Несвоевременные мысли эпохи Третьей Империи - Евгений Сатановский

Что характерно, бандит, ставший официальным лицом, как правило, остаётся бандитом. С чего ему меняться? Раньше, прикончи его, — бандитские разборки. Никто никого искать не будет. А теперь он сам власть. И покушение на него есть покушение на устои, государство и систему как таковую. Так что ещё вопрос, кто кого первым прикончит. Точнее, первым он приканчивает закон и порядок, которые только в вестернах торжествуют, но формально он их блюдёт и никому нарушить не даст. Скалой на защиту встанет. Грудью прикроет. В том числе от клеветников и завистников, которые утверждают, что закон что дышло, а суд чинят судьи почти исключительно неправедные. Диссиденты, понимаешь! Порасплодилось их, что грязи. Честному чиновнику украсть и посамодурничать немного невозможно, чтобы не попасть в объектив камеры. То ли при Петре было… Поймали — в каторгу пойдёшь. Но ты поймай! Записывающих устройств не было. Почта ходила медленно. И до царёва уха не доберёшься. Не то что нынешнее время, когда все всех пасут и фиксируют почём зря.

Невозможно работать. Вот был ты, скажем, мелким наркодилером. Выбился в крупные. А там и в наркобароны. Термины не наши, заимствованные у идеологических противников, ну да ладно. И привыкнув к большим деньгам, которые этот бизнес даёт, ты его продолжаешь, вне зависимости от поста, который занимаешь. Потому что статус даёт возможности. Грех их не использовать для расширения рынка, упрощения логистики и прочих благих дел. Отчего в этом бизнесе на верхних этажах по всему миру такие люди и организации, что страшно даже о них подумать, не говоря о том, чтобы назвать. Отчего самолётами, поездами и грузовым автомобильным транспортом идут наркопотоки, контролируемые правильным начальством. А ловят профильные ведомства его конкурентов — под телевизионные репортажи и громкие заголовки газет. Но упаси Г-дь попасть в объектив, если поймали. Для таможенников груз кокаина — смерть карьере, говорят злые языки. Сунулся не туда. Нашёл. Поднялся после ареста груза скандал — карьеру загубишь. Не поднялся — тоже. И там, и тут клин.

Про обычную контрабанду не стоит даже и говорить. Такими бортами везут, под такое декольте… Так что, повторим, смена исторической формации и перенастройка государства на новый лад для уголовного элемента — золотая жила и путь наверх. Отчего так много ОПГ на этом самом верху, некоторые из которых идут под разгон, когда кто-то из их ставленников для Первого становится неприятен лично или просто засвечивается в беспределе до состояния, с которым мириться совсем нельзя. Потому что население теряет терпение и может случиться потрясение основ. То есть пойдут протесты, подавление которых всегда и везде провоцирует новые протесты. И так можно дойти до ручки. Чего, надо сказать, отечественная власть при всех её чудачествах старается избежать. Поскольку понимает, что ценных ресурсов у неё много и желающих сесть на её место и всем этим распоряжаться тоже. Ходорковский там. Да и не он один. Просто Михаил Борисович или, как его в просторечье зовут, МБХ, наиболее из этого ряда выделяется. Связями. Опытом. И несомненным интеллектом.

Но это о другом. Как всегда попытка поразмышлять на одну тему выводит к другой. А там и к третьей. Так что автор прекратит описание новых «отказников»: экс-олигархов и их технологии борьбы за власть в отдельно взятой России, которая, как водится, находится во враждебном окружении, продолжая играть в национально привычную игру «партизанский отряд с предателем». В роли которого в стране выступает не столько «пятая колонна» из «иностранных агентов», которые по большей части просто скептические люди и попавшие с ними заодно под раздачу получатели западных грантов, сколько обладатели самых что ни на есть преданных взглядов снизу вверх. Пробы на них, как правило, ставить некуда. Происхождение их капиталов непрозрачно сплошь и рядом. Если кто страну угробит, так это они. Но что-то не видно, чтобы их вычищали из начальственных рядов. Так, факультативно. Им на Руси жить по-прежнему хорошо. Ворон ворону глаз не выклюет, сколько ему ни приказывай. Он же не дурак, этот ворон…

