Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

На переходе СКА-021 был атакован немецкими самолётами и от полученных повреждений стал тонуть. Командир катера Гладышев был убит. В живых осталось лишь 16 человек. Их позднее сняли вышедшие из Севастополя сторожевые катера СКА-023 и СКА-053 и доставили в Туапсе. По другим же данным, людей с СКА-021 снял СКА-0101, который вернулся к нему и прибыл в Сочи 3 июля.

В ту же ночь, 1 июля, катера-тральщики «Ильич» и «Ревсовет», приняв людей, вышли из Севастополя на Кавказ, но в Батуми прибыли лишь на десятые сутки. Тогда же из Камышовой бухты на Кавказ, держась берегов Турции, ушли три катера-тральщика КАТЩ-85, 86 и 87 охраны района Камышовой бухты с командиром ОХРа старшим политруком А.И. Песковым и военкомом политруком И.И. Христенко. Всего на этих катерах вместе с командирами из 7-й бригады морской пехоты эвакуировалось 45 человек. Из-за плохой мореходности и поломки двигателей два катера пришлось бросить. До Батуми 4 июля дошел только один катер.

В 22 часа 30 июля из Севастополя вышло гидрографическое судно «Грунт» с 12 человеками команды и 16 эвакуируемыми. По пути судно было атаковано немецкими самолётами, зашло в Синоп и, получив там уголь, отправилось в Батуми, куда прибыло 7 июля.

Интересная история рейдового буксира СП-2, вышедшего в ночь с 30 июня на 1 июля 1941 г. из Севастополя с 77 бойцами СОРа. Буксир пошел 7-узловым ходом к Турции. Топливо кончилось, когда на горизонте появились горы. Тогда моряки поставили самодельные паруса и шли со скоростью 1–2 узла. Подошедшие на катере турки с изумлением смотрели на «парусник». Но потом все же взяли его на буксир и доставили в Синоп. Под нажимом советского военного атташе в Турции местные власти согласились снабдить СП-2 топливом, водой и продовольствием. В ночь на 4 июля СП-2 покинул Синоп и взял курс на Батуми. Буксир шел в пределах территориальных вод Турции и через 4 дня прибыл в Батуми.

По данным Г.И. Ванеева, всего за период с 1 по 10 июля в порты Кавказского побережья было доставлено 1726 бойцов СОРа, а убито или взято в плен было 130 125 человек[271]. Различные немецкие источники указывают число пленных 90—100 тыс. человек. Судя по всему, правы немцы, а не Ванеев. В сводках, предоставляемых военными, наверняка не указывались тыловые подразделения, местные подразделения и т. д.

Сообщение же Совинформбюро об оставлении Севастополя от 3 июля 1942 г. было верхом лжи и цинизма: «Сколь успешно выполнил севастопольский гарнизон свою задачу, это лучше всего видно на следующих фактических данных. Только за последние 25 дней штурма севастопольской обороны полностью разгромлены 22, 24, 28, 50, 132 и 170-я немецкие пехотные дивизии и четыре отдельных полка, 22-я танковая дивизия и отдельная мехбригада, 1, 4, 18-я румынские дивизии и большое количество частей из других соединений…

Советские войска потеряли с 7 июня по 3 июля 11 385 чел. убитыми, 21 099 – ранеными, 8300 – пропавшими без вести, 30 танков, 300 орудий, 77 самолётов. Бойцы, командиры и раненые из Севастополя эвакуированы»[272].

Возникает естественный вопрос: а почему адмирал Октябрьский не организовал нормальную эвакуацию войск СОРа?

У Октябрьского было два разумных выхода: либо доставить обороняющимся боекомплект в полном объёме и зенитные орудия, а также маршевое пополнение; либо начать эвакуацию гарнизона СОРа.

В составе Черноморского флота были сотни плавсредств – плавбазы (только подплав имел 4 большие плавбазы – бывшие грузопассажирские пароходы), тральщиков, сейнеров, буксиров, малых транспортов, различных катеров. Ну а линкор и 4 крейсера могли прикрыть эвакуирующихся огнём своих дальнобойных орудий.

Ах, бдительный Филипп Сергеевич берёг корабли от «стервятников» Геринга!

По сему поводу я не поленился заглянуть в донесение советских лётчиков. Так, 3 июля 1942 г. отмечалось: «Дневная воздушная разведка, проведённая в районе Севастополя, оказалась безрезультатной из-за неблагоприятных метеорологических условий». В ночь на 5 июля три СБ и семь МБР-2 вылетели «для бомбардировки торпедных катеров противника в порту Ялта». (Речь шла о диверсионных катерах итальянцев, а базировались они не на Ялту, а на Форос).

Из-за метеорологических условий один СБ ушёл к Керчи и бомбил её, а два МБР бомбили Феодосию. Два МБР вообще вернулись, не найдя цели.

Самолёты ДБ-3 поставили в районе Северной бухты в Севастополе шесть английских мин типа А-IV и сбросили бомбы. Участвовало 8 самолётов, но два из них из-за неблагоприятных метеоусловий вернулись на аэродром, не сбросив бомбы.

Любопытно, почему неблагоприятные метеоусловия не позволили нашим бомбардировщикам бомбить даже площадные береговые объекты, а немцам якобы метеоусловия не мешали бомбить быстроходные манёвренные корабли?

Почему группы сторожевых катеров с ходом до 26 узлов, вооружённые двумя 45-мм пушками 21К, успешно вели эвакуацию из Севастополя, а лидеры и эсминцы проектов 7 и 7У с ходом 35–40 узлов и с куда лучшим зенитным вооружением не могли участвовать в спасении людей и заодно поддержать защитников Херсонеса огнём своих 130-мм орудий?

Ради спасения Севастополя можно было пожертвовать даже 80 % кораблей Черноморского флота. Останься Севастополь советским во второй половине 1942 – начале 1943 г., на Чёрное море по железной дороге можно было доставить сотни подводных лодок типа «М», больших и малых «морских охотников», торпедных катеров, бронекатеров и т. д. Их нам поставляли союзники, промышленность, в конце концов можно было взять из Каспийской флотилии и Тихоокеанского флота.

Кстати, чуть позже, в 1943–1944 гг., это и было сделано. И сотни кораблей и катеров были доставлены на Черноморский флот с других флотов, от промышленности и по ленд-лизу. Почему произошла задержка? Да не потому, что этих судов не было в наличии, а из-за отсутствия баз у Черноморского флота, откуда они могли бы эффективно действовать.

Дело в том, что после сдачи Севастополя Черноморский флот полностью потерял господство на Чёрном море, забившись в его юго-восточный угол.

А крупные надводные корабли, начиная с эсминцев, в 1943–1944 гг. не участвовали в десантных операциях в Новороссийске и Керчи, и не пытались перехватить немецкие и румынские корабли при эвакуации Севастополя в апреле – мае 1944 г.

Глава 15. Германская оккупация 1942–1944 гг.

После кровопролитных боёв 1 июля 1942 г. в Севастополь вошли регулярные войска 11-й немецкой армии. В час дня на разрушенном куполе панорамы был поднят флаг с немецкой свастикой.

В этот день немецкое командование известило о падении крепости: «Севастополь пал. Над крепостью, городом и портом развеваются германские и румынские флаги. Германские и румынские войска под руководством генерал-полковника фон Манштейна, мощно поддержанные испытанным в боях авиационным корпусом генерал-полковника барона фон Ритгофена, после