Ассирийцы. Покорители народов - Йорген Лессеэ

как ему удалось собрать войско, с помощью которого он сумел выступить против Экаллатума. В ассирийском царском списке говорится лишь о том, что он захватил город, расположенный примерно в 30 милях (около 50 км. – Пер.) к югу от Ашшура. Позднее, когда он занял ассирийский трон, Экаллатум стал одним из важнейших центров в южной части его царства. Захват города, вероятно, стал возможен, так как на стороне Шамши-Адада было войско из аморейских наемников, с удовольствием принимавших участие в подобных предприятиях, надеясь на богатую добычу, которую они получали, грабя захваченные города. Возможно, Шамши-Адад получил в Вавилоне финансовую поддержку от заинтересованных лиц, которым было выгодно ослабление ассирийского влияния в северных провинциях. Однако это только гипотеза. Мы можем быть уверены только в том, что Шамши-Адад, проведя три года в Экаллатуме, готовил нападение на Ашшур, северную столицу, и именно оттуда выдвинулся в поход. Захватив сердце Ассирийской державы, он низверг правящую династию и в 1748 г. до н. э. провозгласил себя царем Ашшура.

Шамши-Адад тотчас же решил найти религиозное обоснование своего вступления на престол. В духе правителей Вавилона он заявил, что на трон Ашшура его призвали Анум и Энлиль, древние шумерские боги, считавшиеся защитниками царей. Уподобляясь царям Аккада, он принял титул «царь всего мира», а на победной стеле, вырезанной его скульпторами, правитель тщательно имитировал тот героический стиль, который привнесли в месопотамскую эпиграфическую традицию Саргон и Нарамсин. Вавилонские цари никогда не пытались придерживаться этого стиля. В Ашшуре новый правитель построил грандиозный храмовый комплекс, посвященный богу Энлилю. Постоянные заявления Шамши-Адада о том, что именно Энлиль передал ему власть над Ассирией, нашли свое отражение в выборе названия для новой столицы, основанной им на севере Месопотамии, к западу от Тигра, – Шубат-Энлиль, «жилище Энлиля». Местонахождение города до сих пор неизвестно. Его руины, вероятно, находятся под одним из многочисленных холмов, возвышающихся над степью Эль-Геджира, между притоками, впадающими в Евфрат с севера. Шамши-Адад постепенно перевел большую часть своей администрации в Шубат-Энлиль. Возможно, город было проще защищать во время нападений с юга и востока, так как он располагался вдали от Тигра и старых военных маршрутов.

В надписи из Ашшура, известной во множестве копий на алебастровых дощечках, Шашми-Адад перечисляет свои титулы, строительные работы, проведенные по его приказу в Ашшуре, и осуществленные им завоевания:

«Шамши-Адад, царь всего мира, который построил храм бога Ашшура, кто в распоряжении бога Ашшура, кто любит его, укрепил страну между Евфратом и Тигром, тот, чье имя боги Анум и Энлиль произнесли за великие подвиги, (которыми он превзошел) царей, правивших до него.

Храм Энлиля, который построил Эришум, сын Иллушумы, был разрушен, и я приказал убрать его. Храм Энлиля, моего владыки, прекрасную часовню, величественное сооружение, местопребывания моего господина Энлиля, прочно стоящий, возведенный трудом строителей, я построил в своем городе Ашшуре. Храму я дал крышу из стволов кедра. В помещениях я установил двери из кедра, украшенные серебром и золотом. [Под фундаментом] стен храма [я положил] серебро и золото, ляпис-лазурь и карнеол [в качестве закладных подношений], и я окропил фундамент кедровым маслом, маслом лучшего качества, медом и маслом. Храм Энлиля, моего господина, я установил прочно и назвал его Э-ам-куркур-ра[5] (что значит) «Дом дикого быка страны…»

Тогда я получил в своем городе Ашшуре дань с царей Тукриша и царя верхней страны. Я установил стелу (на которой было) мое благородное имя, в земле Лабан на побережье великого моря».

Говоря о том, что он взимал дань с правителей Тукриша, области к востоку от Тигра, и с царя «верхней земли», вероятно местности в Северной Сирии, Шамши-Адад стремится, чтобы его признавали правители всех стран от гор Загроса до побережья Средиземного моря, «великого моря». Вероятно, Лабан следует отождествить с Ливаном, откуда Шамши-Адад, очевидно, привозил кедровое дерево, использовавшееся в качестве строительного материала в храме Энлиля в Ашшуре.

Во время завоеваний в землях, расположенных к востоку от Ассирии, Шамши-Адад не забыл Терку, город, откуда он был родом, и откуда Яггидлим и Яхдунлим, правители Мари, изгнали его семью. С самого начала он, вероятно, планировал вернуть Терку, осуществив ответный поход против Мари. В его официальных надписях, по крайней мере тех, которые известны нам, не сказано, когда была осуществлена эта кампания. О том, что поход действительно имел место и что он завершился успешно, свидетельствуют документы из архива Мари, найденные французскими археологами (с. 65). Большая часть этих писем, посвященных вопросам внешней политики и управления государством, относится к периоду, когда и Мари, и Терка находились под властью ассирийцев. Тот, кто читает эти письма, переносится во времена, когда Шамши-Адад правил страной из Ашшура и Шубат-Энлиля, а два его сына, Ишме-Даган и Ясмах-Адад, были его наместниками в Экаллатуме и Мари соответственно, в период ассирийского владычества в Мари.

Опубликованные письма из архива Мари можно подразделить на несколько групп: 1) почти 150 посланий от Шамши-Адада Ясмах-Ададу; 2) около 100 писем от Ясмах-Адада его брату Ишме-Дагану, а также некоторые ответы последнего; 3) большое число писем, адресатами и отправителями которых являются чиновники, жившие в городах и областях, находящихся рядом с Мари, причем некоторые из этих посланий относятся ко времени правления Шамши-Адада, другие – к периоду царствования Зимрилима. К примеру, в распоряжении исследователей имеются 84 письма от некоего Кибри-Дагана, управляющего Теркой, назначенного Зимрилимом, адресованных канцелярии в Мари. Ни в Экаллатуме, ни в Шубат-Энлиле раскопки не проводились. Очевидно, что в ходе археологического изучения этих городов будут открыты архивы, аналогичные обнаруженному в Мари, возможно даже гораздо более представительные, благодаря изучению которых мы сможем дополнить сведения, содержащиеся в письмах из Мари. То, что там были найдены послания, отправителем которых являлся Ясмах-Адад, вероятно, свидетельствует о существовании практики написания сообщений в двух экземплярах, один из которых хранился в канцелярии, из которой это письмо отправляли.

Захват Мари Шамши-Ададом стоил Яхдунлиму жизни. Об отдаленных последствиях этого события сказано в письме, адресованном Кибри-Даганом Зимрилиму:

«Скажи моему господину: так говорит Кибри-Даган, твой слуга.

С (богом) Даганом и Икруб-Илем все хорошо; с городом Теркой и (всей) областью также все хорошо.

Кое-что еще. В тот же день, когда я отправляю это мое письмо моему господину, жрец-муххум Дагана пришел ко мне и сказал мне следующее: «Бог повелел мне: поторопись обратиться к царю с сообщением о том, что необходимо организовать заупокойную трапезу для духа Яхдунлима». Это сказал мне жрецмуххум, и таким образом я передал сообщение моему господину. Да поступит мой господин так, как посчитает необходимым».

(Слово «этиммум», которое здесь переведено как «дух», возможно,