Иллюзия закона. Истории про то, как незнание своих прав делает нас уязвимыми - Тайный адвокат

остаться, было ненамного меньше, в связи с чем премьер-министр Тереза Мэй назвала этот референдум «крупнейшим демократическим мероприятием в истории нашей страны» (2).

Чуть более четырех месяцев спустя, 3 ноября 2016 года, трое назначенных судей предприняли попытку отменить демократически выраженную волю британского народа. В решении Высокого суда, который «вышел на новый уровень» (3), «шокирующий судебный активизм» (4) судей вызвал «конституционный кризис» (5), когда они «указали правительству и парламенту, как им следует заниматься своими делами» (6), и поставили вопрос о том, «что стоит выше, [судебная власть] или парламент» (7).

Вынося решение по делу о судебном пересмотре, открытому по поданному Джиной Миллер, инвестиционным менеджером и филантропом, иску против министра по вопросам выхода Великобритании из Европейского союза, судьи Высокого суда постановили, что процесс подачи уведомления о выходе из Европейского союза в соответствии со статьей 50 Лиссабонского договора по закону требует принятия парламентского акта и что уведомление о выходе не может быть подано правительством с использованием его исключительного права. Или, как резюмировала это дело газета Daily Express: «Трое судей вчера заблокировали Brexit» (8).

На следующий день на первой полосе газеты Daily Mail появилось заявление, которое эхом разнеслось по всему миру (9). Над фотографиями трех судей: лорда Верховного судьи[121] Томаса, Председателя Коллегии по гражданским делам Апелляционного суда Англии и Уэльса[122] сэра Теренса Этертона и лорда-судьи Сэйлса – красовалась надпись «ВРАГИ НАРОДА». Далее в тексте говорилось об «оторванных от реальности судьях», которые «объявили войну демократии» в попытке «заблокировать Brexit». На сайте MailOnline подробно рассказывалось о каждом из вышеупомянутых судей: «Один основал европейскую юридическую группу, другой взял с налогоплательщика миллионы за консультации, а третий – открытый гей и бывший олимпийский фехтовальщик» (10).

The Telegraph, хотя и привлекла меньше внимания, чем Mail, взяла для первой полосы похожий заголовок – «Судьи против народа» (11), процитировав все тех же возмущенных членов парламента – Иэна Дункана Смита, Доминика Рааба и Дугласа Карсвелла – и сделав аналогичные заявления об особых интересах трех судей, не упомянув лишь о сексуальной ориентации сэра Эстертона. В эфире и социальных сетях ярость излучали политики Партии независимости Соединенного Королевства, включая Сюзанну Эванс и Найджела Фараджа, – первая призывала к тому, чтобы общественность наделили правом «увольнять» судей (12), а второй предупреждал судей о «гневе общественности, который они вызовут» (13). Редакционная статья газеты Daily Express объявила случившееся «самым ужасным кризисом со времен темных дней, когда Черчилль поклялся, что мы будем сражаться с ними на пляжах», призывая своих читателей: «Восстаньте, люди Британии, и боритесь, боритесь, боритесь» (14).

Правительственные министры не остались в стороне. Саджид Джавид заявил в программе Question Time[123] на BBC, что судебное решение «осветило важный моральный вопрос», добавив: «Это попытка пойти против воли британского народа, и она неприемлема» (15). Когда премьер-министра Терезу Мэй спросили, обеспокоена ли она влиянием заголовков Mail на конституционный принцип независимости судебных органов, она ответила: «Важно, чтобы у нас была свободная пресса». Министр здравоохранения Джереми Хант также заявил, что он будет «до конца защищать право газет писать в рамках закона то, что они посчитают нужным» (16).

