Советская дипломатия на четырехсторонних переговорах по Западному Берлину (26 марта 1970-3 сентября 1971) - Ростислав Долгилевич

Третий раздел документа западных держав от 21 июля 1970 г. охватывал вопросы отношений Западного Берлина с внешним миром, прежде всего с ФРГ. Первый пункт этого раздела был сформулирован так: «Должно быть всеми принято, что западные секторы Берлина могут включаться в договоры, заключенные ФРГ в соответствии с действующими процедурами». Согласно второму пункту стороны должны были признать, что «физические и юридические лица западных секторов Берлина будут пользоваться консульской защитой со стороны властей ФРГ». Пункт третий гласил, что «не должно чиниться никаких препятствий проведению в Берлине заседаний международных организаций и других международных конференций, разрешенных тремя державами». В пункте четвертом говорилось, что никто не должен препятствовать «участию жителей западных секторов в обмене, организуемом Федеративной Республикой в области культуры, в развитии торговли и спорта»[119].

Содержание рабочего документа трех держав было кратко изложено в материале Третьего европейского отдела МИД СССР, датированном 3 августа 1970 г. и имевшим гриф «секретно»[120]. Отдел воздержался от каких-либо комментариев, но из контекста следовало, что он рассматривал этот документ как не учитывающий интересы и позицию СССР.

Хотя с марта по июль, отмечал Третий европейский отдел, состоялось шесть встреч послов, переговоры не вышли из предварительной зондирующей стадии[121]. Три державы проявляли готовность рассмотреть положение в западноберлинском вопросе, исходя из реальных условий 70-х годов. Они выражали в принципе согласие также обсудить возможность сокращения некоторых видов политической деятельности ФРГ в Западном Берлине, однако считали необходимым сохранить существовавший уровень связей между Западным Берлином и ФРГ в экономической, финансовой, правовой, культурной и других областях. В то же время три державы отрицательно относились к идее какого-либо формального соглашения, фиксирующего статус Западного Берлина как отдельного образования, и стремились свести возможную договоренность с СССР к урегулированию ряда интересовавших их «практических вопросов». Они также настаивали на подтверждении четырехсторонней ответственности «за весь Берлин»[122].

С советской стороны, подчеркивал Третий европейский отдел, в качестве ключевого вопроса переговоров выдвигается требование прекращения «провокационной политической деятельности» ФРГ в Западном Берлине (заседания парламента и кабинета ФРГ и их органов, упразднение филиалов боннских министерств и ведомств в Западном Берлине, запрет западногерманскими официальным лицам осуществлять в городе акты государственного верховенства, запрещение НДП и реваншистских организаций, съездов федеральных партий, прекращение подстрекательской пропаганды, соблюдение союзнических постановлений о демилитаризации). Советский Союз настаивает также на необходимости зафиксировать то, что Западный Берлин не входит в состав ни ГДР, ни ФРГ, и что это положение не должно быть изменено в одностороннем порядке[123].

Третий европейский отдел констатировал, что западные державы до сих пор не раскрывают своей позиции и, в частности, уклоняются от уточнения того, на что они были бы готовы конкретно пойти в деле ограничения политического присутствия ФРГ в Западном Берлине. На заседании 21 июля 1970 г. отмечалось заметное ужесточение позиции США, которое, судя по всему, было связано с их намерением «использовать западноберлинский вопрос в качестве рычага воздействия на линию ФРГ в отношении соцстран»[124].

Отмечалось также, что, несмотря на проходившие между четырьмя державами переговоры по западноберлинскому вопросу, ФРГ не прекращала демонстрации своего политического присутствия в Западном Берлине, хотя и воздерживалась от проведения каких-либо массированных мероприятий. Только в январе — июле 1970 г. Западный Берлин четырежды посетил федеральный канцлер В. Брандт, сюда неоднократно приезжал президент ФРГ, министры западногерманского кабинета и другие официальные лица[125].

На август 1970 г. во встречах послов четырех держав был назначен перерыв. Следующую встречу участники переговоров условились провести в сентябре, согласовав точную дату дополнительно в конце августа.

На ход четырехсторонних переговоров по Западному Берлину с самого начала оказывало влияние то, какие ветры преобладали в советско-западногерманских отношениях. 12 августа 1970 г. СССР и ФРГ подписали в Москве договор, ставший поворотным пунктом в развитии отношений между двумя странами и сыгравший огромную роль в оздоровлении политического климата в Европе и во всем мире. Договор базировался на принципе незыблемости территориально-политического устройства Европы, сложившегося в результате Второй мировой войны. В статье 3 Московского договора говорилось, что СССР и ФРГ «рассматривают как нерушимые сейчас и в будущем границы всех государств в Европе, как они проходят на день подписания настоящего Договора, в том числе линию Одер — Нейсе, которая является западной границей Польской Народной Республики, и границу между Федеративной Республикой Германии и Германской Демократической Республикой». СССР и ФРГ подтвердили, что они «не имеют каких-либо территориальных претензий к кому бы то ни было и не будут выдвигать такие претензии в будущем»[126].

Важное значение имела также фиксация в договоре обязательства сторон «разрешать свои споры исключительно мирными средствами» и воздерживаться от угрозы силой или ее применения «в вопросах, затрагивающих безопасность в Европе и международную безопасность, как и в своих взаимных отношениях…»[127].

Свою роль сыграла и «Договоренность о намерениях сторон», согласованная в ходе переговоров о заключении Московского договора. ФРГ заявила в этом документе о готовности заключить договоры с ГДР, Польшей и Чехословакией, а также о намерении строить свои отношения с ГДР на основе полного равноправия, уважения независимости и самостоятельности каждого из обоих германских государств.

Сам факт заключения Московского договора, равно как и его содержание, объективно способствовали прогрессу на четырехсторонних переговорах по Западном Берлину. Но с подписанием этого договора возникли и некоторые новые проблемы, требовавшие от советской дипломатии их глубокого изучения и адекватной реакции.