Путин — президент России? Без сомнения. Причём очень даже неплохой. Окружение его, включая премьера, мало кто любит, но на фоне этого окружения Сам смотрится превосходно. Выдержан, терпелив, вежлив даже в разносах, демонстрирует чуткость к желаниям народа. И пожеланий здоровья и держаться, при том что денег нет, от чего вся страна встаёт на уши и долго этого положения не меняет, старушкам не высказывает. Ибо понимает, что доброе слово для бедного человека вещь наиважнейшая и для национального лидера непростительно малых и убогих притаптывать, демонстрируя, что торопится он и недосуг ему старушкам слёзы вытирать. Но это о его преемнике. Бывшем и, не исключено, будущем. Назначит опять — вот счастье будет! Но вернёмся к действующему. С внутриполитической точки зрения он титан и стоик в одном флаконе. Можно ли было за эти годы делать больше и сделать лучше, хоть в экономике, хоть во всём прочем? Наверняка. И много. Но власть у кого? У него. И конкурентов не видно. А это главный критерий успеха.

С внешнеполитической… Крым — часть России. Армия в Сирии доказала, что воевать она умеет. Отродясь такого не было. Малыми силами на чужой земле — это всегда был только лозунг. А теперь нет. И понятно, что Шойгу и Герасимов более чем на своём месте. Что для страны во враждебном окружении и под санкциями важно. Опять же, пусть не вся, но оборонная промышленность начала работать. Не на полную мощность. Однако её продукция продемонстрирована на практике в Сирии. А с учётом тяжёлых систем, про которые было рассказано и которые по естественным причинам не применялись, иначе Третья мировая началась и закончилась бы в ходе практических испытаний этих вооружений, война против России представляется делом рискованным и бессмысленным. Что важнее, чем гей-парады и прочая популярная в Европе и на побережьях Соединённых Штатов чепуха. Да и на встречах с коллегами Главный Начальник смотрится как-то убедительней. Глупостей не говорит и, что важно, не делает. Как о нём говорят: «сильно играет слабыми картами». И молодец.

Кадровая политика у него ни к чёрту, и справедливости там никакой. Поскольку он горой стоит за ближний круг, что бы они ни делали. И это хорошо, потому что стабильность. Но то, что он не сдаёт своё окружение даже когда его не сдавать, а гнать в шею пора, — самая слабая его черта как президента. Хотя лучше, чем кадровая чехарда его предшественника. А то, что придворные его в основном люди алчные и бестолковые и для них главное не сделать дело, а отчитаться начальнику, чтобы тот не отправил на какой-нибудь символический пост, вроде торговли с Украиной, — с этим уже, видимо, ничего не поделать. Такая у страны карма. Зато с делами семейными у него всё правильно. Ни один знакомый с его семьёй человек не сказал ни одного дурного слова про жену или дочерей. Никто в стране и за её пределами не обвинил их в попытках вмешиваться в государственные дела, что в своё время сильно ударило по Горбачёву (Раиса Максимовна) и Ельцину (дочь Татьяна). Ханжи помнят про его развод. Но у него он прошёл по-человечески. А в личной жизни всё бывает. Оттого она и личная.

То есть по всему получается, что президент у страны — человек приличный, очень опытный политик, серьёзная фигура на внешней арене и государственный деятель мирового класса. В отличие от предшественника и преемника (пока на один срок) «загогулин» от него никто не ждёт. И слава Б-гу. При этом ближний круг рвёт под себя и после него до цугундера страну доведёт на раз. А поскольку сильный лидер другому сильному власть нигде и никогда не передавал, при том что все люди смертны — и иногда внезапно, ждать в 30-е годы текущего столетия можно чего угодно. Поскольку слабость системы, заточенной под первое лицо, состоит именно в том, что не будь его, систему сбоит. Начинается мельтешение на тему: кто в доме хозяин? Разнести её может вдребезги. Тем более по границам и так не очень, и это даже не про Украину. Ещё посмотреть надо, что с Казахстаном будет. И не с ним одним. Однако это впереди. Пока же баланс рисков выдерживается. Страна жива и продолжает развиваться. А медленно или нет и с какими издержками — дело другое.