Цена чужого неба - Александр Науменко

— Нет, Макс. Это не бизнес.

Она прижалась щекой к его плечу, на секунду отгородившись от шумного зала.

— Я чувствую. Между нами стена. Ты здесь, но ты не со мной. Если у тебя другая… или если ты влип в долги… Скажи мне. Плевать на отца, у меня есть трастовый фонд, мы можем уехать. В Италию. Помнишь Тоскану? Тот виноградник?

Воспоминание резануло по живому. Закат, теплое вино, смех Стефани и её обещание: «Я буду любить тебя, пока смерть не разлучит нас».

— Я люблю тебя, Стефани, — произнес он хрипло.

Это не входило в сценарий. Разведчик не должен говорить правду, когда она так опасна. Но сейчас говорил не агент, а муж.

— Больше жизни люблю.

Она отстранилась, заглядывая ему в глаза. Женская интуиция, страшное оружие, страшнее любого детектора лжи.

— Звучит как прощание, — прошептала она, и её губы дрогнули. — Макс, что происходит?

— Ничего. Просто… мне нужно десять минут. Подпишу бумаги у Дугласа в кабинете, и мы свалим отсюда. К черту прием. Поедем домой, закажем пиццу и будем смотреть то старое чёрно-белое кино. Обещаю.

— Десять минут, — повторила она, не веря ему. — Если не вернешься, я приду за тобой. И разнесу отцовскую дверь, если придется.

Он наклонился и поцеловал её. Не дежурным поцелуем супруга, а жадно, отчаянно, пытаясь запомнить вкус её губ. Вкус, который он предаст через мгновение.

«Господи! Я веду себя, будто прощаюсь навсегда. Нет. Через десять минут вернусь и мы уедем домой. Вот и всё».

— Жди меня на террасе.

Мужчина развернулся и направился к дубовым дверям кабинета Дугласа Шелдона. Ему предстояло украсть не просто промышленные секреты. Ему нужно было подтверждение. Подтверждение того, что ЦРУ готовит в России не просто выборы, а кровавый хаос под кодовым названием «Серый Рассвет».

Макс шёл к кабинету с лёгкостью человека, прошедшего этот путь сотни раз. Пять лет без единого сбоя. Они видят «Максимилиана Гира», идеального зятя, надёжного партнёра, пацифиста, который боится пауков.

«Ничего страшного. Получу информацию, передам её и вернусь к привычной жизни».

Он почти поверил в эту легенду сам. Только вот в животе, там, где инструкторы ЦСН учили чувствовать опасность раньше, чем она появится, что-то заныло. Не страх. Предупреждение.

Но мужчина проигнорировал его, что стало ошибкой.

***

Кабинет Дугласа Шелдона дышал властью. Массивный стол из красного дерева, стены, обшитые панелями, запах кубинских сигар и оружейного масла. Макс знал, где искать. Не сейф за картиной. Нет. Это для простаков. Настоящие секреты хранились на изолированном сервере в полу, замаскированном под вентиляционную решетку.

Он опустился на колено, достал из запонки микросканер, аппаратный имплантированный модуль. Пальцы летали. Никакой магии, только холодная логика алгоритмов. Вскрыть контур охлаждения, подключиться к шине данных.

Экран коммуникатора мигнул: «Загрузка… Проект GREY DAWN».

Файлы потекли рекой. Схемы подкупа генералов МВД, маршруты трафика взрывчатки через Грузию, списки спящих ячеек в Москве. Макс смотрел на бегущие строки и видел не байты, а будущие взрывы в метро, обесточенные больницы, панику на улицах родного города.

— 98%… 99%…

— А я ведь спорил с Дугласом на ящик скотча, — раздался скрипучий, как несмазанная петля, голос.

Гир не дернулся. Он плавно выпрямился, закрывая рукавом экран устройства.

В тени, у книжного шкафа, сидел Кевин Риггс. Начальник службы безопасности. Бывший «морской котик», уволенный за излишнюю жестокость даже по меркам спецназа.

— Риггс, — кивнул Макс. — Не спится?

— Ты спалился на мелочи, «Макс». — встал начальник охраны. — Дуглас мне сказал, чтобы я приглядывал за тобой. У старика возникли подозрения по отношению к тебе. Особенно после того, как были слиты документы Уильямса в прошлом месяце…

Он был огромный, как медведь, но двигающийся с грацией танцора.

— Ты бредишь. Но все-таки, позволь узнать, и как же?

— Обычный янки не чистит яблоко ножом так, как это делаешь ты. К себе. Лезвием к себе. Старая русская привычка?