Жизнь Степана Бандеры: терроризм, фашизм, геноцид, культ - Гжегож Россолински-Либе

удалось добиться того, что украинские националисты называли словом соборність и в чем они претерпевали неудачу с самого начала своей деятельности. Многочисленные польские государственные и католические символы (портреты Пилсудского и распятия), украшавшие стены школ и учреждений, советские власти заменили на портреты Ленина и Сталина. К этим новым символам украинские националисты испытывали неприязнь в неменьшей степени, чем к прежним840.

Советская политика базировалась на классовом подходе, но понятие «класса» было тесным образом связано с «этничностью»: параллельно с советизацией Западной Украины шел процесс украинизации. С сентября 1939 г. украинский язык стал официальным языком Львовского университета. Среди студентов и профессоров увеличилось количество украинцев, а число поляков - сократилось. Все административные и высо-

неоплачиваемые должности заняли, сменив на них поляков, приезжие из советской Украины, местные украинцы, евреи и беженцы с оккупированных немцами территорий. В 1940 г. Львовский горсовет состоял из 476-ти человек, в том числе из 252-х украинцев, 121-го поляка, 76-ти евреев и 27-ми представителей других национальностей841.

Советизация сопровождалась террором и репрессиями, направленными против различных социальных, политических, экономических и этнических групп, таких как бывшая польская политическая элита, польские военные поселенцы, еврейские беженцы с польских территорий, оккупированных немцами, еврейские бундовцы и сионисты, а также поляки и украинские националисты842. В результате трех крупных депортаций, осуществленных в 1940 г., и одной - в 1941 г., из восточных районов бывшей II Речи Посполитой во внутренние районы СССР были депортированы 309-327 тыс. человек. Из них не менее 140 тыс. человек были депортированы из Восточной Галичины, в том числе 95 тыс. постоянных жителей Восточной Галичины (80% поляков, 10-15% украинцев и 5-10% евреев) и 45 тыс. еврейских беженцев из Центральной и Западной Польши. Кроме того, в Восточной Галичине советские власти арестовали 45-50 тыс. человек843. Многих из них во время следствия подвергали пыткам844. Жестокость советского режима испытали на себе и восточные украинцы. В 1932-1933 гг. они пострадали от искусственного голода, а в 1937-1938 гг. многие из них стали жертвами Большого террора845.

Политика массовых арестов политических врагов, которую практиковал НКВД в Западной Украине, не прекратилась и после вторжения Германии в СССР. Немецкая армия быстро продвигалась на восток, в связи с чем советские власти приняли решение расстрелять заключенных, которых они не успевали эвакуировать из местных тюрем (ил. 143). Согласно советским документам, в этот период в УССР были казнены 8 789 заключенных846, в том числе 2 800 человек во Львове847. Приказ о расстреле был отдан Лаврентием Берией, руководителем НКВД848; Утром 24 июня 1941 г. начальник львовского НКВД получил его в виде радиотелеграммы, поступившей от Никиты Хрущева, первого секретаря компартии Украины849.

Будучи реальным врагом СССР, украинские националисты, в частности ОУН, вынуждены были перейти на подпольное положение. Только с октября 1939 г. по декабрь 1940 г. советские власти арестовали 4 435 националистов, убили 352 из них и конфисковали сотни принадлежавших им единиц оружия. В целях устрашения советские власти устраивали показательные процессы, пытаясь таким образом ослабить поддержку

ОУН со стороны украинского населения. На первом таком судебном процессе, состоявшемся в ноябре 1940 г., 10 из 11 осужденных членов ОУН, среди которых были и руководители местных экзекутив, были приговорены к смертной казни и казнены. В январе 1941 г. во Львове к смертной казни приговорили 42 националистов (из 59 обвиняемых). Среди них было 11 женщин. Из 42 приговоренных к смертной казни 20 человек были казнены, а остальные отправлены в ГУЛАГ. Среди этих людей был и Дмитрий Клячковский (ил. 165), который в 1943 г. сыграет одну из ключевых ролей в подготовке и проведении этнических чисток поляков на Волыни. На одном из процессов в Дрогобыче было осуждено 62 человека, из которых 20 человек были казнены. В результате другого процесса, тоже в Дрогобыче, были осуждены еще 33 человека850.

Советский террор затронул и семью Бандеры. 23 марта 1941 г. советские органы арестовали Андрея Бандеру, отца Степана, и его дочерей Марту и Оксану. Причиной ареста могла быть как родственная связь со Степаном Бандерой, так и тот факт, что член ОУН Стефанишин, которого разыскивали советские власти, скрывался в их доме. Подробная информация об отце Бандеры была предоставлена агентом НКВД «Украинцем», шпионившим за ОУН(б) на территории Генерал-губернаторства. Пять дней Андрей Бандера находился в тюрьме Станиславова, после чего его доставили в тюрьму в Киеве, где 8 июля 1941 г. военный трибунал приговорил его к смертной казни (ил. 129); расстрел состоялся через два дня. Марта и Оксана были депортированы в Сибирь851.

Среди украинских политиков, оказавшихся на территории Генерал-губернаторства непосредственно перед вторжением Германии в СССР, единого мнения относительно целесообразности провозглашения в актуальный момент украинского государства не наблюдалось. Ни Гитлер, ни другие немецкие лидеры не наделяли ОУН(б) или какую-либо иную украинскую группировку правом на образование государства на территориях, которые будут освобождены от советской оккупации. Возможно, в абвере такие политические вопросы и обсуждали с представителями ОУН(б) или ОУН(м), но у этого ведомства не было полномочий предоставлять кому-либо право на реализацию подобных планов. В документе гестапо от 21 июня 1941 г., касающемся деятельности украинских политиков, отмечается, что украинские эмигранты, находившиеся в Генерал-губернаторстве, пытаются объединиться и создать орган, который станет основой для будущего украинского правительства. Однако, по словам немцев, украинские эмигранты были разделены как минимум на два лагеря: один - близкий к Владимиру Кубийовичу, главе УЦК, который склонялся к позиции Мельника и ОУН(м), другой -

близкий к Бандере. Кубийовича немцы считали более лояльным и, следовательно, более уместным в качестве украинского лидера, но сам Кубийович видел на этой позиции Мельника. Что касается Бандеры, то немцы не были уверены в том, признает ли он их главенствующее положение. Во избежание политических осложнений гестапо запретило ведущим украинским политикам, находившимся в то время в Генерал-губернаторстве, перемещаться на «новые оккупированные территории» (те, которые были заняты после 22 июня)852. Этот запрет касался и Бандеры.

«Украинская национальная революция»

«Украинская национальная революция» началась одновременно с операцией «Барбаросса». В ранние часы 22 июня 1941 г. нацистская Германия (при поддержке войск Финляндии, Венгрии, Италии, Румынии и Словакии) напала на СССР. Следом за немецкой армией вглубь украинских территорий продвигались и четыре походные группы ОУН(б), общей численностью 800 человек; каждая из групп, в свою очередь, была разделена на отряды по 5-12 человек. Находясь в это время в Генерал-губернаторстве (видимо, вблизи к границам «новых оккупированных территорий»), Бандера контролировал деятельность этих подразделений с помощью курьеров853. Около 20 тыс.