Мальчик со шпагой. Трилогия - Владислав Крапивин

вспыхивали и по другим причинам. Правда не очень большие. Воевать огнестрельным оружием было раз и навсегда запрещено межпланетным соглашением. Дело в том, что старинный ученый Репертупо-Магус Хитропремудрый открыл закон природы: если, мол, на планетах будут сильно расти кровожадные настроения и агрессивность, энергетическое поле звезды Примус не выдержит, и она взорвется. Так же, как взрывались в давние времена керосиновые примусы на кухнях сварливых домохозяек. С таким законом, само собой, не поспоришь. Поэтому воевали по-рыцарски: то есть в доспехах, со щитами, копьями, с луками и стрелами. Иногда применяли даже тяжелые катапульты. Они метали в противника дыни и арбузы, начиненные специальной вонючей смесью «драконье повидло». Вынести этот запах в большом количестве не мог никто, даже самые отважные генералы. Потому после получаса стрельбы обе армии, как правило, разбегались и заключалось перемирие…

Иногда правители трех планет вспоминали, что есть еще четвертая, Дракуэль, И каждый заявлял на нее свои права. В звездной системе Примуса набухало грозовое электричество. Но до открытых столкновений дело пока не доходило. По правде говоря, никому эта необитаемая планетка не была нужна. По крайней мере, настолько, чтобы влезать в большие военные расходы и тратить космическое горючее для десантных судов. Тут, скорее, было дело принципа. Но вот недавно президент Белилиндовской республики неосторожно обозвал короля Дзымбы Гарантия Второго «прожорливым карликом Мбыппо» (такой сказочный персонаж), который, несмотря на малый рост, хочет заглотить целую планету, хотя не имеет на нее никакого права. Прошкин дед, который был отнюдь не малого роста, оскорбился и объявил предвоенное положение. Решил, что можно достичь сразу двух целей: проучить дерзкого президента Кассапозу Всенародного и завладеть планетой (глядишь, пригодится). Ведь именно подданные короля Гарантия Второго имели на Дракуэль полное право! Потому что как раз с Дзымбы началось открытие и заселение других планет!..

Вообще-то Прошкин дед не был воинственным королем. Наоборот, считалось, что он покладистый и деликатный. Он даже именовал себя Вторым, хотя Гарантия Первого в истории Дзымбы никогда не было. «Нескромно объявлять себя Первым», — объяснял подданным его величество. Но вот, несмотря на свое, казалось бы, миролюбие, Гарантий Второй в последнее время в спорах о Дракуэли стал проявлять упрямство и воинственность. Как говорится, вожжа под хвост попала…

Впрочем, ребят вся эта политика не касалась. По крайней мере, пока они не открыли Ковчег…

Но вот открыли…

Широкая круглая дыра чернела загадочно и даже зловеще. Дышала холодом. Но все понимали: раз есть вход в неведомое, надо проникать в него. Тем более, что видны были скобы-ступени.

А кто первый?

Ну, не малышей же пускать впереди! И не девочку, хотя бы даже самую храбрую. А Лёпу нельзя было посылать потому, что недавно он обозвал Ковчег керосиновой цистерной и тот мог это запомнить: еще выкинет что-нибудь с обидчиком! Лёпа заворчал, что всегда его зажимают и затирают, но сильно не спорил.

Нотке Титим и Прошка наперебой внушили, что ему соваться впереди всех нельзя никак. Он может схватиться там за что-нибудь не то, поранить пальцы, и как тогда играть на свирели?

Остались Титим и Гига. Гига заявил, что идти должен он. Потому что он в длинных штанах и не будет зябнуть слишком сильно. А Титим вон уже весь в пупырышках. Но Титим считал, что нельзя пускать первым инопланетянина. Гига, конечно, неплохой пацан, однако ведь Ковчег-то найден на Дзымбе, а не на Белилинде! Но говорить такое Титим не стал, чтобы не обидеть нового приятеля. И сказал просто:

— Давай жребий…

Он был уверен, что планета Дзымба не подведет своего. И она не подвела! Короткий стебелек сухого цикория достался Титиму. И тот изо всех сил зажал в себе все страхи, встал сандалиями на верхнюю скобу, зажмурился, выдохнул воздух и начал быстро спускаться во тьму.

И… буквально через несколько секунд подошвы ступили на упругий пол. Ноги обмахнуло пушистым теплом. Темноту развеял мягкий желтоватый свет…

Титим оглянулся, поморгал, и радостно завопил:

— Эй! Давайте все сюда!

3

Снаружи Ковчег казался небольшим, но внутри он был громаден. Как «Наутилус» (на Дзымбе знали историю про капитана Немо). Везде было сухо и тепло. Горели удивительно приятным светом круглые плафоны. Множество дверей вело в разные помещения: видимо, раньше там были каюты, салоны, библиотеки (сейчас, правда, царила пустота). А недалеко от входа ребята увидели клепаную железную дверь с надписью из желтых блестящих букв. Гига и Титим вместе разобрали два слова:

— Пы… У… ЛЬТ… УПы…РАВ… ЛЕНИЯ…

— Заперто… — вздохнула Прошка, подергав рычаг. — Ой, смотрите! А это зачем?

Выше надписи виднелась фигурка-барельеф. Длинноносый мальчишка в колпачке (почти как у Гиги) с большущим ключом в поднятой руке.

— Ой, да чего такого, — пробурчал Лёпа. — Все знают, кто это такой…

В самом деле, история про Золотой ключик была известна на всех планетах.

— Но послушайте, послушайте, — заторопился Нотка. — Ведь это же не зря. Ведь ключ… это Ключ!

— Ну и что? Понятно, что не зубная щетка… — пробубнил Лёпа.

— Но вот же кнопки и буквы!

Пониже фигурки в два ряда тянулись не очень заметные (металлические, как и дверь) кнопки со старинными буквами.

— Где здесь буква «бэ»? — спросил Нотка у Гиги и Тима. — Эта? — Эго тонкие уши горели от волнения, как розовое пламя.

Гига показал букву Б, и Нотка нажал.

— А где «у»?

— Вот… — понимающе выдохнул Титим.

И Нотка по подсказке Титима и Гиги набрал слово «БУРАТИНО»…

Дверь вздохнула и отъехала наружу…

Всем известно, что комната с пультом корабельного управления называется «рубка». Эта рубка была круглая. Вместо потолка вверху темнел купол с яркими созвездиями. Это были звездочки соединенные тонкими светящимися линиями. Почему-то пахло скошенной травой. А пульт стоял посреди рубки. Это была белая панель с клавишами, а перед панелью — столбик с полукруглым (вроде как в самолете) штурвалом.

— Смотрите-ка, а здесь все просто, — прошептал Титим. — Все понятно. Кнопка «пуск». Кнопка «плавный взлет». Кнопка «разгон»… А на этом экране, наверно, зажигается звездная карта, когда Ковчег в пути…

— Титим, не нажимай ничего, — прошептала Прошка.

— Да все равно тут никакого звездного горючего давно не осталось, — сказал Титим. С огорчением, конечно. — Видимо, только аккумуляторы для лампочек…

— По-моему, осталось… — прошептал Гига. — Гляньте туда…

У белой закругленной стены стоял стеклянный цилиндр. В нем дрожал сгусток света. Прищурившись, можно было разглядеть, что это кристалл размером с человечью голову. Но он излучал такую яркость, что на первый взгляд казался шаровой молнией.

— Наверно, это тот самый звездный камень, — все тем же шепотом сказал Гига. — Нам учитель рассказывал на