Интифада - Андрей Правов

Действительно, 14 декабря, уже в Москве, Панов прочитал короткое сообщение на ленте одного из иностранных информационных агентств. Из него следовало, что шейх Ясин организовал в секторе Газа новую палестинскую организацию – ХАМАС. Полностью ее название звучит как Исламское движение сопротивления. По-арабски «Харакат аль-мукавама аль-исламийя». Движение сразу же провозгласило, что не признает всех прошлых договоренностей с Израилем, в том числе и Норвежских соглашений, и намерено добиться полного освобождения Палестины – от реки Иордан до Средиземного моря.

«Лихо начинают, – подумал тогда Панов. – Действительно, прямо как «Талибан» в Афганистане. Никаких компромиссов…»

– Рад тебя снова видеть, Азиза, – улыбнулся Панов и протянул девушке руку. – У тебя есть время? Мы могли бы утром встретиться, пройтись по городу, поговорить.

– Да, конечно, с удовольствием…

Азиза появилась в Обществе дружбы около десяти утра. Панов ждал ее. Они направились к морю. На набережной было довольно много людей. Казалось, что настроение у всех гулявших в то утро было отличным. Газа переживала период своего расцвета. В автономию поступали немалые пожертвования – от арабских государств, США, Евросоюза и так далее. Вокруг шло строительство дорогих гостиниц, многоэтажных жилых домов, создавались шикарные пляжи с огромными водными горками. Палестинцы явно рассчитывали на большой приток туристов, которые, как им казалось, смогут решить все проблемы. В том числе и с работой для местных жителей, причем во всей автономии. В Газу люди будут прилетать купаться, а, в Йерихон, Хеврон, Вифлеем или тот же Восточный Иерусалим, который как были уверены палестинцы, не смотря ни на что, станет столицей их государства, для посещения святых для верующих мест.

– Как ты живешь? Чем сейчас занимаешься? – спросил Алексей Константинович.

– Все нормально, господин Панов. Или товарищ Панов? Как мне к вам обращаться?

– Зови меня Алексей, или Алекс. Отчества у палестинцев не приняты. Кроме этого, предлагаю перейти на «ты». Как мне кажется, так и должно быть между старыми друзьями. Ведь мы друзья?

– Конечно, Алекс. Так вот. Я жизнью в целом довольна. Работаю в Обществе дружбы. На добровольных началах. Для заработка преподаю русский и английский языки в местной школе.

– Ты давно уехала из Исламабада? Бывала в Москве?

– Курс в Исламском университете я закончила полгода назад. Досрочно сдала экзамены и получила диплом. В Москве я не была, хотя мама меня туда очень зазывает. Но я не хочу.

– Почему?

– Моя Родина, Палестина, переживает сейчас исторический момент. Возможно, что очень скоро будет создано независимое государство.

– Ты считаешь, что его надо провозгласить уже в начале мая?

– Была бы моя воля, это произошло бы еще полгода назад, когда я вернулась из Исламабада. Причем не надо спрашивать израильтян. Они, естественно, возражают, не хотят нашей независимости.

– Ну и какой же, на твой взгляд, должна быть независимая Палестина? В каких границах? Часть Западного берега и Газа? Или же, все-таки, как заявляет шейх Ясин, которого, помнится, ты горячо поддерживала, в нее должны войти все земли от реки Иордан до Средиземного моря?

– Жизнь диктует нам свои правила. Быть максималистом приятно, но не всегда практично. Поэтому я думаю, что поначалу нам надо получить все земли, которые Израиль оккупировал в 1967 году, создать независимое государство, а потом…

– А что, потом?

– А потом посмотрим…

– Но ты ведь понимаешь, что реально Израиль уже существует и как-то изменить этот факт вряд ли возможно.

– Понимаю. Но…

– Что но?

– Да ты не волнуйся так, Алекс, – засмеялась девушка. – Палестинцы также относятся ко всему происходящему исходя из реального положения вещей. И никому новая война и напряженность не нужны. Прошедшая Интифада дорого обошлась и израильтянам и палестинцам. Очень много людей погибло. Я лично выступаю за мирный путь решения всех проблем. За переговоры. В этом отношении я не совсем разделяю позицию шейха Ясина. Если Израиль действительно проявит добрую волю и поведет себя честно, с нашей стороны он должен встретить понимание. Раньше я в это не очень верила. Теперь же, как мне кажется, все возможно. Даже, если в начале мая и не получится объявить независимость, мне кажется, все равно скоро это произойдет. В Израиле пройдут выборы. Победу на них пророчат левым. Начнутся переговоры. Надеюсь, что не очень долгие, и будет принято соглашение, как его называют, «об окончательном урегулировании».

– А если израильтяне поведут себя иначе? Если их не устроят требования палестинцев? Ведь, насколько я знаю, они не собираются идти на уступки в вопросах Иерусалима, границ, возвращения арабских беженцев и так далее.

– А если они поведут себя иначе, будет хуже всем. Выбор прост: не будет государства Фалястын, будет новая Интифада. Во втором случае в Израиле снова будут рваться бомбы. Евреям это надо?

– Думаю, что нет. Но и израильские танки снова начнут стрелять по палестинцам.

– Да, и нам это не надо. Поэтому необходимо договариваться. И идти на уступки.

– Взаимно.

– Пусть так, но необходимо учитывать также, что палестинцы уже многие десятилетия лишены родины. Они очень страдали, ютились в лагерях беженцев и поэтому заслужили, может быть, и большего понимания.

– От израильтян я слышал, что их страна переживает сейчас весну надежд. На мир. А что палестинцы?

– И наши сердца полны надеждами. Только бы они сбылись!

– Ты бываешь по ту сторону «электронного забора»? В Израиле?

– Да, бываю. У меня есть пропуск. Я дружу с англичанкой из миссии ООН. Она мне его дала. Только обычно там не задерживаюсь. Сразу перебираюсь на Западный берег, навещаю друзей в Рамалле.

– Заезжай ко мне, в Тель-Авив. Я живу в новом жилом комплексе в Яффо. Называется «Андромеда».

– Знаю. В Яффо я также иногда наведываюсь. Там даже живут несколько родственников отца.

– А как он сам?

– Уехал в Ливан. Взял новую жену и сына и уехал. Все время говорил, что ему трудно жить в Газе. Нет, дескать, работы. И так далее. Не знаю. Он мне с детства все время твердил, что Палестина – наша Родина, что мы обязаны жить именно здесь. А сам взял, да уехал.

– Так что же выходит? Ты осталась совсем одна?

– Выходит так.

– И я тоже. Так что заезжай ко мне в «Андромеду». Поболтаем.

– Не знаю, не уверена. Вряд ли получится, – как-то, как показалось Панову, даже испуганно отвечала девушка.

«Да что это я? – подумал Алексей Константинович. – Приглашаю в гости к мужчине девушку-мусульманку! Совсем спятил. Она может и обидеться. Подумать, за кого, дескать, он меня принимает?»