КОГДА ЮРИСТЫ ПРИЗВАЛИ ЛИЗ ТРУСС, ВЕРХОВНОГО СУДЬЮ, ПО ЗАКОНУ ОБЯЗАННУЮ ЗАЩИЩАТЬ НЕЗАВИСИМОСТЬ СУДЕБНОЙ ВЛАСТИ, КАК-ТО ПРОКОММЕНТИРОВАТЬ ПРОИСХОДЯЩЕЕ, МИССИС ТРУСС ОТКАЗАЛАСЬ, СОХРАНЯЯ МОЛЧАНИЕ ТРИДЦАТЬ ШЕСТЬ ЧАСОВ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВЫПУСТИТЬ КОРОТКОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ.

Она подтвердила, что правительство обжалует решение в Верховном суде, вспомнила о существовании принципа независимости судебной власти и упомянула о «необходимости соблюдать правовой процесс» (17). Позже она повторила слова премьер-министра, подчеркнув, что «очень сильно верит в свободную прессу» и «не допустит, чтобы прессе указывали, что ей можно печатать» (18).

Когда страна готовилась к слушаниям в Верховном суде в декабре 2016 года, газета Mail была одной из нескольких, предлагавших более подробную информацию о судьях Верховного суда, или «Об одиннадцати неподотчетных лицах, [которые] будут рассматривать дело, способное нарушить волю большинства по поводу Brexit» (19). Каждому судье был присвоен звездный рейтинг «еврофил», основанный на их «официальных связях с ЕС», «публично выраженных взглядах, намекающих на наличие симпатии к ЕС» и «связях с людьми, которые критиковали кампанию за выход из ЕС». Найджел Фарадж и неофициальная кампания Leave.EU объявили, что они возглавят «100-тысячный марш к Верховному суду», чтобы «напомнить… суду, что они не могут игнорировать демократическое голосование народа на референдуме» (20).

Как только слушания начались, Иэн Дункан Смит высказался в поддержку освещения событий в газете Mail, объяснив, что поставлен вопрос, который был использован в качестве эпиграфа к этой главе: «Имеют ли право назначенные судьи (о которых общественность почти ничего не знает) аннулировать пожелания избранных членов парламента, а через них и правительства?» (21)

24 января 2017 года Верховный суд поддержал решение Высокого суда, постановив большинством голосов восемь против трех, что для уведомления по статье 50 потребуется принятие законодательного акта. В то время как в социальных сетях кипела ярость, а Найджел Фарадж обвинял «истеблишмент» в попытке «сорвать» Brexit, Иэн Дункан Смит тут как тут заявил в программе Виктории Дербишир, что это решение поставило «реальные конституционные вопросы о том, кто главнее» (22).

Как точно предупредил будущий министр иностранных дел Доминик Рааб: «Нечестивый союз ярых участников кампании против выхода из Евросоюза, управляющего фондом [и] назначенных судей» «помешал исполнению желаний британского народа» (23).

Чтобы просто перечислить все ошибки, которыми полны репортажи и комментарии по делу Миллер, понадобилась бы отдельная книга страниц на триста, и эта заключительная глава – не самое удачное место для этого. Вышеприведенные цитаты, пожалуй, являются одними из самых ярких примеров вопиющих заблуждений.

Начнем с того, что ни Высокий суд, ни Верховный суд не «блокировали Brexit» (24). Они просто определили законный путь реализации Brexit – путь, по которому, после того как вой утих, правительство должным образом последовало и преодолело его в течение двух месяцев (25).

Многие, кому следовало бы разбираться получше, упустили из виду важные детали. Так, Доминик Рааб заявил, что Высокий суд вынес «расплывчатый и недемократичный вердикт» (26). Каждый студент юридического факультета знает, даже если это каким-то образом ускользнуло от квалифицированного юриста мистера Рааба, что вердикт – это определение вины в уголовном процессе; понятие, совершенно отличное от судебного решения. К тому же, будучи далеко не расплывчатым, постановление Высокого суда в 115 параграфах подробно описывает все выслушанные юридические аргументы, рассмотренные законодательные акты и прецедентное право, а также обоснование принятого решения. Верховный суд пошел дальше, предложив 283 параграфа на 97 страницах, с краткой выжимкой для тех,