Миллионы снарядов, миллиарды патронов. Оружие для Победы - Владимир Николаевич Новиков

185 тонн нового взрывчатого вещества, которым снарядили 726 тысяч гранат и много других боеприпасов. Профессору А. Н. Кузнецову, а также работавшим с ним А. Н. Сидорову, А. Ф. Вайполину и С. И. Черноусовой была присуждена Государственная премия.

Большую изобретательность в изыскании взрывчатых веществ для снаряжения боеприпасов проявили героические защитники Одессы, Севастополя и Закавказья. Когда район Одессы превратился в изолированный плацдарм во вражеском тылу, на линолеумном заводе «Большевик» по инициативе городского комитета партии срочно освоили производство взрывчатки, которой рабочие заводов «Кинап» и «Красный профинтерн» снаряжали противотанковые и противопехотные мины заграждения и ручные гранаты. В Севастополе, когда кончились взрывчатые вещества, тротил извлекали из морских мин, глубинных бомб, старых артиллерийских снарядов и авиабомб, которые хранились на складах Черноморского флота. В одном из оврагов на кострах выплавляли взрывчатые вещества из этих старых боеприпасов и передавали их подземному спецкомбинату. Позднее с риском для жизни стали разряжать неразорвавшиеся немецкие авиабомбы. Всего такими способами севастопольцам удалось получить более 80 тонн взрывчатых веществ.

В дни героической битвы за Кавказ для производства взрывчатых веществ и снаряжения ими боеприпасов, производимых многими предприятиями Грузии, Армении и Азербайджана, в Тбилиси в зданиях складов мясокомбината организовали завод Наркомата боеприпасов. В лабораториях Тбилисского государственного университета получали гексоген и из него прессовали шашки, которые шли в дело. На одном из заводов в районе Баку выпускали тротил. Организованный в городе Сумгаите на базе тукосмесительного предприятия завод изготовлял взрывчатые вещества с использованием отходов нефтедобывающей промышленности и снаряжал ими противотанковые мины. Разместившийся на базе переработки утильсырья эвакуированный сюда завод также выпускал взрывчатку и снаряжал ею боеприпасы для войск, оборонявших Кавказ. За пять месяцев эти заводы снарядили 647 тысяч ручных гранат, 1,2 миллиона артиллерийских мин и 549,5 тысячи снарядов.

* * *

В богатом арсенале боевых средств Красной Армии с первых дней войны видное место заняли легендарные бутылки с зажигательной смесью, которые фронтовики называли огненными гранатами. Несмотря на чрезвычайную простоту устройства, они оказались весьма эффективным противотанковым оружием. В инструкции о применении зажигательных бутылок, утвержденной народным комиссаром обороны СССР, сказано: «…В руках смелого бойца зажигательные бутылки являются грозным оружием. Они способны при внезапном и смелом применении не только нанести поражения, но и вызвать панику, внести расстройство в боевые порядки противника».

На вооружении Красной Армии состояли два вида зажигательных бутылок: с самовоспламеняющейся жидкостью КС, представляющей собой сплав фосфора и серы с очень низкой температурой плавления, и с горючей смесью, изготовленной из автомобильного бензина, загущенного специальным порошком. По внешнему виду эти жидкости отличались друг от друга цветом – чистая КС имела желто-зеленый цвет, а с примесью – темно-бурый.

Зажигательные бутылки с самовоспламеняющейся жидкостью КС закупоривали резиновыми пробками, закрепленными на горлышке проволокой и изоляционной лентой. Для предохранения жидкости от соприкосновения с воздухом при закупоривании наливали сверху немного воды и керосина. Безотказность действия зажигательных бутылок в зимних условиях, при низких температурах воздуха, обеспечивалась специально отработанными для этой цели самовоспламеняющимися веществами, которые воспламенялись даже при 40 градусах мороза. Если самовоспламеняющиеся зимние смеси загорались медленно, то к бутылкам прикрепляли воспламенительные ампулы или спички.

