Советские ветераны Второй мировой войны. Народное движение в авторитарном государстве, 1941-1991 - Марк Эделе

начали укомплектовывать структуру – в подавляющем большинстве отставные кадровые офицеры, родившиеся до 1922 года[785], – наивно полагали, что от них ожидается защита тех ветеранов, с которыми плохо обходятся. «Именно в этом смысл такой организации», – заявлял один из них, полностью пренебрегая положениями новоиспеченного устава[786].

Расхождения между тем, как трактовал задачи организации официоз, и тем, как воспринимали их активисты, бурно вырвались на поверхность на заседании секции инвалидов войны, состоявшемся 26 декабря 1956 года[787]. Во время этой встречи активисты – некоторые из которых узнали о планировавшемся мероприятии лишь из слухов, ходивших в среде бывших бойцов, – в открытую оспорили мнение все более раздражающегося руководства относительно того, чем должна заниматься организация[788].

Заседанию предшествовала статья писателя-фронтовика Эммануила Казакевича «Дело о мотоколяске», опубликованная в «Литературной газете» неделей ранее. В конце статьи, в которой подробно описывалось никуда не годное качество этих механических «помощников» инвалидов-фронтовиков, выпускавшихся с 1953 года, он неожиданно обратился к новой организации: «И, наконец, два слова к товарищам из Комитета ветеранов войны. Забота об инвалидах войны – ваше непосредственное дело. Не слышно пока, чтобы вы делали это дело. Я был трижды ранен на войне. Таких, как я, много. По счастью, мы отделались сравнительно легкими ранениями. Не забудем о тех наших товарищах, которым пришлось испить чашу до дна!»[789]. Эти слова укрепляли активистов в представлении о том, что СКВВ должен быть лоббистской организацией. Однако руководство по-прежнему пыталось умерить пыл ветеранов, удерживая их в рамках намеченного курса на пропагандистскую работу. С этой целью Алексей Маресьев, знаменитый военный летчик, потерявший на войне обе ноги и председательствовавший на встрече, напомнил собравшимся, что основной функцией организации остается пропагандистская работа в зарубежных ветеранских объединениях: их нужно использовать в качестве «трибун» для борьбы с «силами реакции, которые пытаются начать третью мировую войну»[790]. Кроме того, важное значение, по его словам, имели и некоторые местные задачи: помощь в регистрации всех ветеранов войны, «воспитательная работа» в ветеранских рядах, а также среди «молодого поколения», издание литературы о «массовом героизме советского народа», забота о воинских мемориалах и кладбищах[791]. Немного отклоняясь от официальной линии, он даже осторожно допускал, что и для инвалидов войны можно кое-что делать – а именно помогать им «духовно расти»[792]. «Комитет ветеранов войны также столкнулся с таким рядом вопросов, как вопросы материально-бытового, трудового устройства наших ветеранов, – говорил Маресьев. – Надо прямо сказать, что Советский комитет ветеранов войны непосредственно этими вопросами не занимался и заниматься не может. Но всем вам понятно, что у нас есть целый ряд советских и государственных учреждений, которые непосредственно занимаются этими вопросами. Это различные министерства и ведомства. Мы много имеем случаев, когда в этих учреждениях безобразно относятся к запросам, которые ставят наши ветераны войны, плохо и формально относятся к нашему советскому человеку. Вот с этим-то я и должен бороться как общественная организация, как общественная сила. К этому много есть путей…»[793].

Однако для энтузиастов, пришедших на собрание со статьей Казакевича в руках, этого было мало. Как свидетельствует стенограмма, они не желали слушать официозные речи, и даже авторитет Маресьева не помогал. Показательна следующая выдержка:

«ГОЛОС: Можно слово?

ТОВ. МАРЕСЬЕВ: Пожалуйста.

ГОЛОС: Почему все это получается так шаблонно? Откуда эти кандидатуры, кто их выдвигает? Нам не нужны ни генералы, ни полковники. Мы собрались здесь в основном с вопросом о нашем транспорте – колясках.

ТОВ. МАРЕСЬЕВ: Вы, товарищ, неправы. Знакомы вы с уставом нашей организации?

ГОЛОС: Нет.

ТОВ. МАРЕСЬЕВ: Вам понятны цели и задачи нашей организации? Основная наша задача – выступление в защиту мира»[794].

С большим трудом добившись избрания «своего» президиума – при голосовании многие воздержались или выступили против, – Маресьев снова напомнил собранию, что работа секции должна вестись в рамках, очерченных уставом СКВВ. Но эта официальная линия была незамедлительно оспорена одним из участников, который взялся разъяснить цели организации тем, кто их, по его мнению, так и не понял. В нарисованной им картине для международной пропагандистской работы не оставалось места – в основном речь шла о необходимости отстаивать групповые ветеранские интересы: «Товарищи, мы собрались здесь и видим, что не каждый понимает основные задачи этого собрания. Я хочу сказать несколько слов, которые будут вам ясны. Я работаю в профессионально-технической школе при Мосгорсобесе. Школа была создана по решению Совета министров СССР в 1943 году. Я не буду говорить о работе, проводимой в этой школе с момента ее организации. Я скажу, что мы сейчас обучаем инвалидов труда, инвалидов Отечественной войны и инвалидов детства. Школа была образована именно для переквалификации инвалидов войны, бывших фронтовиков, которые по своей болезни не могут заниматься своей бывшей профессией. В настоящее время в нашей школе 300 учащихся, половина из которых инвалиды Великой Отечественной войны. Мы даем специальности бухгалтеров, мастеров по пошиву одежды, различных механиков по ремонту швейных машин, пишущих машин и так далее, в том числе мы готовим механиков по ремонту телевизоров. Механиков по ремонту телевизоров мы обучаем два года. По истечении этих двух лет обучения мы их должны были направить на практику и потом на работу. Мы узнали, что создался Комитет ветеранов войны, обратились в Комитет – написали письмо на имя председателя Комитета маршала Василевского. Наш вопрос был поручен товарищам Маресьеву и Лукину, которые и помогли нам. Благодаря положительному решению этого вопроса мы распределили своих выпускников по различным телевизионным ателье. Вот вам наглядный пример, который говорит о полезности этого Комитета. Мне кажется, что не все поняли, что президиум – это только президиум собрания, а не руководящий орган. В данном случае мне кажется, может я и не прав, все же создание этого Комитета ветеранов войны очень хорошее и полезное дело, и мы уже имели случай помощи от этого Комитета. Я уверен, что и в дальнейшем созданный Комитет будет нам помогать во всех трудностях»[795].

Другой выступающий тоже подошел к прочтению устава СКВВ весьма творчески. В очередной раз напомнив собравшимся о том, что главной задачей созданной организации выступает борьба за мир и работа с международными объединениями, он перефразировал сказанное Маресьевым следующим образом: «В уставе комитета ветеранов войны говорится, что он принимает участие и в некоторых задачах развития нашего народного хозяйства, но это комитет, а наша секция инвалидов войны займется своими более узкими вопросами. Но мы должны касаться той части нашего народного хозяйства, которая обслуживает нас. Ведь есть министерства и ведомства, которые