Создавая будущее: Оккупации, вторжения, имперское мышление и стабильность - Ноам Хомский

Эксперты признают, что Вашингтон оказывает поддержку демократии, если только это способствует стратегическим и экономическим интересам, и проводит политику подавления, которая не менялась, вне зависимости от того, какой президент у власти.

Этот принцип в действии позволяет избежать эффекта домино, когда попытка сбросить ярмо хотя бы в одной стране вызвала бы аналогичные попытки по всему миру. По этим причинам даже мельчайший отход от полного послушания США рассматривается последними как экзистенциальная угроза, которая требует жесткого ответа: вспомните, что стало с сельскими общинами в отдаленных районах северного Лаоса, рыболовецкими кооперативами в Гренаде и т. д. по всему миру.

В недавно поверившей в себя Латинской Америке интеграция имеет по крайней мере три направления: 1) региональная интеграция – важнейшая предпосылка к независимости, препятствующая вмешательству США в дела стран региона; 2) глобальная интеграция – диверсификация рынков и инвестиций, налаживание отношений с Китаем как важным партнером; 3) внутренняя интеграция (пожалуй, наиболее важное направление из всех). Латинская Америка славится концентрацией богатства и власти в руках горстки влиятельных кланов и наплевательским отношением привилегированных элит к благополучию нации.

Регион имеет огромные проблемы, но здесь есть много перспективных проектов и начинаний, что, возможно, предвещает наступление эпохи международной интеграции в интересах простых людей, а не инвесторов и других властей предержащих.

Со времен античности регион, в котором в настоящее время располагается Афганистан, располагался на пересечении путей многих завоевателей. Александр Македонский, Чингисхан и Тамерлан захватывали его.

В XIX в. Британская и Российская империи боролись за господство в Центральной Азии – это была так называемая большая игра. В 1893 г. сэр Генри Мортимер Дюранд, британский колониальный офицер, начертил на карте линию предполагаемых западных границ управляемой британцами Индии. Линия Дюранда очертила области, где проживали пуштуны, которые афганцы считают частью своей страны. В 1947 г. северо-западная часть региона вошла в новое государство – Пакистан.

«Большая игра» продолжается в Афганистане и Пакистане, а также в регионе, который называют Афганопакистан. Речь идет об области по обе стороны от линии Дюранда – границы, которую население никогда не принимало и за пересмотр которой последовательно выступало государство Афганистан.

Афганистан по-прежнему стоит на кону как главный приз в «большой игре». В Афганопакистане президент США Обама в соответствии с предвыборными обещаниями запустил эскалацию военных действий – метод, характерный скорее для республиканца Буша.

В настоящее время Афганистан оккупирован Соединенными Штатами и их союзниками по НАТО. Военное присутствие посторонних усиливает конфронтацию внутри страны, в то время как необходимы усилия заинтересованных региональных держав, в том числе Китая, Индии, Ирана, Пакистана и России, которые помогут афганцам решить внутренние проблемы мирным путем, и в эту их способность верят многие.

НАТО уже давно не связывают с холодной войной. После распада Советского Союза альянс потерял предлог для своего существования: защиты от нападения СССР. Однако НАТО ринулся к новым рубежам. Президент Клинтон, нарушив обещание, данное Михаилу Горбачеву, расширил НАТО на восток, создав серьезную угрозу безопасности России и повысив международную напряженность.

Национальный советник по безопасности президента Обамы Джеймс Джонс – верховный главнокомандующий объединенными вооруженными силами НАТО в Европе с 2003 по 2006 г. – выступает за расширение НАТО на восток и юг, призванное укрепить американский контроль над поставками энергии из стран Ближнего Востока (так называемое обеспечение энергетической безопасности). Он также выступает за создание сил быстрого реагирования НАТО[11], которые дадут военному союзу «возможность осуществлять свои акции быстро в любой точке мира».

Такая миссия НАТО может включать в себя защиту строящегося газопровода ТАПИ стоимостью 7,6 млрд долларов, по которому природный газ будут поставлять из Туркменистана в Пакистан и Индию, проходящего через Кандагар, где развернуты войска НАТО. Вашингтон выступает за скорейшее строительство ТАПИ, потому что это позволит уменьшить доминирование России на энергетическом рынке Центральной Азии. Однако неясно, можно ли считать эти планы реалистичными в свете нынешних потрясений в Афганистане.

Китай вызывает наибольшую озабоченность у Вашингтона. В Шанхайскую организацию сотрудничества, которую некоторые аналитики рассматривают как потенциальный противовес НАТО, входят Россия и государства Центральной Азии. Индия, Пакистан и Иран являются в ней наблюдателями, и ходят разговоры об их скором присоединении. Китай также укрепил отношения с Саудовской Аравией, жемчужиной в короне нефтяной системы Запада.

Противовесом великодержавным маневрам в Афганистане стало пацифистское движение, которое растет в стране. Активисты призвали к прекращению насилия и переговорам с талибами. Эти афганцы приветствуют помощь извне в деле восстановления страны и ее развития, а не войны.

Движение за мир получило широкую народную поддержку в Афганистане, и американские войска ждет неласковый прием не только со стороны талибов, но и со стороны «безоружного, но не менее опасного врага – общественного мнения», – пишет Памела Констебль в Washington Post. Многие афганцы говорят, что «вместо подавления насилия, охватившего страну, иностранные войска лишь усугубляют его».

Большинство афганцев в интервью Констебль заявили, что «предпочли бы урегулирование путем переговоров с повстанцами вместо интенсивной военной кампании. Несколько из них отметили, что талибы являются друзьями афганцев и мусульманами, и что страна традиционно улаживала конфликты путем всенародного обсуждения и достижения договоренностей между племенами».

Первое послание президента Афганистана Хамида Карзая Обаме, по-видимому, оставшееся без ответа, заключало просьбу остановить нападения на гражданское население. Карзай также сообщил делегации ООН, что хочет установить срок вывода иностранных войск. Поэтому он впал в немилость в Вашингтоне и сменил статус «любимца СМИ» и «нашего человека в Кабуле» на статус «коррумпированного и враждебного политика». Пресса сообщает, что Соединенные Штаты и их союзники планируют заменить его на своего ставленника. Популярность Карзая снизилась также в самом Афганистане, хотя его по-прежнему любят несравнимо больше, чем американских оккупантов.

О мотивах США в Афганистане остроумно высказался опытный британский журналист Джейсон Берк: «Мы все еще надеемся построить там государство, нужное нам, а затем убедить афганцев, что они сами этого хотели. Это гораздо лучше, чем позволить им построить страну, которая им действительно нравится. В этом случае мы получим второй Иран».