Закат христианства и торжество Христа - Игорь Иванович Гарин

«любимого ученика», сидящего рядом с Иисусом во время Тайной вечери (Ин. 13:23–26) и присутствующего у подножья креста (Ин. 19:26) без упоминания его имени.

Почему автор (или редактор) четвертого евангелия явно стремился сохранить личность «любимого ученика» Иисуса в секрете, что вообще нехарактерно для других евангелий? Ответ напрашивается сам собой: во-первых, этот ученик был чрезвычайно важной фигурой в истории их общины, и, во-вторых, четвертое евангелие изначально сильно смущало «ортодоксальных» христиан — не потому ли над ним пришлось так много «поработать» редакторам при создании церковного канона?.. Так или иначе, но Мария Магдалина, в отличие от большинства апостолов, не предала Учителя и до конца осталась верной Ему. Когда остальные апостолы ушли от креста — она осталась.

Согласно Раймонду Е. Брауну, только писатели гностических евангелий находились под влиянием образа Марии Магдалины как незаурядной провозвестницы Воскресшего Христа. Этот образ Марии Магдалины вдохновил писателей-гностиков сделать ее учеником, которого Иисус любил больше всех и основным приемником откровений после воскресения. Иными словами, писатели-гностики зародили традицию, представляющую Марию Магдалину в качестве любимого ученика Иисуса, возможно, в ответ на то, что они прочитали в четвертом евангелии.

Заменяя Марию Магдалину анонимным «любимым учеником», редакторы четвертого евангелия, тем не менее, не могли замолчать присутствие Марии у подножия Креста, у опустевшей могилы Иисуса и в качестве первого свидетеля его воскресения просто потому, что это было известно большинству раннехристианских общин. Но поскольку редактор четвертого евангелия стремился представить «любимого ученика» основателем главной христианской общины и очевидцем самых важных событий, то церкви пришлось пойти на явный подлог, поместив его рядом с реальной свидетельницей именно в ключевых местах рассказа — на Голгофе и у могилы Иисуса.

Тем более становится абсурдным сокрытие в отредактированном тексте четвертого евангелия имени «любимого ученика». Всё это весьма красноречиво: явно подделывая текст в ключевых местах истории, редактор прибег к простому обманному фокусу: сделал Марию Магдалину и любимого ученика двумя разными людьми, одновременно появляющимися в одном и том же месте и в то же самое время. Читатель, тонко чувствующий текст, не может не почувствовать явных структурных изменений, изъянов, несообразностей, даже явных «подчисток» именно в вышеперечисленных местах «Евангелия от Иоанна»… Вчитайтесь в текст сами (Ин. 19:25–26):

При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит…

В первом предложении (стих 25) мы видим перечень женщин, стоявших у Креста Иисуса. Во втором предложении (стих 26) неожиданно появляется «ученик, которого любил (Иисус)», естественный в этом контексте лишь при условии, что им является одна из указанных женщин…

Ситуацию проясняет «Евангелие от Филиппа», в котором прямо сказано:

Трое шли с Господом все время. Мария, Его мать, и ее сестра, и Магдалина, та, которую называли его спутницей [жизни]. Ибо Мария — его сестра, и его мать, и его спутница.

Нужны ли дополнительные комментарии особенно в свете важной фразы, характеризующей Марию Магдалину как спутницу жизни Христа?..

Комментаторы четвертого евангелия отметили превосходство «любимого ученика» над Петром в ряде описанных эпизодов. Но отношения между Петром и «любимым учеником» весьма похожи на отношения между Петром и Марией Магдалиной в собрании папирусов библиотеки Наг-Хаммади. Так, «Евангелие от Марии Магдалины» изображает Петра ревнующим к тем откровениям, которые Магдалина получила от воскресшего Христа. В «Евангелии от Филиппа» отношения между Иисусом и Марией Магдалиной контрастируют с его отношениями с остальными учениками. Смещение апостола Петра на задний план по сравнению с Марией Магдалиной также встречается в «Евангелии от Египтян» и в «Пистис Софии». Всё это также наводит на мысль о том, что редактор четвертого евангелия превратил Марию Магдалину в безымянного ученика мужского пола, сохранив лейтмотив отношений между этим учеником и Петром.

Возможно, при редактировании этого евангелия были использованы слова самого Иисуса, приведенные в другом папирусе — «Евангелии от Фомы». Вот эти слова: «Вы сделаете женское как мужское», но они использованы вне контекста с фразой, действительно произнесенной Христом.

Увы, Мария Магдалина до сих пор остается наиболее загадочной фигурой в окружении Христа, что во многом связано с глухим молчанием синоптических евангелий и с официальной позицией церкви. Всё это — при том, что речь идет о женщине, присутствующей при ключевых, определяющих событиях христианской истории. Даже самому непредвзятому человеку должно показаться странным, ненормальным, даже абсурдным, что Мария Магдалина — главный свидетель этих трех христианообразующих явлений — оказалась персоной нон грата как для других апостолов, так и для институализированной христианской церкви.

Ранее я уже объяснял причины сокрытия главенствующей роли Марии в Христовой общине и ее очернения как женщины. За исключением Девы Марии, культ которой возник в V веке, вклад всех иных женщин, игравших огромную позитивную роль в развитии ранней христианской церкви, преуменьшался церковью на протяжении всей истории христианства. В мировоззрении руководителей институциональной церкви ни одна направляемая женщиной паства не могла считаться апостольской. Клаудиа Сетзер[167] считает, что всё это является следствием мужского шовинизма: приоритет и подвижничество Марии Магдалины, как и других членов ранних христианских общин, стали помехой для основателей институциональной церкви. Как тут быть с практикой самого Иисуса Христа, который на собственном примере учил с равным уважением и достоинством принимать больных, бедных, униженных, гонимых и женщин?..

Иаков

Не выходя из Иерусалима, св. апостол и брат Господень умел действовать, как лицо вселенское; и можно сказать, что он был первым вселенским патриархом Нового Завета.

Г. Орлов

Имя Иакова Алфеева фигурирует в «Деяниях апостолов», в Послании к Галатам (Гал. 1:19) и в евангелиях от Матфея и Марка, где перечисляются братья Иисуса — Иаков, Иосия, Иуда и Симон. Ему приписывается «Послание святого апостола Иакова» с «предостережением богатым». При всем том каноническое Священное Писание скандальным образом отодвигает в тень первого наследника и правопреемника Иисуса Христа Иакова, ставшего руководителем его общины после казни брата.

После смерти Иисуса Иаков фактически занял в общине его место, что никак не устраивало Петра и Павла — поэтому апостолами были предприняты чрезвычайные меры, дабы вытеснить имя Иакова из истории христианской церкви. Это было сделано столь виртуозно и «навечно», что в соборе Петра в Риме ныне представлены изображения всех первоепископов и пап христианской церкви, кроме первого среди них — Иакова… Мне известна только одна картина — древняя икона, изображающая бегство Святого семейства в Египет, на которой, кроме девы Марии, Иосифа и Иисуса, присутствует четвертая фигура —