«Грейхаунд», или Добрый пастырь - Сесил Скотт Форестер

– Капитан – локатору: «Примерно через семь минут наш курс пересечет дружественный эсминец».

Телефонист повторил сообщение, и Краузе вернулся к рации.

– Джордж – Орлу. Джордж – Орлу.

– Орел – Джорджу. Вас слышу.

– В настоящее время контакт утрачен.

– Есть, сэр.

Телефонист заговорил снова:

– Локатор докладывает… – Он оборвал фразу, услышав в наушниках новое сообщение. – Слабый контакт. Один-девять-четыре.

– Очень хорошо. – У Краузе не было времени радоваться. – Джордж – Орлу. Контакт восстановлен на нашем курсовом пять. Поворачиваю к нему.

– Есть, сэр.

Без сомнения, подлодка маневрирует и меняет глубину в попытке уйти от преследования. Приближение «Виктора» на ней еще услышать не могли.

– Орел – Джорджу.

– Джордж – Орлу. Прием, – сказал Краузе.

– Сбрасываю скорость до одного-двух узлов.

– Одного-двух узлов. Очень хорошо.

Замедлив ход, «Виктор» сможет использовать локатор, а подлодке будет труднее услышать его приближение. «Виктор» повернул так быстро, как это только возможно для эсминца, – он был ветераном противолодочной охоты.

– Локатор докладывает отсутствие контакта, сэр.

– Очень хорошо.

«Виктор» был, по оценке Краузе, милях в четырех, справа по носу. Его характерная фок-мачта была уже видна во всех подробностях. Корабли сближались. В рубке слышался лишь грохот волн и монотонное пиканье гидролокатора.

– Локатор докладывает отсутствие контакта, сэр.

– Очень хорошо.

С последнего контакта «Килинг» прошел почти милю. Если в тот момент лодка резко сменила курс, пеленг сейчас будет смещаться очень сильно.

– Два-ноль-пять! – выкрикнул телефонист.

Все в рубке снова напряглись. Краузе собирался заговорить по рации, но тут сообразил, что́ услышал. Фальшивая нота. Он глянул на телефониста.

– Вас не так учили докладывать, – рявкнул он. – Следите за собой. Повторите.

– Локатор докладывает контакт два-ноль-пять, сэр, – пристыженно повторил телефонист.

– Очень хорошо.

В рубке «Килинга» боевой лихорадки быть не должно; лучше потратить секунду сейчас, чем допустить разброд позже.

– Примите управление, мистер Уотсон, – бросил Краузе; ему надо было управлять двумя кораблями. Сам он, поворачиваясь к рации, был совершенно спокоен: преимущество нечуткости. Чужое волнение добавляло ему хладнокровия. – Джордж – Орлу. Контакт снова у меня справа по носу. Поворачиваю к нему.

– Орел – Джорджу. Есть, сэр.

Краузе показалось, что он вроде бы видит, как изменился курс «Виктора», но на таком расстоянии и таких относительных курсах уверенно определить не мог. Однако нужды отдавать «Виктору» приказы не было. Польский капитан свое дело знает. Незачем говорить терьеру в крысиной норе, как тому действовать.

– Локатор докладывает контакт на пеленге два-один-ноль, сэр, – сообщил телефонист. – Дистанция две тысячи ярдов.

– Очень хорошо.

– На новом курсе, сэр! – доложил в это же мгновение Уотсон.

– Очень хорошо. Так держать, мистер Уотсон. Джордж – Орлу. Контакт по-прежнему пересекает мой курс слева направо, дистанция одна миля.

– Орел – Джорджу. Есть, сэр.

Краузе говорил ровным бесцветным голосом с отчетливыми паузами между словами. Британский связист на «Викторе» отвечал так же хладнокровно, насколько Краузе мог заключить при его непривычном выговоре и помехах связи. Теперь он видел, как «Виктор» поворачивает вправо – румбов на восемь, если не больше, так что на миг Краузе увидел его правую скулу. Терьер бежал отрезать крысу от норы.

– Локатор докладывает контакт на пеленге два-один-ноль, сэр. Дистанция две тысячи ярдов.

– Очень хорошо.

Повторялась прежняя ситуация – подлодка кружила, и «Килинг» кружил за ней. Но только теперь был «Виктор», и он шел на перехват.

– Орел – Джорджу, – раздалось в ту секунду, когда Краузе сам собирался заговорить. – Контакт, сэр. Справа по моему курсу. Дистанция неопределенная.

– Очень хорошо. И у меня справа по носу. Дистанция одна миля.

Крыса бежала прямо в зубы терьеру. Два корабля быстро сближались, а лодка была между ними.

– Локатор докладывает контакт прямо по курсу, сэр.

– Очень хорошо.

Похоже, лодка начала разворачиваться в противоположную сторону, прочь из круга. Неизвестно, знали ли на ней о присутствии «Виктора», но, судя по маневру, знали. «Виктор» уже повернул вправо. Значит, у него хороший гидроакустик.

– Орел – Джорджу. Орел – Джорджу. У меня близкий контакт справа по носу. Иду на сближение.

– Джордж – Орлу. Слышу вас.

И вновь этот феномен разного течения времени. При таком расстоянии между кораблями секунды ускорились; даже за время короткого обмена фразами ситуация успела измениться.

– Орел – Джорджу. Прошу разрешения атаковать.

– Джордж – Орлу. Приступайте. Разрешаю атаковать.

– Локатор докладывает контакт прямо по курсу, сэр, – сказал телефонист. – Дистанция неопределенная. Помехи от другого корабля.

– Очень хорошо. Джордж – Орлу. Контакт от меня прямо по курсу.

Надо оставаться на этом курсе еще немного, чтобы с «Виктора» успели взять пеленг, а затем повернуть, чтобы избежать столкновения. В какую сторону? Куда повернет преследуемая лодка, уходя от атаки «Виктора»? Куда повернуть, чтобы перехватить ее, если она уцелеет? «Виктор» взял еще чуть правее. Когда атаковал «Килинг», лодка – насколько знал Краузе – свернула прямо перед ним и легла на противоположный курс. Тогда это был лучший для нее маневр, лучший он и сейчас.

– Пятнадцать градусов вправо, мистер Уотсон.

– Есть, сэр. Право руля. Курс…

– Орел – Джорджу. Глубинные бомбы пошли.

«Килинг» поворачивал. Перед его левой раковиной встал первый столб воды; дальше и еще дальше, в кильватере «Виктора», вставали другие. Донеслись приглушенные взрывы.

– Локатор докладывает, контакт заглушен, сэр.

– Очень хорошо. Капитан – локатору: «Ищите слева по носу».

Снова сильное искушение скомандовать: «Полный вперед» – и остаться без данных локатора. Искушение надо перебороть. Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни[23]. На этом курсе они пройдут на достаточном расстоянии от воды, перепаханной глубинными бомбами «Виктора». «Виктор» круто поворачивал вправо, заходя для новой атаки.