпион решил проверить свои подозрения.

Он подошел вплотную, положил водовозу руку на плече и властно приказал:

– Ну-ка, встань, Карим!

Хасан ударил ножом как змея – молниеносно и именно туда, куда нужно. Шпион даже не захрипел, потому что фидаин зажал ему рот ладонью. В общем, когда Авар вынырнул, то застал интересную картину – Хасан пытался затолкать тело шпиона в пустую бочку.

– Что смотришь, помоги! – прошипел Хасан в его сторону. – Не лезет, шайтан, ни в какую…

Вдвоем они быстро справились с задачей.

– Получилось? – с надеждой спросил Хасан.

– Обижаешь…

Оба дружно рассмеялись и выехали за ворота. Вскоре, избавившись от бочек и приняв свой прежний вид молодых оборванцев, Авар и Хасан пришли вместе с толпой к воротам Баб ал-Куф, откуда их и выпустили благополучно за пределы Багдада, потому как товаров у них не было, за исключением хурджинов со старым барахлом и для сборщика пошлин юноши были неинтересны. Видимо, пока никто не знал об убийстве сахиба аль-кашфа, потому что Багдад жил своей обычной жизнью – где-то размеренной, где-то суетливой, но вполне мирной. В противном случае уже закрыли бы городские ворота и по улицам, сметая все на пути, носились бы в поисках убийц шпионы халифа и стража, доказывая начальству свою полезность и рвение в служебных делах.

Далеко за городом, в густой, тенистой роще, их ожидали два быстрых коня, новая одежда, оружие и увесистый кошелек с таньга. Это приготовил им тот купец, к которому они подходили на базаре. После этого они встретились в условленном месте, и купец передал фидаинам кинжалы, клинки которых были смазаны быстродействующим ядом, от которого нет спасения. Но оружие не пригодилось. Юноши справились с заданием своими средствами…

Отдых закончился быстро – спустя две недели. Авар даже начал надеяться, что шейх аль-Джабаль перенял опыт Хасана ибн Саббаха и отправит их порезвиться с прекрасными гуриями в райском саду, как рассказывал клиент чайханщика Абдураззака. Но кроме великолепного вида на горы из окна комнаты, куда переселили юношей, других развлечений им не предоставили.

Даи аль-кирбаль Хусейн позвал их после молитвы «магриб»[98]. Когда юноши зашли в его комнату, то их удивлению не было границ. Там был накрыт великолепный стол с такими яствами, которые вкушают только халифы или сам султан.