Избранное - Кира Алиевна Измайлова

а ничего толкового, пока он не вернется в строй, шеф им не поручит, раз уж прямо об этом сказал. – Смотрите… Активизируется он примерно раз в три недели, пару-тройку дней выпрыгивает, как ты говоришь, потом исчезает. С чем это может быть связано?

– Полнолуние, – почти в один голос ответили стажерка и Дженкис, глянув на свои экраны.

– В точку, – ухмыльнулся Текс. – И это не я такой умный, это в заключении эксперта мелким шрифтом написано. Вас что, не учили читать все от и до, стажер ард-Дин?

– Учили, сьер, но я еще не успела добраться до этого документа, – спокойно ответила она. – И пожалуйста, если вам не трудно, называйте меня Харди. Или по имени. Я так и представляюсь обычно – Эл Харди.

– Почему Харди? – нахмурился он.

– Ард-Дин – Ардин – Арди – Харди, – пояснил Дженкис. – Людям так привычнее.

– И к нам все-таки относятся с некоторым предубеждением, – добавила Эл. – А это имя звучит нейтрально. И никак не связано с «Династией».

– Но на значке-то и в удостоверении у вас настоящее имя!

– А кто вчитывается в удостоверение? – криво усмехнулась она. – А если кто-нибудь станет чересчур пристально рассматривать мой значок, я на него в суд подам за домогательство!

– А это с какой стати? – опешил Нортон.

– Значок носят на груди, и тот, кто пристально рассматривает… – начал объяснять Пол, но Текс все испортил, ляпнув:

– Какой груди?

– Левой, – холодно ответила Эл. – Так что скажете, сьер? Полнолуние послезавтра, отчего бы не попытаться?

– Это, по меньшей мере, будет забавно, – сказал Текс. – Давайте попробуем. Но, подозреваю, вам придется не раз пройтись туда-сюда в разных образах.

– Я же говорю, у моей сестры много реквизита. – Казалось, стажерку невозможно было вывести из себя. – Я могу одеться студенткой, медсестрой, деловой дамой…

Нортон вовремя проглотил очередное замечание насчет выбора костюмов и подумал, что нужно лучше держать себя в руках. Чувство юмора у него мало того, что черное, как у большинства коллег, так еще и жеребячье. А много ли нужно, чтобы оскорбить девушку и ее сестру ни за что ни про что? Это между давно и хорошо знакомыми людьми такие шуточки могут быть уместны, и то не всегда, а сейчас лучше придержать язык.

– Ну хорошо, – Текс поискал взглядом урну, не нашел ее и сунул окурок в опустевший стаканчик из-под кофе. – Идем в кабинет, а то дождь собирается. Подумаем, каким маршрутом лучше всего ходить приманке…

5

Он оказался прав: три вечера подряд Эл бродила по темным аллеям то в форме студентки колледжа (весьма соблазнительной), то в легком платье, то в спортивной одежде, но тщетно – никто не пытался ни напасть на нее, ни продемонстрировать свое достоинство.

– Я знаю, сьер, вы скажете, я недостаточно привлекательна, – мрачно сказала Эл на четвертый день, подкрашивая глаза и губы прямо в машине. – Поэтому он и не клюет, хотя я выбираю самые безлюдные места!

– По сравнению с некоторыми потерпевшими ты – просто королева красоты. – утешил Пол. – Он явно не по внешности выбирает.

– Ну, будем надеяться, ты прав, – вздохнула девушка. – Полнолуние же сегодня? Вдруг повезет?

Текс не стал бы надеяться на «вдруг», но промолчал. Эл выбралась из машины, одернула прямую юбку – сегодня на ней снова была форма колледжа, – и направилась в сквер.

Тот был спланирован в виде колеса с расходящимися от центра спицами: небольшая площадка с фонтаном и аллеи. Ну и беговые дорожки, конечно – несколько кругов разного диаметра. Известно было, что эксгибиционист появлялся обычно там, где радиальные линии пересекали кольцевые. Оно и понятно: если человек в спортивной одежде находится на беговой дорожке, пусть даже и поздним вечером, его очень сложно заподозрить в чем-то противозаконном…

Основной поток прохожих уже схлынул, только время от времени мелькали припозднившиеся студенты, спеша на станцию. Где-то в глубине сквера мигали проблесковые маячки и время от времени слышался лай – это выгуливали своих питомцев редкие собачники, старавшиеся держаться компанией, так веселее.

Эл, как и было уговорено, неторопливо шла от центра сквера к той же станции, делая вид, будто увлеченно разговаривает по комму.

– Конечно, Марго, я приеду, – слышал Нортон, потому что передача велась на их с Дженкисом волне. – О чем ты, не может быть и речи, какие деньги? Разве мы не подруги? Непременно буду, да, да, не переживай… – Последовала пауза, видимо, Эл делала вид, будто вызывает другого абонента. Так и есть: – Ада? Привет! Я тебе сейчас такое расскажу, закачаешься! Сядь, если стоишь. Села? Так вот, слушай, эта глупая курица Марго опять влипла в историю, и теперь…

– Как у нее язык не отвалится трепаться так часами? – пробормотал Пол, явно прочитав мысли напарника. – У меня уже голова от этой трескотни раскалывается!

– А представь, у тебя жена бы такая была, – поддел Текс. – Милая, хозяйственная, как ты, помнится, мечтал. Со службы придешь, она тебя с ужином встречает, улыбается и щебечет, щебечет, щебечет…

– Идиотка, – завершил тот, тоже вспомнив бородатый анекдот. – Нет уж, Поланд Дженкис в неволе жить не может.

– Да, Ада, да! – раздавалось в эфире. – Ну как можно быть такой безответственной? А теперь все должны дружно бросаться выручать эту дурищу из беды, а она будет сидеть, поджимать губки и тянуть «ну я не зна-а-ала, что так выйдет!» Ужасно, просто ужасно… Что? А, я через сквер иду, ну, ты знаешь. Нет, еще не поздно, что ты. Просто меня Рем должен подобрать, но он в пробке застрял, вот я и гуляю… А? Что…

И тут раздался такой громкости возмущенный визг, что Текс, подскочив от неожиданности, чуть не пробил головой крышу машины, выругался и выскочил из салона.

– Туда! – указал Дженкис, и оба сорвались с места.

– Стоять, полиция! – расслышали они азартный выкрик Эл. – Стой, кому говорят, стрелять буду!

Еще слышен был топот и шумное дыхание.

– Эл! Что у вас?

– Преследую этого засранца… Врешь, не уйдешь!

Но не успела она договорить, как совсем с другой стороны послышался женский крик, но на этот раз не возмущенный, а исполненный ужаса, потом другой, похожий на детский, и Текс заторомозил на полном ходу и кинулся на голос прямо через кусты.

– Пол!

– Слышу! Эл, справишься?

Теперь в эфире было слышно только какое-то пыхтение и скулеж, и Нортон уже начал беспокоиться, но тут Эл ответила:

– Уже справилась. Прыткий зайчик попался! Я ему ласты завернула, сейчас отдышусь, отведу к машине. Об этом не беспокойтесь.

– Молодец, – сказал Дженкис, и тут напарники выскочили на очередную дорожку.

Сходу оценив положение