Сибирские купцы. Торговля в Евразии раннего Нового времени - Эрика Монахан

Филатьевым, который вошел в ряды привилегированного московского купечества, был Василий Иванович Филатьев, ставший членом гостиной сотни в какой-то момент между 1600 и 1620 годами и умерший к 1632 году936. Дошедшие до нас жалованные грамоты гостям часто упоминают службу одного из предшественников как основание для присвоения привилегированного статуса, и путь наверх, как правило, занимал не одно поколение, поэтому можно только задаваться вопросом о карьере отца Василия Ивановича и о том, что он сделал для государства. К несчастью, этого мы не знаем. В 1626 году царь заказал сорок соболей за 300 рублей у мастера из Пушного торгового ряда. Для работы выбрали Ивана Филатьева, новгородца937. Именно Новгород начал освоение северо-восточного пограничья, поэтому там было много умелых меховщиков. Хотя мы можем предположить, что меховщик 1626 года был отцом Василия Филатьева, но с уверенностью сказать этого мы не можем. Фамилия Филатьев была в XVII веке редкой, но имя Иван было самым популярным – в России XVII века его носило около десяти процентов мужского населения938. Кроме того, В. Б. Перхавко сообщает, что семья Филатовых [sic] происходила из Архангельска, а С. Б. Веселовский написал, что семья уехала из Новгорода в XVI веке, тогда как меховщик 1626 года был из Новгорода939. В любом случае мы можем предположить, что Василий Иванович Филатьев, первым из своей семьи попавший в ряды привилегированного московского купечества, был сыном человека с Русского Севера, который разбирался в торговле и в мехах.

Действительно, в рядах привилегированных купеческих корпораций было немало выходцев с Русского Севера. Большинство тех, кто переходил Уральские горы, чтобы вести торг в Сибири, были уроженцами таких северных русских городов, как Великий Устюг, Ярославль, Сольвычегодск и Лальск. В 1630 году Великий Устюг, имевший стратегический доступ к важнейшим торговым артериям, насчитывал более двухсот лавок и складов для хранения товаров, которые купцы везли в Сибирь или привозили из Сибири940. Жители региона считались особенно трудолюбивыми, а недостаточное административное внимание центра вкупе с разницей традиций даже «придавало московскому северу оттенок демократичности»941. Еще до встречи с северными европейцами в XVI веке, которая повлекла за собой создание порта в устье Двины (будущего Архангельска), английской базы в Холмогорах и канатных мастерских, где производилось большинство снастей английского флота, Русский Север мог похвастаться коммерческой активностью, о чем свидетельствуют активно развивавшееся торгово-ремесленное хозяйство и новгородские церкви, построенные в XIV веке и запечатлевшие коммерческие успехи купцов, конкурировавших за райскую награду942.

У Василия Ивановича Филатьева, по-видимому, было три сына, Богдан, Иван и Яков, продолжившие успешную торговлю своего отца, которая привела к его появлению в исторических записях привилегированных купеческих корпораций. Из трех братьев больше всего в источниках отметился Богдан Филатьев. Он сделал себе имя и состояние на сибирской пушнине, после чего поселился в Москве – типичный шаг успешного купца. В 1621 году он стал членом гостиной сотни и сохранил этот статус до самой смерти в 1647 году943. Богдан торговал и служил царю. В 1630–1631 годах он возглавлял Соболиную казну в Москве944. Когда срок его службы окончился, он остался в Москве и продолжал активно торговать на Русском Севере. Осенью и зимой 1634/35 года его люди четырежды декларировали деньги и/или пушнину на вологодской таможне945. Деньги, записанные в сентябре, вероятно, происходили от продажи на ежегодной Архангельской ярмарке пушнины, привезенной из Сибири (или купленной в северных городах). Затем один из людей Богдана Филатьева приехал обратно в Москву с несколькими другими московскими купцами, в том числе и приказчиком соперника Филатьева, московского купца Даниила Григорьевича Панкратьева, который в 1642 году достиг положения гостя946. В 1635 году Богдан купил в Сольвычегодске пушнины на 1100 рублей – примерно четверть всей пушнины, купленной в этом году в Сольвычегодске947. Возможно, часть этих закупок вошла в состав казенного груза пушнины стоимостью в 9000 рублей, которые он в конце 1636 года доставил к королевскому двору в Варшаву948. В 1641/42 (7150) году Богдан Филатьев вновь возглавил Соболиную казну949. Он умер в 1647 году, достигнув успеха во всех делах, кроме одного – он не оставил наследника. К счастью для семейного достояния, наследник был у его брата Ивана.

Брат Богдана, Иван Васильевич Филатьев, состоял в гостиной сотне с 1627 по 1638 год. Тот факт, что он был включен в гостиную сотню позднее своего брата, а перестал быть ее членом раньше него, показывает, что, хотя время от времени статус члена гостиной сотни, казалось, автоматически распространялся на ближайших членов семьи, это не всегда было так. Если видимая карьера Богдана продолжалась с 1621 по 1647 год, Яков Васильевич обладал статусом привилегированного купца с 1659 по 1673 год950. Подобный разброс во времени заставляет предположить, что Богдан Васильевич и Яков Васильевич родились от разных матерей.

К тому времени, когда московский купец Яков Васильевич Филатьев был включен в ряды привилегированных купцов, Богдан и Иван уже давно исчезли из записей, однако всего годом раньше его (предположительно) племянник Остафий Иванович Филатьев был возведен в звание гостя. Можно задаться вопросом, имело ли продвижение Якова, за год до этого унаследовавшего часть имущества богатого гостя Семена Стоянова, какую-нибудь связь с этим наследством951. В завещании Стоянова Яков назван родственником, и вопрос о том, что объединяло Филатьевых с этим высокопоставленным новгородским купеческим семейством – кровное родство, брачные узы или усыновление, – остается открытым. Подобно Стояновым, Яков Филатьев вел обширную торговлю со Швецией. В 1660–1670‐х годах Яков или его приказчики много раз ездили торговать в Швецию; последняя сохранившаяся запись о нем связана с торговой миссией середины 1670‐х годов, потерпевшей неудачу, чему причиной, возможно, были потери в море952. В то время как о Якове Васильевиче известно немного, карьера его племянника Остафия Ивановича хорошо прослеживается. Она демонстрирует стратегии и методы, позволявшие достичь ослепительного успеха в среде, где покровительство и связи играли не менее важную роль, чем само ведение дел.

ОСТАФИЙ ИВАНОВИЧ ФИЛАТЬЕВ

Остафий Филатьев унаследовал богатство своего дяди Богдана Филатьева и расширил его дело953. На первых стадиях своей карьеры он в основном занимался сибирской пушниной, а затем более серьезно вложился в торговлю восточными товарами, как и некоторые другие купцы. Даже когда речь шла о семейной династии, будущие гости брались из гостиной сотни, которая как бы давала право на