Самовоспламеняющиеся бутылки КС, падая на твердое покрытие, разбивались, а находившаяся в них жидкость разливалась и загоралась. Будучи липкой, она приставала к броне или залепляла смотровые щели, стекла, приборы наблюдения, ослепляла дымом экипаж, выкуривая его из танка, сжигая все внутри. Горела жидкость ярким пламенем с большим количеством белого дыма в течение полутора-трех минут, давая температуру в 800—1000 градусов. Попадая на тело, капля самовоспламеняющейся жидкости вызывала сильные, трудно заживающие ожоги.

Зажигательные бутылки с горючими смесями, полученными из бензина, воспламенялись с помощью специальных ампул, вложенных в бутылки, наполненные жидкостью. В момент разрушения бутылки и ампулы при ударе о танк, бронемашину или другую цель происходило воспламенение. С той же целью использовали специальные спички, представляющие собой палочки, покрытые по всей длине зажигательным составом. По две таких спички прикрепляли при помощи резинки к цилиндрической части бутылки. Зажигали спички перед броском теркой или обычной спичечной коробкой. Жидкость этих бутылок горела 40–50 секунд, развивая температуру 700–800 градусов и выделяя немного черного дыма.

«Огненными бомбами», «огненными гранатами» называли фронтовики зажигательные бутылки. «Коварной смесью», «коктейлем смерти» окрестили гитлеровцы самовоспламеняющуюся смесь. Этим средствам борьбы бойцы оказывали особое предпочтение как простым и безотказным в уничтожении танков, броневых и транспортных машин противника, автоцистерн.

Эффективность зажигательных бутылок против танков была подтверждена многими примерами из практики боев с фашистами. Отделение сержанта Ярова, например, за одну ночь уничтожило зажигательными бутылками шесть фашистских боевых машин, а батальон, которым командовал капитан Ф. Ф. Коврижко, сжег в одном бою более двадцати танков. В письме, присланном с фронта на один из заводов, изготовлявших зажигательные бутылки, бойцы писали: «Когда ваши бутылки прибывают в часть одновременно с кухней, то мы в первую очередь спешим запастись вашими гостинцами». Подсчитано, что за годы войны зажигательными бутылками было уничтожено 2429 танков и штурмовых орудий врага.

Но бутылки с горючей смесью применяли не только как оружие ближнего боя. На танкоопасных направлениях помимо минных устраивали поля из бутылок с горючей смесью. Такие «бутылочные» поля часто возникали в ходе битвы под Москвой по указанию Военного совета Западного фронта. Для борьбы с атакующей пехотой применяли и другое весьма эффективное огневое заграждение – так называемые миноогнефугасы. Перед передним краем отрывали ямы, в которые укладывали по 20 зажигательных бутылок и небольшие заряды взрывчатого вещества. Подорванный взрывателем натяжного или нажимного действия миноогнефугас давал столб огня высотой до 8 метров, поражая горящей жидкостью площадь около 300 квадратных метров.

Осенью 1941 года, когда фашистские танки рвались к нашей столице и когда в дело пускали любые средства, чтобы их остановить, в одном из научно-исследовательских институтов, руководимом А. П. Закощиковым, создали так называемые «огневые мешки». Это были и в самом деле мешки, сшитые из бензостойкой клеенчатой ткани, емкостью 30 литров, которые заполняли вязкой огнесмесью. Ее готовили прямо на аэродромах из авиабензина, загущая его специальным отверждающим порошком. В горловину заполненного огнесмесью мешка вставляли деревянный блок с вмонтированными в него терочными воспламенителями, пиротехническими замедлителями и картонной трубкой, в которой помещался разрывной заряд. Горловину мешка с воспламенительно-разрывным устройством обвязывали простой бечевкой.

В таком виде «огневые мешки» сбрасывали с самолетов У-2 ночью с малых высот. Вначале просто вручную через борт самолета, а позднее с помощью специальных подкрыльных кассет, в каждую из которых загружали по два «огневых мешка». Применяли это простое, но действенное зажигательное средство в достаточно широких масштабах под Москвой вплоть до середины 1942