Путин и Си Цзиньпин: два пути к вершинам власти – итоги - Алексей Николаевич Кашпур

они доказали возможность наведения порядка в стране, поэтому Ельцин, набивший руку в политической кадровой игре, постарался убрать Примакова из правительства. Ему нужно было провести на место президента человека, который бы не допустил возвращения коммунистического режима, а продолжил бы проведение и закрепление либеральных реформ, и кроме того, обеспечил бы ему лично и его «семье» спокойную жизнь после его ухода в отставку. Ельцин и его ближайшее окружение понимали, что кандидат в президенты должен привлечь избирателей такими качествами, которые контрастировали бы с ельцинскими качествами в лучшую сторону. Ельцина воспринимали не просто как алкоголика, но именно как самодура. Самодурство Ельцина было главным символом российской политической власти в течение 1990-х годов. Когда он начинал свою лидерскую карьеру, он был самодуром целеустремленным, рвущимся к власти, таким его и воспринимали, считая это нормальным как напористость и своевременную альтернативу мягкотелости Горбачева. Когда Ельцин победил в этой борьбе, он стал просто самодуром. Сам себе он казался самодуром царственным, считая такое качество необходимым для успешного политического деятеля, о чём он пишет в своих мемуарах. Это он считал обязательным, а иначе как понять, что перед тобой самодержец? Символом этой российской власти была бесконтрольность пьяная, разухабистая, выражающаяся криминальным беспределом внутри страны и всевозможными нарушениями протокола за её пределами. Там из самолета не вышел, тут перед студентами в пляс пустился – у зарубежных наблюдателей это создавало ожидаемое впечатление этакой типичной русской гулянки с медведем. А изнутри за пьянкой без труда видели типичную для любого самодура готовность пустить всю страну на поток и разграбление, лишь бы подтвердить безграничность своей власти. Ельцин позволял группам влияния делать всё, что им было нужно, при условии исключения какой-либо угрозы в его адрес.

При таком правителе члены его ближайшего окружения и «группы влияния» представлялись всесильными. Это устраивало «влиятелей» тем более, что он им никак не мешал, а народ от власти и от политики отпугивал. Поэтому планы этих групп влияния и Ельцина совпадали в основном. На смену ему должна была прийти в буквальном смысле ельцинская креатура, созданная если не самим Ельциным, то по его символическому подобию. Таким и оказался Путин, его привели – как показали, по крайней мере, всей стране[34]. Заслугу в его отборе приписывал себе олигарх Березовский, но Ельцин в своих мемуарах пишет, что он сам принимал решение по этому вопросу. Он выбирал между Степашиным и Путиным, но первый показался ему слишком мягким, а второй подошел по своим волевым качествам и решительности. По его признанию, его впечатлило, как Путин вывел из-под удара Собчака, когда на того завели уголовное дело, и он вывез его нелегально в частном самолете в Финляндию и потом во Францию. Кроме того, он пишет, что приметил Путина ещё тогда, когда он возглавлял контрольное управление администрации, потом стал первым замом Юмашева (по региональной работе). Его доклады и четкая реакция на неожиданные вопросы, которые обычно сбивали других сотрудников, впечатлили Ельцина. При назначении Путина директором ФСБ вместо неугодного Ельцину Ковалева, он предложил Путину сделать его генералом, но Путин отказался. В дальнейшем, по мнению Ельцина, он провел очень грамотно реорганизацию ФСБ (он устранил из ФСБ именно те отделы, которые отвечали за экономическую безопасность страны, за борьбу против подрыва российской экономики). Многолетний опыт работы Путина в органах безопасности, большая управленческая школа у него за плечами по мнению Ельцина и, главное, «сочетание в нём огромной приверженности демократии, рыночным реформам и твердый государственный патриотизм» стали решающим фактором для выбора Ельциным своего преемника[35]. Перед окончательным решением о выборе Путина в качестве наследника Ельцин сменил пять премьер-министров. Утвердившись в своём решении, он позвонил «другу Биллу Клинтону» заверив его, что наследник Путин продолжит его политику в России. Как показало дальнейшее, выбор был очень удачным как в первую очередь для Ельцина и его «семьи», так и, в общем, для страны.

Интересную в целом положительную характеристику Путина дает в своих воспоминаниях Е. Примаков. Он пишет: «Перед назначением председателем правительства, тоже неожиданно для многих, за пару месяцев до объявления “наследником” Ельцина Владимир Владимирович Путин в течение нескольких лет работал сначала в мэрии Санкт-Петербурга, потом кремлевской администрации, а затем в должности директора Федеральной службы безопасности. Этот послужной список был явно недостаточным для того, чтобы охарактеризовать его как политика. Но будучи с ним в одном правительстве – сначала я министр иностранных дел, затем премьер, а Путин – директор ФСБ, я постоянно находил в нём человека умного, определенного, умеющего держать слово. Из ряда бесед с ним можно было сделать вывод об идеологическом и политическом лице Путина: его патриотизм не перемежался с шовинистическими идеями, он не ориентировался на сближение ни с левыми, ни с правыми, а его политические симпатии диктовались интересами России – естественно, так, как он их понимал. Факты накапливались, которые позволяют судить о том, что Путин – самостоятельный политик и отнюдь не стал выполнять ту роль, которую ему уготовили те, кто назвал его преемником Ельцина. Сохранив в целом курс на построение в России демократического общества и рыночной экономики, Путин пошел на ряд мер, которые выправляли перекосы и реально прокладывали путь к цивилизованному рынку. Придя к власти, он действовал эволюционно. Одним из примеров этого являлось своеобразное соглашение с группой олигархов. Оно не было положено на бумагу, но его смысл заключался в том, что олигархи должны были не вмешиваться в политику, не расставлять своих людей на командных должностях, не подкупать чиновников, не пытаться командовать государственными структурами, и, конечно, не прибегать ни к каким махинациям для того, чтобы уйти от честного налогообложения. Дело “ЮКОСа” и Ходорковского стало предостережением для остальных олигархов. Указ Путина о сокращении до трех лет срока возможного рассмотрения дел, связанных с недобросовестной приватизацией, успокоило крупный бизнес. Использование Путиным питерцев для своего окружения тоже не избежало публичного внимания». Примаков приводит ставший популярным анекдот про переполненный троллейбус, в котором один из пассажиров спрашивает своего соседа: «Скажите, вы не из Питера?». Получив отрицательный ответ, задает второй вопрос: «Скажите, а вы не из спецслужб?» После второго отрицательного ответа в ярости кричит ему: «Тогда, гад, сойди с моей ноги!»[36]

Приняв окончательное решение, Ельцин начинает проводить его в жизнь. 9 августа 1999 года указом Президента в правительстве была введена ещё одна должность первого заместителя председателя правительства (третьего по счету) и, этим же указом, эту должность получил В. Путин. В тот же день другим указом Б. Ельцина кабинет Сергея Степашина был отправлен в