Набор - Инди Видум

расположении армейской части, и всё равно это было странно. Не зря же отец Василий просил меня задержаться.

Валерон появился перед обедом, гордый до невозможности. Выплюнул передо мной новый номер «Вестника Камнеграда» и принялся отчитываться:

— Комиссия продолжает опрашивать вояк. Ничего нового не выяснили. Ничего нового не нашли. Встретил старых знакомых из Дугарска, взял компенсацию.

— Астафьевских?

Валерон удивленно вскинулся. Видно, не ожидал, что я так быстро вычислю, кого он встретил.

— Именно так. Они как раз уезжали из города. Странно: вчера их запаха не было, а сегодня они уже уезжают.

— Они приезжали, чтобы ко мне пробраться, — пояснил я. — Сколько их сейчас?

— Четверо. Рожа у четвертого такая, что сразу понятно: это не жертва, а такая же первостатейная сволочь. Но я его вещи не брал, только их. Я же думал, он на нас пока не злоумышлял. Я же не знал, что они собирались к нам втереться. Прости, — Валерон покаянно вздохнул. — Но с остальных компенсацию взял в полном объеме.

— То есть больше не будешь брать?

— Как это? — удивился он. — С них просто сегодня больше брать было нечего. Но они еще жирком обрастут. Куда их вещи выложить?

— Давай пока сюда, — предложил я. — Глянем — может, и поймем, кто их направил.

Но увы, никаких инструкций в вещах не нашлось, хотя мы просмотрели всё и тщательно. Отложили то, что могло пригодиться в дружине или обычным людям, а приметное и ненужное было безжалостно отправлено в печь.

Пока Валерон разносил что на склад, а что на уничтожение, я изучил газету, которая была напечатана аккурат этим утром. Жемчужиной номера была большая статья.

'Пришел конец злоупотреблениям полковника Рувинского. Приехавшая комиссия, назначенная самим Его Величеством, в результате обыска обнаружила ту самую якобы украденную казну, к этому времени частично уже растраченную. Но большую часть денег удалось вернуть, поэтому жалование будет выплачено.

Удивляет наглость полковника, который обвинял местную полицию в бездействии и потворстве ворам, в то время как полицейским не было ходу в расположение армии.

Полковник был арестован и отправлен для дальнейшего дознания. Искренне надеемся, что полковник получит по заслугам, а недостающие деньги будут взысканы из его средств и выплачены его теперь уже бывшим подчиненным'.

Из интересного в газете сообщалось об открытии магазина для артельщиков из той же сети, что была в Дугарске. А ведь из Дугарска они сбежали, когда запахло жареным. Подозреваю, что в открытом магазине ассортимент будет невелик и основной подвозиться станет только по заказу. Но всё равно известие замечательное. Говорит о том, что город оживает, а не сдувается.

К сожалению, команде Гольцева встать на след не удалось. Нет, остатки артели Астафьева они нашли, но в мертвом виде. Троих. Относительно четвертого не удалось даже примет найти. Никто из тех, кто его видел, не мог сказать ничего определенного.

— Артефакт, и не из дешевых, — сказал Гольцев. — Он явно в этой команде был главным. Хотя главой всем представлялся Баранец. При трупах не было найдено ничего, кроме документов.

— Денег тоже не было? — удивился я, потому что Валерон не отчитывался по этому пункту.

— Может, и были, но трупы обнаружили до нас, — пояснил Гольцев. — Так что официально при них были только документы и ни денег, ни имущества. И еще информация в Озерном Ключе появилась, что полковник Рувинский умер по дороге. Сердечный приступ.

Как у Максима Константиновича. Узнать бы еще, насколько схожи симптомы у этих двух смертей — и тогда делать выводы о причастности шайки, в которую входит Базанин. А возможно, входил и погибший Резенский.

Смерть Рувинского подтвердила мою теорию, что он был не сам по себе, а значит, опасались, что через него смогут выйти на заводил, а значит, стоило присмотреться к его окружению. Кто-то же сообщил об аресте? И приказ на устранение ушел сразу же.

День закончился, комиссия в Озерном Ключе продолжала работать, но со мной желания пообщаться так и не выразила. Поневоле задумаешься, не зря ли я задержался. Может, им и необходимости в беседе со мной не будет?

Глава 31

Маренин оказался прав, и в следующие несколько дней моя дружина увеличилась еще на пять человек. Конечно, по сравнению с нормальной княжеской дружиной, этого было очень мало. Я рассчитывал, что за год смогу набрать людей в достаточном количестве, чтобы удержать тот кусок, на который нацелился. Теоретически можно было обратиться за помощью к отчиму, но мне казалось, что тем самым я сразу растеряю зародившееся было с его стороны уважение. А еще мне не хотелось быть ему должным.

Маренин заверил, что еще ряд людей из старой гвардии завершат свои дела и прибудут сюда. А часть не прибудет — кто перешел в дружину другого князя, а кто решил, что ему уже достаточно службы под любым князем.

И всё же в ближайшее время должен был собраться уже костяк приличной дружины, на которой за год мясо непременно нарастет. Казалось бы, всё идет прекрасно, но внезапно Наташа впала в транс и выдала:

— Нам скоро потребуется большая дружина.

Из чего стало понятно, что грядут новые проблемы, для которых нашего войска не хватит. Поневоле пожалеешь, что так мало магов удалось вытащить из зоны. И что Базанин сбежал и плетет где-то свои козни относительно меня. Я не знал ни где он находится, ни что задумал, ни с кем связан. И это меня нервировало. Проблемы могли вылезти с любой стороны, но с его — самые серьезные. Поэтому я сразу уверился, что большая дружина будет необходима как раз из-за проблем с его стороны. Конечно, был еще Симуков, но, как мне показалось, он остался неудовлетворен моим имуществом, а ради Валерона затевать боевые действия не станет. От брата Софии пришло письмо, но было оно не о результатах поиска трупа (я уверен, безрезультатного), а с просьбой продать Валерона или сдать в аренду. Предлагали за это неплохие деньги, но Валерон посчитал для себя унизительной сумму, посчитав ее слишком маленькой, и потребовал, чтобы я написал ответ под его диктовку. Ответ получился бы слишком оскорбительным, поэтому, написав одно письмо под присмотром помощника, отправил я другое, с формулировками куда более мягкими. Обидеться Симукову было не на что.

Так что Базанин оставался самым вероятным источником дерьма.

— Георгий Евгеньевич, как думаете, имеет смысл Гольцева и его людей направить