Анатомия российской элиты - Ольга Крыштановская

Шло время, и становилось очевидным, что рамки «научно-технического творчества» оказываются слишком узкими для бьюшей через край активности комсомольцев, впервые познавших работу в условиях относительной экономической самостоятельности. В этой обстановке 12 июля 1988 года секретариат ЦК ВЛКСМ принимает постановление о создании при комитетах комсомола так называемых молодежных центров по организации свободного времени, доходы от деятельности которых должны были использоваться «главным образом на решение уставных задач комсомола, политико-воспитательную работу, развитие детского творчества».[338]Центрам разрешалось, в частности, заниматься выпуском товаров народного потребления, отвечающих потребностям молодежи, и в установленном ЦК ВЛКСМ порядке осуществлять внешнеэкономические связи.[339]Центры создавались как хозрасчетные организации, имеющие право вести совместную хозяйственную деятельность с государственными и иными предприятиями и организациями путем объединения на долевых началах денежных и материальных ресурсов, причем созданные таким образом совместные предприятия подлежали освобождению от уплаты подоходного налога и платы за прибыль17.[340]4 августа 1988 г. данная льгота была официально закреплена постановлением Совмина СССР № 956 «О содействии в хозяйственной деятельности ВЛКСМ».[341]В соответствии с этим постановлением, предприятиям и организациям комсомола предоставлялось, кроме того, право самостоятельно или на договорных началах определять цены и тарифы на оказываемые ими платные услуги, а товары и иное имущество, ввозимое в СССР предприятиями и организациями комсомола или присылаемое в их адрес из-зз границы, освобождались от оплаты таможенных сборов и пошлин.[342]Данное постановление наряду с принятым ранее постановлением ЦК КПСС от 6 июня 1988 г. № 721 «О расширении внешнеэкономической деятельности ВЛКСМ» заложило основу функционирования «комсомольской экономики», куда наряду с центрами НТТМ и молодежными центрами вошли в качестве третьего основного компонента также молодежные кооперативы.

К лету 1988 г. «комсомольская экономика» получила необходимую для своего существования нормативную базу и принялась бурно развиваться во всех доступных ей направлениях, в том числе и тех, которые явно не входили в планы ее партийных покровителей. К середине 1989 г. становится очевидным, что ситуация фактически выходит из-под контроля. В докладной записке управления делами ЦК ВЛКСМ, относящейся к этому периоду, отмечается, что в Совет Министров СССР, министерства и ведомства, руководящие комсомольские органы поступает большое количество писем и обращений «по вопросам, связанным с отдельными видами деятельности молодежных центров, такими, как скупка и перепродажа по завышенным ценам видео-и аудиотехники, компьютеров, транспортное обслуживание населения с использованием личных автомобилей граждан, идеологического содержания демонстрируемых видеопрограмм. Эти виды деятельности осуществляются с грубыми нарушениями законодательства, в ряде случаев возбуждены уголовные дела. Эти факты создают атмосферу неприятия в обществе, дискредитируют хозяйственную деятельность ВЛКСМ».[343]

К весне 1990 г. размеры «комсомольской экономики», которая постепенно отрывалась от комсомольских берегов и уходила в автономное плавание, были такими: четыре тысячи хозяйственных формирований различных типов при комитетах всех уровней, в том числе молодежный коммерческий банк, внешнеэкономическое объединение «ЮНЕКС», акционерное общество «Развитие», межрегиональные коммерческие объединения «Молодежная мода» и т. п. В стране действовало около 600 центров НТТМ, а также более 17 тысяч молодежных, студенческих и ученических кооперативов, созданных под покровительством комсомола и объединяющих около 1 миллиона человек.[344]

По мере того как комсомольская экономика развивалась и крепла, постепенно менялось и отношение к ней ее создателей. Предоставление льгот и привилегий предприятиям и организациям, которые оставались комсомольскими часто лишь по названию, становилось бессмысленным, а безудержная предпринимательская активность комсомольцев начинала дискредитировать уже не только комсомол? но и саму партию, допустившую разрастание «частнособственнических инстинктов» у членов организации, являющейся ее потенциальным резервом.

В выступлении перед делегатами XXI съезда ВЛКСМ в апреле 1990 г. генеральный секретарь ЦК КПСС М. Горбачев так сформулировал новый взгляд партийного руководства на эту проблему: «Комсомол начал делать много полезного через научно-технические общества, молодежно-жилищные кооперативы. По-моему, это надо всячески поддержать. Но политической организации молодежи не следует втягиваться в сугубо кооперативную, да еще перекупочную деятельность».[345]Изменение отношения «старших товарищей» к комсомольской экономике было встречено в кругах комсомольских функционеров с нескрываемым разочарованием. В специальной резолюции «О налогообложении», принятой XXI съездом ВЛКСМ в апреле 1990 г., комсомольцы с горечью констатировали: «В последнее время в правительстве СССР, его финансовых органах нет понимания значимости и условий функционирования предприятий молодежных общественных организаций, нет заинтересованности в их развитии. Это нашло отражение в последних решениях Совета Министров СССР и Министерства финансов СССР, а также в проекте закона СССР „О налогах…“, в которых не было предусмотрено сохранение льгот по налогам для предприятий комсомола и других общественных организаций. Принятие закона в предлагаемой редакции приведет к свертыванию деятельности свыше 4 тысяч предприятий молодежных общественных организаций, прекращению финансирования целого ряда социальных программ, лишит работы более 200 тысяч работников молодежных предприятий ВЛКСМ, а в итоге подорвет веру юношей и девушек в реальность перестройки. Пора понять правительству и Министерству финансов СССР, что взимание последних средств со всех без разбора, начиная от приспособившихся к системе гигантов-монополистов, заканчивая молодежными центрами, приведет, возможно, к незначительной штопке дефицита бюджета, но на долгие годы отбросит экономику назад, отобьет всякую охоту заниматься ею у кого бы то ни было».[346]«Комсомольская экономика» после отмены льгот действительно претерпела изменения. Постепенно молодые бизнесмены, заработавшие свои первые миллионы, вышли из-под контроля своих политических кураторов и пустились в открытое плавание. Начиналась эра становления рынка.