Национализация рубля. Путь к свободе России - Николай Стариков

Всякое дело не сразу приносит плоды. Так и начальные литературно-политические занятия ничего не приносили Бенито в финансовом смысле. Поэтому он продолжал работать: посыльным в мясной лавке, у виноторговца, ассистентом скульптора, протирщиком стекол, заводским рабочим. Он даже гадал за деньги на картах. Он подрабатывает, продает газеты, подменяя киоскера уходившего на обед. Оплата за труды — кусок ветчины.[279]Одет Муссолини постоянно в одни и те же брюки, которые его жена стирает почти ежедневно и сушит в соседней пекарне. Но его интерес к социалистическим идеям не угасает. Почему? Потому что он видит вокруг себя профессиональных революционеров.[280]Они кирпичей не клали, а жили очень и очень неплохо. Стремление вырваться из нищеты, не быть бедным — главный мотив поступков Муссолини. Это очень важно для понимания его дальнейших действий. Это потом он станет равнодушен к деньгам, а пока товарищи по партии покупают ему талоны на обед в дешевой столовой.

Вернувшись в Италию (объявлена королевская амнистия дезертирам!), Муссолини опять начинает работать сельским учителем. И пишет в четырехстраничную еженедельную социалистическую газету «Ла Лотта ди классе» («Классовая борьба»). «Это была одна из многочисленных еженедельных газет социалистической партии, издававшихся в Италии, и ни газета, ни ее редактор не привлекали к себе большого внимания».[281]Неудивительно — тираж газеты всего 350 экземпляров, а Муссолини совмещал в одном лице должности редактора, репортера и корректора. Но это было его первое партийное дело. Это его путевка в будущее. И он очень старается. Муссолини не только пишет, но и занимается агитацией, обходя окрестные деревни и городки. Именно здесь будущий дуче оттачивает ораторское мастерство. В 1911 году он призывает на страницах своей газеты к забастовке. Повод чисто социалистический — «Нет империалистической войне в Африке». Италия захотела получить свой кусок колониального пирога и вторглась в Триполитанию (территория нынешней Западной Ливии). Социалисты Италии категорически против этой войны и проводят акции протеста. «Борец за мир» Бенито Муссолини становится одним из главных агитаторов и организаторов забастовки. Тот, кто через пару десятилетий станет активно сколачивать новую итальянскую империю путем войны, в то время будет призывать женщин ложиться на рельсы, чтобы решать военным поездам. Беспорядки ширятся, рабочие начинают разбирать железнодорожные пути. Для прекращения безобразий правительство присылает войска, а зачинщика массовых беспорядков Муссолини арестовывают и судят. Приговор мягкий — год тюрьмы, из которых Муссолини отсидит лишь пять месяцев. Но эти месяцы в настоящей тюрьме, этот настоящий срок станет началом его взлета. Для авторитета в среде социалистов и «борцов за свободу» обязательно нужно иметь «отсидки». Точно так же невозможно стать вором в законе, ни разу не оказавшись в тюрьме. И сложно быть авторитетным диссидентом, если ты ни разу не был арестован «кровавым» и «тоталитарным» режимом…

Через девять месяцев после выхода из тюрьмы, в декабре 1912 года, Бенито Муссолини вместе с Анжеликой Балабановой избраны в ЦК социалистической партии Италии. Одновременно с этим Муссолини становится главным редактором партийной газеты «Аванти» с вполне приличной зарплатой, а Балабанова по его настоянию — заместителем главреда. Тираж у нового детища Муссолини уже не 350 штук, а 28 тыс. экземпляров. Это серьезное издание и серьезный шанс стать известным и сделать карьеру. Поэтому новый редактор всеми силами взялся за повышение популярности нового издания. За полтора года, то есть к лету 1914 года, тираж газеты «Аванти» вырос почти в четыре раза — до 100 тысяч экземпляров. Вместе с тиражом растут уважение партийцев, популярность и зарплата главного редактора. Бенито Муссолини достиг того, к чему стремился: он вошел в когорту неплохо оплачиваемых борцов за счастье рабочих. Теперь ему Не надо поднимать ничего тяжелее пера для того, чтобы заработать себе на хлеб. Но не пройдет и нескольких месяцев, как Муссолини поставит на карту все свое благополучие. И легким движением поставит жирную точку в своей социалистической карьере. Так что же случилось?

А случилась Первая мировая война. Она началась внезапно не только для революционеров, но даже для монархов, которые сами ее и развязали. По результатам этой войны в небытие ушли четыре Империи: Российская, Германская, Османская и Австро-Венгерская, а на их обломках очень быстро возникли новые государства. Когда вековая пыль, поднятая падением гигантских империй, осела, на финансовой карте мира осталось лишь две обеспеченные золотом валюты — доллар и фунт. Конкурирующие экономики, конкурирующие валюты уничтожались в ходе организованной мировой бойни. Это был первый этап установления полной мировой гегемонии для той «печатной машинки», что в 1694 году была создана банкирами в Великобритании. Вторым его этапом станет Вторая мировая война и последовавшая за ней Бреттон-Вудская конференция. Но сначала европейские монархи должны были сцепиться друг с другом в смертельной схватке.

И им помогли это сделать. Первая мировая не являлась закономерной или неизбежной. Она была виртуозно организована англичанами, которые, с одной стороны, обещали поддержку России и Франции, а с другой — поклялись немцам не вступать в войну на стороне Парижа и Петербурга.[282]Ведь удивительное дело — блок Антанта, членами которого были Англия, Франция и Россия, оказывается, не имел ни одного документа, в котором были прописаны обязательства Британии воевать за своих союзников! Зато противоборствующий военный блок, так называемый Тройственный союз, в который входили Германия, Австро-Венгрия и Италия, был связан настоящим союзным договором.[283]Италия была обязана воевать за своих партнеров только в случае, если бы на Германию напала Франция. А в реальности Берлин сам объявил войну Парижу, чем дал возможность итальянцам воздержаться от вступления в войну.[284]Поначалу так и было. 3 августа 1914 года итальянский король сообщил германскому кайзеру Вильгельму II, что условия возникновения войны не соответствуют условиям в договоре. В тот же день итальянское правительство опубликовало декларацию о нейтралитете.