История Византии. Том 3. 602-717 годы - Юлиан Андреевич Кулаковский

воспоминание об имени супруги Юстиниана Великого. С разрешения зятя Юстиниан поселился в старом греческом городе Фанагории, который находился под верховной властью хана, как и лежавший на европейской стороне Босфора Киммерийского город Боспор, имевший так же, как и готская крепость, своего тудуна. Когда в Византии стало известно о сближении Юстиниана с хазарским ханом, Апсимар отправил к хану посольство с просьбой выдать ему Юстиниана, или хотя бы прислать его голову. За исполнение этой просьбы он сулил щедрое вознаграждение. Хан соблазнился и под видом защиты Юстиниана от злых умыслов на него со стороны императора окружил его хазарской стражей. В Фанагорию он прислал представителя своей особы, по имени Панаций, на которого совместно с тудуном Боспора Бальгицием возложил поручение убить Юстиниана, когда они признают удобным это сделать.[766] Один верный слуга, знавший эти замыслы против Юстиниана, выдал их Феодоре, а та не утаила этого от супруга. Юстиниан пригласил к себе Панация для личной беседы и удавил его петлей. Таким же жестоким образом он справился и с правителем Боспора. Отослав жену к ее брату в Хазарию, Юстиниан тайком бежал в приморское селение Томы. Там он сел на рыбацкое судно с несколькими близкими людьми и поплыл вдоль берегов Таврического полуострова. Доехав до гавани Символов (Балаклава), он сделал остановку и вызвал своих приверженцев, проживавших в Херсоне. То были: Варисбакурий с братом, Салибан, Стефан, Моронавел и Феофил. Увеличив ими свою свиту, Юстиниан обогнул маяк Херсона, проехал часть моря, которая носила у древних греков имя Некропиль, прошел мимо устья Днепра и Днестра. В этих местах путников настигла страшная буря. Предвидя неизбежную гибель, Миакий, один из приближенных Юстиниана, сказал ему: «Вот грозит нам смерть, владыка! Дай обет Богу за свое спасение, что если Бог возвратит тебе твое царство, ты не станешь мстить никому из своих врагов». На эти слова Юстиниан дал такой ответ: «Если я пощажу кого-нибудь из них, то пусть Бог меня потопит!» Корабль выдержал бурю, и путники вошли в устье Дуная. С места остановки Юстиниан послал своего верного слугу Стефана к болгарскому хану Тербелу с просьбой помочь ему отвоевать свое царство. За помощь он обещал хану щедрую плату, а также предложил отдать в жены свою дочь (которую он, очевидно, имел от первого брака). Обещания соблазнили хана, он принял Юстиниана с большой честью, собрал большое войско из болгар и славян и направился походом к Константинополю.[767]

Подступив к городу, войско хана расположилось на пространстве от ворот Харизия до Влахерн. Юстиниан заявил свои права на престол, но это заявление вызвало со стороны населения лишь насмешки. Очевидно, состоявшее из конников войско хана не представлялось опасным для крепких стен города. Так прошло три дня, а ночью, на четвертый, Юстиниан с немногими храбрецами проник в город через трубу водопровода. Началась паника, и Юстиниан занял Влахернский дворец. Лагерь Тербела остался за стеной у Влахерн. Столица оказалась во власти Юстиниана.

Предание наше ничего не говорит о сопротивлении со стороны Апсимара, а лишь о том, что он бежал в Аполлониаду, но был схвачен, привезен в столицу и заточен в тюрьму[768]. Туда же был переведен и Леонтий из монастыря Далматия. Немедленно начались казни. Ираклий, брат Апсимара, и все его офицеры были разысканы, арестованы и повешены близ городской стены. Во всех направлениях были разосланы агенты ловить разных чиновных лиц, которых затем предавали такой же казни. Низложенных императоров, Леонтия и Апсимара, водили с позором по улицам города, а самой казни их Юстиниан придал характер зрелища. Во время первых игр, которые он давал уже как восстановленный в своих правах законный император, были приведены в оковах оба его «заместителя» и повергнуты к его ногам справа и слева. Восседая на троне в кафизме, Юстиниан наступил ногами на их шеи, и до конца первого состязания народ возглашал: «На аспида и василиска наступиши и попереши льва и змия». Затем оба они были отведены в Кинегий и там казнены.

Водворившись на отчем троне, Юстиниан оказал высшие почести Тербелу. Пригласив его в столицу, он облек его в царские одежды, нарек кесарем, посадил рядом с собой и приказал народу совершить ему поклонение, как царю. Услуга Тербела была щедро оплачена деньгами и почетными дарами, в виде обстановки царского стола.

Отпустив Тербела, Юстиниан продолжал карать своих врагов. Патриарх Каллиник, скомпрометированный участием в деле Леонтия, был ослеплен и отослан в Рим к папе, как в 681 году имп. Константин отослал в Рим осужденного на соборе еретика, низложенного антиохийского патриарха Макария. Патриарший престол был предоставлен Киру, амастридскому затворнику, за его оправдавшееся предсказание. Казни не прекращались и принимали дикие формы. Приглашая к царскому столу лиц, имевших на то право по придворному этикету, Юстиниан по окончанию обеда одних посылал на виселицу, другим рубил головы.[769] В отношении многих как гражданских, так и военных чинов применялась казнь зашивания в мешок и утопления в море.[770]

Супруга Юстиниана Феодора проживала в ту пору у своего брата в далекой Хазарии. Чтобы водворить ее в столице, Юстиниан послал большой флот. Во время плавания флот сильно пострадал от бури, и много людей потонуло. Хан осудил эту ненужную пышность, и в рассказ летописца попали такие слова хана: «О несмышленый, не следовало ли тебе прислать за женой два или три корабля и не губить столько народа? Или ты думаешь, что берешь ее войной? Вот родился у тебя сын. Посылай, бери их». В ответ на это указание хана был отправлен кубикуларий Феофилакт, который благополучно доставил Феодору с ее сыном, получившим при крещении имя Тиверия. Юстиниан венчал жену и сына на царство и объявил Тиверия соправителем.[771] На монетах стало чеканиться изображение обоих императоров.

Все ближайшие помощники Юстиниана в благополучно окончившемся перевороте были вознаграждены возведением в сан патрициев, а Варисбакурий получил сан протопатриция и был назначен стратигом фемы Опсикия. Поддерживая родственные отношения с ханом хазар, Юстиниан имел случай принять его в Константинополе. Мы не знаем года, когда это случилось, так как враждебная Юстиниану летопись не сохранила свидетельства об этом событии; но в топографическом очерке столицы с перечислением достопримечательностей отмечено место, где состоялся прием и всенародное чествование хана. То была «Царская цистерна», где удостоился поклонения от народа Тербел. Там же были воздвигнуты статуи Юстиниана и Феодоры, причем Юстиниан был изображен коленопреклоненным.[772]

События второго правления Юстиниана изложены в нашем главном источнике, летописи Феофана, в таком же