Четверть века в Америке. Записки корреспондента ТАСС - Андрей Шитов

11.4. Общее фото подгруппы по СМИ президентской комиссии по сотрудничеству России и США после заседания в Вашингтоне, 2012

11.5. Автор с М. С. Гусманом на заседании подгруппы по СМИ президентской комиссии по сотрудничеству России и США в Санкт-Петербурге, 2013

Наши дети в Америке:

11.6. Ваня и Даша Скоробогатовы

11.7. Мои американские героини. Наташа Оуэн с мужем Тоби

11.8. Мои американские героини. Филлис Джонсон

11.9. Автор с Дианой Блэк и Алексеем Климовым в посольстве РФ в Вашингтоне. Июнь 2014

Профессия искажает взгляд. Глаз репортера-тассовца привычно выхватывает из череды событий те, которые годятся на ленту, то есть могут быть преподнесены либо как новости, либо как наглядная иллюстрация к хронике текущих событий.

При этом порой не видишь леса за деревьями. Забываешь о принципе американского генерала и президента Дуайта Эйзенхауэра, советовавшего в потоке «важных и срочных» дел и забот все-таки обязательно оставлять время и на «важное, хоть и не срочное». А вот тем, что «не важно и не срочно», стараться вовсе не заниматься.

При мне об этом напоминал в Вашингтоне Дональд Рамсфелд — бывший шеф Пентагона и завзятый афорист. Помните его фразы про «новую» и «старую» Европу или про то, что «неизвестное» в стратегических планах и расчетах может само по себе быть как «известным», так и «неизвестным»?

Задним числом я корю себя за то, что за четверть века в США успел сделать совсем не все, что стоило бы. Скажем, на промышленных предприятиях разного профиля бывал с пресс-турами, а вот у фермеров ни разу не гостил. Да и вообще об «одноэтажной Америке» судил по большей части «вприглядку».

Поэтому и на вопросы о том, «ладно ль за морем иль худо» и каковы американцы в реальной жизни, до сих пор отвечаю с большими оговорками. А то, что успел обдумать и написать на эту тему, называю для себя лишь штрихами к психологическому портрету своих американских друзей.

На идеально ровном искусственном газоне футбольного поля в вашингтонском школьном дворе немолодой лысоватый дядька обучал двух старшеклассниц навыкам обращения с мячом. Тренировка была явно «самодеятельной», но выглядела при этом вполне профессионально. Все были в спортивной форме и под палящим солнцем битый час настойчиво и методично отрабатывали технику дриблинга, игры в пас, отбора мяча. Я гулял неподалеку с маленьким сыном, изредка посматривал в их сторону и думал, что воочию наблюдаю едва ли не главный «секрет» американских успехов не только на спортивных площадках, но и вообще в жизни.

Заключается он, на мой взгляд, в организованном, упорядоченном, если угодно — технологичном подходе к любому делу. Чтобы знать, как правильно действовать, американцы этому учатся, а главное — неукоснительно применяют затем на практике это самое свое «ноу-хау» в виде отработанной последовательности шагов. В этом смысле их жизнь напоминает такие их прорывные успехи в организации производства, как промышленный конвейер или современные информационно-компьютерные технологии.

Конечно, подход этот с виду настолько самоочевиден, что при попытке его обсуждать американцы искренне поражаются: «А у вас разве не так?» «Так, да не так», — отвечаю я и думаю о попытках «перескакивать» целые этапы исторического развития при «строительстве социализма» в бывшем СССР или об экономических структурных реформах, которые мы все никак не доведем до ума и в современной России.

Это все политика, возразят мне, а на бытовом уровне отношение к жизни у всех примерно одинаковое. Опять же — и да, и нет, отвечу я и вспомню, как в дорожном разговоре со случайными американскими попутчиками — супружеской парой примерно моих лет — упомянул, что ничего не принимаю от застарелой гипертонии, поскольку, мол, от судьбы не уйдешь. «Какой нелепый фатализм!» — вслух воскликнула собеседница. «Какая возмутительная безответственность!» — услышал я в ее тоне.

Без «авосек»

Американцы не живут «на авось». Само это слово отсутствует в их лексиконе, оно им неизвестно и чуждо, как и стоящее за ним понятие. Они сознают и умеют отстаивать свои личные интересы, понимая, что никто другой за них этого не сделает. Они ставят цели и стремятся последовательно, шаг за шагом их достигать. А между прочим, один мой американизированный приятель, преподающий последние годы в престижном московском вузе, утверждает, что и у сегодняшнего поколения российских студентов практически нет привычки к планированию собственной жизни и карьеры на несколько лет вперед, постановке перед собой мало-мальски реалистичных задач.

Молодые американцы, конечно, тоже бывают и безответственными, и наивными. Да и финансовая грамотность у них нередко хромает. Помню рассказ знакомой, жившей на военной базе близ Вашингтона: ее юная соседка, поссорившись с мужем, схватила в охапку грудного ребенка, побросала вещи в дорогую машину, купленную в кредит, и рванула через всю страну к родителям.

«Чем она собирается жить и как погашать кредит, — уму непостижимо, — резонерствовала знакомая, которая, по ее словам, пыталась до этого по-соседски вразумлять юную особу. — Хоть бы курсы для них какие-нибудь устраивали по семейному бюджету и вообще домоводству! Она ведь, кажется, вообще не понимает, что такое кредит, из-за которого эта машина станет им втридорога».

На самом деле американские недоросли почти наверняка все же лучше ориентируются в вопросах личного финансового планирования, чем их российские сверстники, — хотя бы в силу того, что заокеанская система высшего образования всегда была и остается платной и включает студенческие займы. В сегодняшней Америке это крайне болезненная тема: расплачиваться по таким кредитам приходится чуть ли не до седых волос. Между тем, по общему мнению специалистов, нынешнее молодое поколение — чуть ли не первое в истории страны, которое в материальном отношении уже живет и дальше будет жить хуже собственных родителей.