Сын Толстого: рассказ о жизни Льва Львовича Толстого - Бен Хеллман

друзья, среди которых Мартин Монссон – бизнесмен, занимающейся торговлей с Японией. Эммануил Нобель преподносит Доре роскошный подарок – платиновое украшение с оправленными бриллиантами и рубинами с символикой Красного Креста. Типичные шведы, думает Лев, неисправимые материалисты. Самого его терзают сомнения. Вернуться в Варшаву или искать службу в тылу? Его увлекает новая инвестиция: столовая на Лиговской улице, 73, расположенная далеко от центра. В соответствии с введенным государством запретом на продажу алкоголя, распивать крепкие напитки посетителям нельзя. К слову, по этому же адресу во внутреннем дворе находился кинотеатр, пайщиком которого Лев был два года назад.

Во власти азарта

Лев поклялся матери всем, что есть святого, что никогда не будет играть. Клятву он держит – почти два месяца. Но в декабре в московском клубе литературно-художественного общества снова проигрывает крупную сумму. Мать снова видится ему спасительницей, и Лев садится в поезд до Тулы. В Ясной Поляне ему все рады, хотя его появление явно сулит неприятности. Лев утверждает, что приехал, потому что устал от поверхностной и напряженной городской жизни. Он катается на лыжах, играет с маленькой племянницей Танечкой, вместе с сестрой Татьяной и братом Андреем планирует празднование Нового года. Есть время и для литературного творчества. Сейчас это преимущественно стихи. Валентин Булгаков, отбывающий заключение за призывы к неповиновению и отказу от военной службы, получает по почте два свежих поэтических опуса – «На могиле отца» и «Когда в душе твоей терзание». Первое славословит отца и его подлинно христианские идеи – ненасилие и любовь, а лирический герой второго страдает и жаждет смерти. Выхода из мучений он не видит, хотя кризис может значить, что спасение близко.

За десять дней в Ясной Поляне Лев многое успевает, но так и не находит в себе мужества признаться матери. Старший брат Сергей помогает ему выплатить небольшую задолженность московскому крупье, крупные долги же остаются.

В феврале 1915 года Лев снова приезжает в Ясную Поляну. Сейчас он готов во всем сознаться! Но снова сомневается – и уезжает с нерешенным вопросом. В Петербурге продолжает играть и делает новые долги. Однажды за ночь в Экономическом клубе он проигрывает немыслимо крупную сумму. По словам Пали (и Доры), речь идет о 27 тысячах шведских крон, то есть более чем о миллионе крон в нынешнем эквиваленте.

Сестра Татьяна получает отчаянное письмо, крик о помощи:

Таня, я погибаю. Вчера думал о папá. Если бы он был, я был бы другим. Одно его присутствие заставляло жить лучше. Его смерть и все после этого меня погубило. Сегодня ночью вдруг ясно вижу его перед собой в тяжелом полусне. Лицо красивое, строгое, серьезное и смотрит на меня в упор. Я тоже смотрел на него жадно, ожидая совета, слова. И вдруг в отчаянии я ему закричал: «Папá, папá, папá!» Тогда голова свернулась в сторону, поднялась в темноте и исчезла».

В письме Лев сознается, что проиграл все, кроме дома на Таврической. К счастью, Дора еще в 1913 году потребовала, чтобы он переписал дом на нее, тем самым избавив их от угрозы лишиться крова над головой. Сейчас ей приходится закладывать дом, чтобы выплатить долг семье Альмедингенов и покрыть расходы столовой. Тысячу рублей Лев должен четверым, один из которых игрок и заключен под стражу. Кроме того, нужно погасить вексель на две тысячи рублей и мелкие долги на общую сумму триста рублей. Но это уже, разумеется, мелочи…

Столовая и кинотеатр – это еще одна проблема с общей задолженностью в две тысячи рублей. Покупателей не найти из-за высокой аренды и зарплаты дворника. Компаньоны Льва помочь ничем не могут: один на войне, второй оказался нечестным человеком. Надеяться можно только на чудо. Однажды вечером Лев приходит домой с мешком, из которого высыпает на пол гору квитанций. Дора быстро принимает решение: вместе с четырнадцатилетним Палей они сжигают весь этот мусор в изразцовой печи. Нанимают нового кассира, но и это не помогает. Нужно избавиться и от столовой, и от кинотеатра, и от «английского» домика на Петроградской стороне, еще одной неразумной инвестиции Льва.

Может, Лев выберется из этого кошмара, если продолжит играть? И однажды ночью, поставив на кон несколько сотен, он выигрывает двенадцать тысяч, в следующий раз выигрыш составляет пять тысяч. Но отдать деньги Доре он не успевает – он их снова проигрывает и делает новые долги. «Если из 100 рублей в две ночи делаются тысячи, то кажется, что и десятки тысяч могут также легко вырасти из тысячи. И счастливцам это удается», – объясняет Лев. Его векселя больше не принимают. Его все чаще посещают мысли о самоубийстве, он теряет себя во мраке: «Пусть сажают в тюрьму, пусть арестуют, скандал, позор. Честь уже утрачена. Преступление близко».

Лев обращается за советом к Татьяне, просит подсказать, что ему делать. Утром у него не был сил встать с постели. Он лежит целый день, ничего не ест. Он потерял контроль над собой. Ничего не умеет, никому не нужен, никто не хочет ему помочь. Может, сказаться больным, попросту сумасшедшим, путь его свяжут и куда-нибудь отвезут? Или бросить все, уехать, попытаться выздороветь на расстоянии? Лучше всего поселиться где-нибудь в деревне, вдали от обманчивых городских искушений. Но подобное бегство Дора не примет никогда.

Проходит еще месяц, и, не в силах скрывать это дальше, он во всем сознается матери. На самом деле Татьяна уже рассказала ей о бедственном положении Льва. В дневнике Софья Андреевна пишет: «Плохое письмо от Лёвы Тане. О нем непрерывно сердце болит». В письме к матери Лев называет себя больным и преступником, он готов к тому, чтобы его изолировали и о нем позаботились. Дора, как обычно, хотела провести лето в Швеции, но он не может с ней поехать, если к тому времени не разберется с долгами. У него не было другого выбора, кроме как продолжить играть в надежде на крупный выигрыш. Приехать в Ясную Поляну и жить там обузой для матери – не выход. К письму Лев прилагает список «мелких» долгов. В целом нужно срочно заплатить десять тысяч. В противном случае есть риск, что начнется судебный процесс.

Лев предлагает план спасения: если Софья Андреевна оплатит его долги, он сможет поехать с остальными в Швецию, где останется до осени, после чего надолго поселится в Ясной Поляне. Или в какой-нибудь деревне. Главное – держаться подальше от Петрограда. Лев по собственной воле уже запретил себе азартные игры и