1356. Великая битва - Бернард Корнуэлл

Кардинал выковырнул из зубов кусочек кости.

– Я вижу человека с костями в волосах, и вы рассказываете мне, что заразились чумой и излечились при помощи еретика. И не далее как сегодня пополудни я наблюдал вашу победу над пятнадцатью отличными бойцами, которых не так-то просто побить. Мне кажется, сэр Роберт, что вы прибегаете к некоей сверхъестественной помощи. Быть может, сам дьявол помогает вам? Вы отрицаете использование волшебства, но факты свидетельствуют об обратном, разве не так? – Кардинал задал эти вопросы вкрадчиво, потом замолчал, чтобы сделать глоток вина. – Я могу переговорить с моими доминиканцами, сэр Роберт, и намекнуть, что от вашей души исходит смрад порочности. Быть может, я буду вынужден велеть им зажечь свои костры и оснастить веревками свои машины, которые растягивают человека, пока он не сломается. – Он улыбался и пухлой правой рукой поглаживал левое колено Робби. – Одно мое слово, сэр Роберт, и ваша душа окажется на моем попечении.

– Я добрый христианин, – с вызовом заявил Робби.

– Тогда вам следует доказать это мне.

– Доказать?

– Осознав, что клятва, данная еретику, не связывает ни на небе, ни на земле. Только в аду, сэр Роберт, имеет власть такая клятва. И я хочу, чтобы вы оказали мне одну услугу. Если вы откажетесь, я скажу королю Иоанну, что зло вошло в его королевство, и попрошу доминиканцев исследовать вашу душу и выжечь зло из вашего тела. Выбор за вами. Отведаете жаворонка?

Помотав головой, Робби смотрел, как кардинал обсасывает мясо с хрупких косточек.

– Что за услугу? – нервно спросил он.

– Надо послужить его святейшеству папе, – заявил Бессьер, предусмотрительно умолчав о том, какого папу имеет в виду. То была услуга ему самому, ибо он еженощно молился, чтобы стать следующим, кто наденет на палец перстень Рыболова. – Вы наслышаны про орден Подвязки?

– Да, – ответил юноша.

– А про орден Святой Девы и Святого Георгия? – продолжал Бессьер. – Или про орден Перевязи в Испании? Или про учрежденный королем Иоанном орден Звезды? Сообщества великих рыцарей, сэр Роберт, принесли клятву друг другу, королю и благородному делу рыцарства. Мне дали задание учредить подобный орден, братство рыцарей, присягнувших Церкви во славу Христову.

В его устах создание ордена выглядело велением папы, но на самом деле идея принадлежала исключительно Бессьеру.

– Человек, служащий церковному ордену, никогда не познает ни адских мук, ни тягот чистилища, – вещал он. – Тому, кто служит нашему новому ордену, будут рады на небесах, где он воспоет вместе со святыми в хоре сияющих ангелов! Я хочу, чтобы вы, сэр Роберт, послужили ордену Рыболова.

Робби молчал и смотрел на прелата. Пирующие криками подбадривали жонглера, который управлялся с полудюжиной горящих факелов, балансируя при этом на ходулях, но Робби его не замечал. Юноша думал о том, что его душа избавится от своих терзаний, если он станет рыцарем на службе у папы.

– Я хочу, чтобы величайшие рыцари христианского мира сражались во славу нашего Спасителя, – убеждал кардинал. – И каждый сражающийся получит от Церкви небольшое пособие, достаточное, чтобы прокормиться самому и содержать прислугу и лошадей. – Кардинал выложил на стол три золотые монеты. Он знал о склонности Робби к игре и о его проигрышах. – И грехи ваши будут преданы забвению, стоит вам только стать рыцарем Рыболова и препоясаться вот этим.

Он извлек из мешочка нарамник, сшитый из тончайшего белого шелка и отделанный золотой бахромой, с вышитыми на нем алыми ключами.

Папа ежедневно получал дары, которые складывались в ризнице Авиньона, и, перед тем как покинуть город, Бессьер порылся в тюках и обнаружил несколько нарамников, сшитых монахинями в Бургундии и присланных папе. Каждый был любовно расшит ключами святого Петра.

– Бог пребудет на стороне того, кто носит этот пояс во время битвы, – изрек прелат. – Ангелы обнажат мечи огненные, дабы защитить его, а святые будут молить нашего благого Спасителя даровать ему победу. Человек, который носит его, не может потерпеть поражение в бою, но также, надев эту вещь, нельзя хранить клятву, данную безбожному еретику.

Робби жадно уставился на великолепный нарамник, представляя, как наденет его перед битвой.

– У папы есть враги? – спросил он, пытаясь сообразить, с кем ему предстоит сражаться.

– Враги есть у Церкви, – ответил Бессьер резко. – Ибо дьявол никогда не прекращает борьбу. А у ордена Рыболова уже есть миссия – миссия благородная, возможно самая благородная во всем христианском мире.

– Какая же? – спросил Робби, понизив голос.

В качестве ответа кардинал жестом пригласил присоединиться к ним некоего священника. Робби этот церковник с пугающе зелеными глазами показался полной противоположностью кардиналу практически во всем. Бессьер умел очаровать, а священник выглядел суровым и непреклонным. Первый был пухл, а второй – тонок, как клинок. Кардинал щеголял в красном шелке, подбитом горностаем, а его собрат облачался в черное, хотя под одним из свисающих рукавов Робби заметил проблеск алой подкладки.

– Это отец Маршан, – представил кардинал. – Он станет капелланом нашего ордена.

– По милости Божьей, – отозвался Маршан. Его диковинные зеленые глаза остановились на Робби, и губы скривились, как бы выдавая неодобрение тем, что предстало его взору.

– Отец, поведайте моему юному шотландскому другу о священной миссии ордена Рыболова.

Отец Маршан коснулся распятия, висящего у него на шее.

– Святой Петр был рыбаком, но не просто рыбаком, – начал клирик. – Он стал первым папой, и Господь вручил ему ключи от неба и земли. А еще, сэр Роберт, Петр владел мечом. Может быть, вы помните эту историю?

– Не очень, – признался Робби.

– Когда злые люди пришли арестовать Господа нашего в Гефсиманском саду, именно святой Петр выхватил меч, чтобы защитить его. Задумайтесь об этом! – Голос Маршана приобрел вдруг страстность. – Благословенный святой Петр вытащил меч, чтобы защитить Спасителя, нашего драгоценного Христа, сына Божия! Меч святого Петра суть оружие, данное Господом для защиты Церкви, и мы должны найти его! Церковь в опасности, и нам необходимо Божье оружие. Такова воля Господа!

– Воистину так, – подхватил кардинал. – И если мы найдем этот меч, сэр Роберт, то самому достойному из рыцарей ордена Рыболова будет дозволено охранять меч, и носить его, и использовать в бою, так что сам Господь будет на его стороне в каждой битве. Этот человек станет величайшим воином всего христианского мира. И вот, как сказано в Писании, сэр Роберт, – тут он пододвинул монеты и нарамник к Робби, – «choisissez aujourd’hui qui vous voulez servir»[16]. – Кардинал воспроизвел цитату по-французски, так как был уверен, что Робби не знает латыни. – Сегодня, сэр Роберт, вам предстоит сделать выбор между добром и злом, между клятвой, данной еретику, и благословением самого папы. – Бессьер перекрестился и продолжил: – Сегодня перед вами выбор, кому служить, сэр Роберт Дуглас.