Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов - Светлана Александровна Смагина

Молодые люди очень скоро познакомились. Она вкратце рассказала ему про свое сиротское житье, он оказался молодым инженером, только что кончившим курс и отправляющимся к своим старым родителям. Отец его — приходский священник соседнего маленького городка. У них уютный домик, расположенный в прекрасном парке. Кнуд Сване (так звали молодого человека) неоднократно в разговоре подчеркнул, что она страшно ему понравилась. Они весело болтали, пока Ева не заметила, что уже давно пора отправляться на урок. При прощании молодой человек узнал ее адрес и фамилию. Прошло около месяца со времени этой встречи, когда удивленная Ева получает письмо от симпатичного молодого человека, который от имени своих старых родителей просит ее приехать к ним погостить на время каникул, так как им чрезвычайно желательно было узнать ближе ту, которую так любит их сын и которую они надеются скоро назвать своей дочерью. Ева решила поехать. Через несколько дней на станции влюбленный Кнуд встречает молодую девушку и знакомит со своими родителями. Около месяца прошло с тех пор, как Ева Ванг гостила у родителей своего жениха. Но девушка с удивлением замечает, что ни добрые старики-родители, ни прекрасная усадьба, ни присутствие жениха не удовлетворяют ее прежних грез; не о таком счастье мечтала она. Время длится как-то страшно скучно. Она почти радовалась мысли о скором возвращении в столицу. В то время случилось маленькое событие, которое поставило ее на край бездны, куда она безвозвратно была увлечена. В одно воскресенье улицы маленького городка огласились странным шумом. По улицам проезжал кортеж цирковых артистов, которые согласно принятому обычаю в ярких костюмах с музыкой сообщали городу о своем прибытии. Шумная пестрая толпа приковала внимание Евы, но особенно выделялся лихой наездник в костюме ковбоя, который подъехал к ней и, окинув огненным взглядом, отдал ей рыцарский поклон. Ева затрепетала. До сих пор еще никто ей так сильно не нравился, как этот наездник. Она решила непременно в тот же день быть в цирке. В цирке наездник г. Рудольф несколько раз обращал на нее свой пламенный взгляд. После окончания представления он следует за Евой, возвращающейся домой со своим женихом, и у калитки усадьбы дерзко просит ее повидаться с ним. Молодой инженер резко оттолкнул нахала, но тот уверен в победе; ночью он пробирается в спальню Евы в то время, как та, смущенная неприятным инцидентом с женихом, укладывается в постель. Кто поймет странную психологию женщины. Скромная молодая девушка, очарованная дикой страстью авантюриста и его наглой смелостью, не задумываясь отказывается от предстоящего ей тихого счастья спокойной, обеспеченной будущности, чтобы последовать с каким-то неизвестным наглецом в неизвестную будущность. Бездна раскрылась перед ней. Ева Ванг ушла с наездником Рудольфом, а Кнуд Сване, глубоко оскорбленный, не может забыть любимой девушки и, многократно перечитывая оставленное девушкой письмо, решает отправиться в столицу отыскать ее. Ева Ванг скоро узнала темные стороны жизни, в которую окунулась. Счастье ее было очень кратковременно. Ее любовник оказался далеко не достойным той любви, которой она его одаряла. Он был обыкновенный волокита, который оскорблял святое чувство Евы, приводя с собой новых любовниц из среды певиц шантана, где она тоже выступала. Ева и Рудольф с целью заработка приняли ангажемент в каком-то варьете, и еще недавно скромная девушка танцует дикий и страстный танец «Гаучо» на подмостках шантана ради удовольствия возбужденной толпы. При таких печальных условиях открыл ее пребывание бывший жених инженер Кнуд и, пользуясь настроением Евы, вызванным поведением Рудольфа, возвратившегося пьяным с любовницей, проникает в номер артистического пансиона, где живет Ева, и уговаривает ее бросить жизнь, которая ее загубит.

Ева соглашается, но в то время, как Кнуд отправляется за автомобилем, является Рудольф, и достаточно было несколько слов любимого человека, чтобы задержать Еву. Разочарованный Кнуд уходит навсегда, предоставляя Еву ее судьбе. Вечером Ева исполняла свой танец с Рудольфом в варьете, и этот вечер окончился страшным скандалом. Ева, увидев, что Рудольф снова ухаживает за какой-то девицей, врывается во время представления на сцену и бьет хлыстом свою соперницу, за что директор варьете рассчитывает ее вместе с Рудольфом. И снова минуло несколько лет. Тяжелые годы муки, тоски и лишений... Рудольф совсем опустился на дно. За пьянство его отовсюду удаляли, и, наконец, Еве самой пришлось зарабатывать в подгородном трактирчике игрой на рояле, но Рудольф эти деньги проигрывал в карты в обществе подонков городка, апашей и т. п. При таких скверных обстоятельствах снова встретил Кнуд свою бывшую невесту. Желая помочь ей, он посылает с кельнером записку с просьбой короткого разговора по делу. Ева, не зная, кем прислана записка, отказывается, но Рудольф видит в этом способ добыть нужные деньги и силой заставляет Еву войти в номер, где ее ожидает Кнуд. Печальна и трогательна была сцена встречи Евы с Кнудом. Кнуд снова пытается уговорить Еву бросить жизнь, которую она ведет, но та отвечает, что уже поздно. Она также отказывается от денег, которые Кнуд предлагает ей, желая поддержать ее хотя материально. Отказ принять деньги услыхал находящийся у дверей Рудольф и, не владея собой от злости, врывается в номер; тут он видит своего соперника, которого давно уже ненавидел. Он набрасывается на него, но не потерявшая присутствия духа Ева ловко выталкивает Кнуда за дверь и остается с Рудольфом, который изливает на ней свою злобу. Теперь только Ева поняла всю низость своего любовника и его цель получить деньги, продавая ее первому встречному. В отчаянии она хватает нож, оставленный на столе, и вонзает в грудь мерзавца. Увидев безжизненный труп любовника, Ева с проснувшейся страстью бросается на грудь убитого и осыпает его поцелуями, с трудом приходится ее оторвать. Прибывший полисмен констатирует убийство и в сопровождении праздной любопытной толпы уводит несчастную Еву. Бездна проглотила свою жертву. В немом отчаянии стоит у входа Кнуд и в последний раз видит ту, которую так нежно любил. Но где же образ той жизнерадостной девушки, которую он запечатлел в своем сердце? От нее веяло такой страшной болью, что слезы навернулись на глаза Кнуда. Она прошла мимо. В ее широко раскрытых глазах и ледяном взгляде не было видно ни боли, ни печали, от нее веяло отчаянием и тоской по утерянной жизни.

Сине-Фоно, Москва. 15 декабря 1910. № 6. С. 26-27.

3. В рубрике «Среди новинок» «Сине-Фоно» в разные годы можно было увидеть следующего рода аннотации:

Т. д. А. Ханжонков и Ко

Кандидат суфражисток. Сегодня в жизни суфражисток великий день — сегодня отмена женского труда. И вот господин, сочувствующий