Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели - Джозеф Хенрик
В отличие от большинства населения Земли в прошлом и настоящем, жителей стран Запада отличают высокий индивидуализм, аналитическое мышление и доверие к незнакомцам. Они сосредоточены на себе — на своих личных качествах, достижениях и устремлениях, — а не на взаимоотношениях с другими людьми и устойчивых социальных ролях. Как они стали настолько странными по своей психологии? Какую роль их психологические особенности сыграли в появлении протестантизма, запуске Промышленной революции и случившейся за несколько последних веков всемирной экспансии Европы? В будущем мы будем думать, чувствовать, воспринимать и выносить моральные суждения не так, как сейчас, и нам будет очень трудно понять менталитет тех, кто жил на заре третьего тысячелетия. Чтобы ответить на эти и другие вопросы, гарвардский профессор Джозеф Хенрик задействует в книге «Самые странные в мире» последние данные из области антропологии, психологии, экономики и биологии. Он прослеживает культурную эволюцию родства, брака, религии и государства, демонстрируя глубокое взаимовлияние этих институтов и психики человека. Сосредоточившись на столетиях сразу после падения Рима, Хенрик показывает, что фундаментальные институты родства и брака приобрели на Западе поразительное своеобразие в результате почти случайно сформулированных решений ранней Церкви. Именно эти изменения привели к появлению особой психологии людей Запада, которая впоследствии начала эволюционировать совместно с безличными рынками, профессиональной специализацией и свободной конкуренцией, заложив тем самым основы современного мира. Адаптация к индивидуалистическому социальному миру означает совершенствование личных качеств, которые равноценны в широком спектре контекстов и отношений. Напротив, процветание в мире регулируемых отношений означает ориентирование в самых разных типах отношений, которые требуют совершенно разных подходов и поведенческих стратегий.
- Автор: Джозеф Хенрик
- Жанр: Разная литература / Психология
- Страниц: 186
- Добавлено: 26.03.2025
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Самые странные в мире. Как люди Запада обрели психологическое своеобразие и чрезвычайно преуспели - Джозеф Хенрик"
Важность брачных норм для поддержания интенсивного родства можно наблюдать на примере левиратного и сороратного брака. Во многих обществах социальные нормы определяют, что происходит с женами или мужьями после смерти их супругов. В случае левиратного брака вдова выходит замуж за брата своего мужа (своего деверя), который может быть как «настоящим» братом, так и кузеном-братом. Такие браки сохраняют союз между родственными группами, созданный первоначальным браком. Концептуально это работает, потому что братья обычно играют в родовой структуре одну и ту же роль, поэтому они взаимозаменяемы с точки зрения родственной группы (хотя, вероятно, не с точки зрения жены). Брак с собственным деверем может показаться странной идеей, но это распространенная во многих культурах практика, к тому же одобренная Библией: посмотрите Второзаконие, главу 25, стихи 5–6, и Книгу Бытия, главу 38, стих 8. Подобным образом обстоят дела и при сорорате: если жена умирает, ее следует заменить незамужней родной сестрой или иногда кузиной-сестрой, что тоже поддерживает брачные узы, связывающие родственные группы.
После того как Церковь запретила браки со свойственниками, классифицировав их как «братьев и сестер», что автоматически сделало такие союзы кровосмесительными, узы между родственными группами распадались после смерти одного из супругов, поскольку оставшемуся в живых супругу было запрещено заключать кровосмесительный брак с любым из родственников усопшего. Мало того, что брачные узы разрывались; оставшийся в живых супруг часто были волен (или обязан) искать себе пару на стороне. Любое имущество, которое жена принесла с собой в дом мужа (например, приданое), часто оставалось за ней. Это означало, что браки более не вели к постоянному обогащению родственных групп, как это традиционно происходило прежде.
Запрет на сороратный и левиратный браки стал одним из первых шагов, предпринятых Церковью для реорганизации европейской семьи (таблица 5.2). Например, в 315 г. н. э. поместный собор в Неокесарии (ныне Никсар, Турция) запретил мужчинам вступать в брак со вдовой умершего брата — так был запрещен левират. Десятью годами позднее, в 325 г., Никейский собор запретил мужчинам жениться на сестре умершей жены — то есть поставил вне закона сорорат, — а также вступать в браки с евреями, язычниками и еретиками. В VIII в. эти ранние постановления подверглись ревизии, и в них был включен запрет на вступление в брак со всеми свойственниками, поскольку изначально они запрещали повторный брак только с «настоящими» братьями[276].
Церковь постепенно расширяла брачные запреты — так называемый круг инцеста — с ближайшей родни (например, дочерей) и близких свойственников (например, жен сыновей) до двоюродных и сводных братьев и сестер, а также крестников. Впервые этот процесс ускорился в VI в., во времена правления во Франкском королевстве династии Меровингов. С 511 по 627 г. 13 из 17 поместных соборов рассматривали проблему «кровосмесительных» браков. К началу XI в. церковные табу на инцест неимоверно расширились, включив в перечень запретных партнеров даже семиюродных братьев или сестер, причем этот запрет касался не только кровных родственников, но и свойственников, а также духовных родственников. На деле эти табу исключали из перечня потенциальных партнеров всех, кого вы (или кто-либо еще) считали связанными с собой по крови, браку или духовному родству (крестные). Однако, вероятно, из-за того, что это расширенное табу использовалось для выдвижения ложных обвинений в «кровосмешении» против политических оппонентов, Четвертый Латеранский собор в 1215 г. сузил круг инцеста, оставив в нем только четвероюродных братьев и более близкую родню, включая соответствующих свойственников и духовных родственников. У четвероюродных братьев и сестер есть один общий прапрадед[277].
Параллельно, в те же самые века, наблюдалась тенденция к ужесточению наказания за инцест. Кара за кровосмесительные браки прошла путь от отстранения провинившихся от причастия