Избранное - Кира Алиевна Измайлова

поцеловала, сумел бы. Потом – не представляю. Башню снесло. Но, наверно, смог бы, а если нет… не хочу воображать. Я бы потом в петлю полез.

– Именно это я и имела в виду, когда говорила, что не побоюсь остаться с тобой наедине, – серьезно сказала Эл. – Ты ужасно занудный и очень правильный, Текс. Но тебе можно довериться.

– Ты еще скажи, что влюбилась в меня с первого взгляда!

– Нет, сперва ты мне не особенно понравился и даже немного напугал, – честно ответила она. – Но шеф предупредил, что ты с предубеждением относишься к женщинам в полиции, ну и… навязанный сотрудник – это всегда неприятно. Так что причина твоей ко мне неприязни была вполне понятна, и я просто старалась ее не замечать. А потом понемногу рассмотрела тебя. Это Пол – весь как на ладони, сразу всё видно, а ты вылитый броненосец – как свернешься в шар, так поди разгляди, что там у тебя под этим панцирем!

– Спасибо, не черепаха, – невольно фыркнул Текс. – И что у меня там?

– Долго перечислять, – сказала Эл.

– Богатый внутренний мир?

– Не особенно… – честно признала она. – Но это ерунда.

– Был бы человек хороший? – припомнил он дедово высказывание.

– Именно! Кстати, – вдруг спросила Эл, водя ладонью по его груди, – а почему ты так против отношений на службе?

– Это не я, а шеф. В смысле, запретить он не может, но смотреть будет косо, как на тех ребят, о которых ты упоминала.

– А почему? Нет, я понимаю, если начнется там… ревность, разборки из-за партнера, тогда придется разводить людей по разным командам или вообще в другое управление перебрасывать, но пока ведь все спокойно. Служба службой, а личная жизнь сама по себе, разве я не права?

– Права-то права, – тяжело вздохнул Текс. – Но у него личные причины.

– Расскажи!

– Да чего там рассказывать… Шеф еще в бытностью свою простым детективом женился на начальнице управления. Представляешь, как его подкалывали? Она ведь еще и старше немного…

– Ух ты! – Эл уставилась ему в лицо. – А где она теперь? На пенсии уже? Или в домохозяйки переквалифицировалась?

– Держи карман шире! – воскликнул Текс. – Она теперь служит инспектором в Главном управлении и, поговаривают, строит Барнабаса не только на службе, но и дома. Поэтому, сама понимаешь, шеф не одобряет служебные романы… Ну что ты смеешься?

– Не думаю даже!

– Кстати, не вздумай даже намекнуть на это, – предостерег он, – молодые сотрудники якобы не осведомлены о таких деталях его биографии. Я сам только отголоски застал.

– Уж кем-кем, а сплетницей меня отродясь не называли, – серьезно ответила девушка. – И вообще… ты уже выдохся, что ли?

– Я?! – всерьез оскорбился Нортон, потому что не только не выдохся, а чувствовал себя в силах продолжать отсюда и до послезавтра. – Кстати, а откуда ты знаешь… это вот всё? Разве у вас не строгое воспитание? До свадьбы ни-ни и… и вообще?

– Текс, мы живем в современном мире, – вздохнула Эл. – А я, сам знаешь, вообще отрезанный ломоть, так что в колледже встречалась с парнями… Вдобавок, я тебе уже говорила, что наших девушек сызмала обучают ублажать супруга и господина… Ну, не на живых людях, конечно: виртуальная реальность – отличная штука! Кстати, сейчас я на тебе кое-что опробую, из продвинутого курса…

– Ничего себе… – только и смог выговорить он, когда она взялась за… продвинутый курс.

* * *

Глаза Текс продрал ближе к полудню: нахальный солнечный луч, проникший сквозь тучи, разбудил, светил прямо в лицо, зараза… Ну, хоть дождь прекратился, и на том спасибо!

Тут Нортон припомнил вчерашнее, подумал было, что это сон, но, поглядев на кровать рядом с собой, убедился – нет, реальность. Эл сладко дрыхла, растянувшись на животе и накрыв голову подушкой, так что никакое солнце и постороние звуки (сосед завел косилку и включил музыку) ей не мешали.

Текс не удержался и провел ладонью по гладкой спине. Смуглокожая гибкая Эл напоминала бронзовую статуэтку танцовщицы – он видел похожую… нет, не в музее, среди улик по делу скупщика краденых предметов искусства. Тут Нортон вспомнил, что статуэтка та позеленела из-за скверных условий хранения, и ухмыльнулся.

– Пока не побреешься, даже не суйся, ты ужасно колючий, – сонно произнесла Эл и накрылась одеялом с головой.

Пришлось вставать и идти выполнять указание, потому что… потому что впереди был еще почти целый выходной, и не хотелось терять его попусту.

Ну а вечером надо было собираться и ехать в город – утром на службу, ее никто не отменял, и, если честно, Текс не представлял, как теперь себя вести.

– К тебе или ко мне? – деловито спросила Эл, когда синий кабриолет вкатился в их район.

– У тебя же соседка, – напомнил он.

– Ты давно догадался, что нет у меня никакой соседки, – покосилась на него девушка. – Думаешь, семья позволила бы мне жить… гм… кое-как? Пусть даже я и выбиваюсь из общепринятых в нашем роду рамок?

– Только не говори, что у тебя пентхаус… – пробормотал Текс.

– Нет, они дорогущие и неудобные. Просто квартира в таунхаусе, – улыбнулась Эл. – У тебя, я помню, негде развернуться и наверняка нечего есть. Чем закупаться по пути продуктами и тратить время на готовку, едем лучше ко мне! Ну, если ты не возражаешь.

Нортон возражал где-то в глубине души, потому что… Потому что, когда девушка обеспечена, а если что, семья всегда поможет ей материально, а ты – обычный зиппер с заурядной карьерой и средним жалованьем… это как-то неправильно, сразу напрашиваются ассоциации с жиголо. Правда, тут он припомнил шефа Барнабаса с его семейной историей и развеселился.

Да и вообще, приглашать Эл в свою насквозь прокуренную квартирку, где в холодильнике – она была права – мышь с голоду повесилась, было как-то глупо. Одно дело – загородный домик, там и места предостаточно, и кое-какие запасы имелись, и вообще, особенного комфорта от такого жилища никто не ждет, а другое – городское обиталище. Вдобавок, припомнил Текс, он еще и мусор не выносил с неделю, вечерами было лень и недосуг, а утром – некогда.

– Не возражаю, – сказал он. – Мне бы только форму погладить. А то в загородных старых джинсах я хорош, конечно, но шеф не оценит.

– Постираем и погладим, дел-то… моя тоже мятая, кстати, – Эл лукаво посмотрела на него из-под ресниц. – Текс, только не улыбайся так завтра на летучке. Я ошиблась, это не у Пола на лице все написано, а у тебя! Так что, если шеф нас спалит, виноват будешь именно ты.

– Я так и знал… – вздохнул Нортон, но