Спасенный Богом: Воспоминания, письма - Василий Кривошеин

моих воспоминаниях я пишу о "красных кубанцах" только то, что видел и слышал сам в 1919 году. Это мои непосредственные наблюдения. Но хочу добавить некоторые исторические подробности: Существовал отряд, впоследствии "Бригада червонного казачества" — это было их официальное название, хотя население прифронтовой полосы называло их "красными кубанцами". (Название "червонные казаки" лично я тогда не встречал) — был сформирован осенью 1918 года кубанским есаулом В. М. Примаковым и сражался сначала против Петлюры. Летом 1919 года он был брошен против Деникина и вел бои под Черниговым. С сентября включен в качестве бригады в состав 14-ой и одно время 13-ой советской армии (командующие Егоров, Уборевич, Гиттис) в районе Коренево-Рыльск — Дмитриев — Дмитровск. Сам Примаков был авантюрист и "смышленый мужик", по отзывам знавших его лично, "герой гражданской войны", как называет его 2-ое изд. БСЭ. В тридцатые годы в чине корпусного командира был помощником командующего Ленинградским военным округом, оттуда послан на разведывательную работу в гитлеровскую Германию и, как почти все красные командиры Южного фронта, расстрелян 12 июня 1937 года по приказу Сталина вместе с Тухачевским, Уборевичем, Якиром. Примаков был в это время женат на Лиле Брик. Советская печать эпохи Гражданской войны восхваляла "героические подвиги" "красных кубанцев". См., например, в "Правде" от 22 ноября 1919 года статью некой Раисы Аварх "Безумству храбрых пою я песнь!", где она пишет: "Тихо (?), незаметно(!) делают они великое дело освобождения народа". Генерал А.В. Туркул отзывается о них по-другому: "Мы ненавидели Червонную дивизию смертельно. Мы ее ненавидели не за то, что она ходила по нашим тылам, что разметала недавно наш Второй полк, но за то, что червонные обманывали мирное население: чтобы обнаружить противников советчины, червонные, каторжная сволочь, надевали наши погоны… Мы ненавидели "червонных". Им от нас, как и нам от них, не было пощады" (А.В.Туркул, "Дроздовцы в огне". Картины гражданской войны 1918–1920 гг. в литературной обработке Ивана Лукаша. 2-ое издание. Мюнхен, 1948 г. стр. 119–120) Читатель может увидеть из дальнейших страниц моих воспоминаний, что не только население прифронтовой полосы, но и многие мобилизованные красноармейцы ненавидели их не меньше и обзывали "хулиганами", "разбойниками и зверьми". Нужно признать, что Червонной бригаде "товарища Примакова", принадлежит решающая роль, наряду с латышами, в перемене боевой обстановки в пользу красных во время осенних боев против Дроздовской дивизии на Брянском, а затем и на льговском направлении. За эти бои Примаков был награжден 13/26 ноября орденом Красного Знамени.

14

Боевые качества и заслуги Добровольческой армии не могут отрицать советские историки: "В боевом отношении некоторые части и соединения Добровольческой армии обладали сравнительно высокими боевыми качествами, так как в ее составе было большое количество офицеров, фанатично ненавидящих советскую власть, но с лета 1919 года ее боеспособность снизилась в связи с большими потерями и включением в состав Добровольческой армии мобилизованных крестьян и даже пленных красноармейцев". ("Деникинщина" в БСЭ, 3-е изд.) Лично я хочу уточнить, что выражение "с лета 1919 года" неточно. Я бы сказал: с октября. Это видно из высказываний "красных кубанцев", имевших место в начале сентября.

15

Действительно, как раз в это время станция Глушково была занята батальоном 3-го Корниловского полка при поддержке двух бронепоездов. Слышанная накануне на ст. Коренево стрельба из тяжелых орудий велась, очевидно, этими бронепоездами. (см. Левитов, "Корниловский ударный полк", Париж, 1974 г. стр. 317)

16

Снагость — большое старинное имение князей Барятинских, дарованное им за то, что в XVII веке один из их предков разбил Стеньку Разина. А другой Барятинский был в XIX веке наместником Кавказа. Барятинские и построили снагостскую церковь. Все это я узнал гораздо позже, а тогда ни о каком имении не слыхал. Никого ни о чем не расспрашивал, да и не до того было.

17

Входила в состав 14-ой советской армии. Командовал 41-ой дивизией Эйдеман, латыш по национальности, впоследствии корпусной командир. Расстрелян в 1937 году вместе с Тухачевским.(См.: Роберт Конквест. стр. 197, 198, 213).

18

В действительности Рыльск был занят Белой армией только 10 сентября, то есть через четыре дня.

19

Это было имение, 1200 десятин, А. Н. Волжина, обер — прокурора Святейшего Синода в 1915–1916 гг. Я встретился с ним в Мюнхене в 1922 г., и рассказал ему этот случай.

20

Действительно, такого рода факты, подтверждает генерал Туркул. Он описывает. как "червонные", надели погоны и прикинувшись белыми, заняли местечко под Ворожбой. Потом расстреляли более двухсот мирных жителей, которые их гостеприимно встретили приняв за белых. (ген. Туркул., стр 119–120)

21

Город Курск был взят корниловцами 7 сентября.

22

См. о нем дальше по тексту.

23

Город Глухов был занят белыми 14 сентября, то есть как раз в эти дни.

24

Газета "Правда" от 26 сентября. По ее данным, бомба было брошена вечером 1225 сентября. В числе убитых коммунистов был старый большевик Загоров. Именно в его "честь" Троице-Сергиев Посад был переименован в Загорск. По сведениям опубликованным в советских газетах, в связи с брошенной бомбой в Москве было расстреляно свыше 60 "контрреволюционеров", преимущественно кадетов (братья Астровы и другие), военных и даже женщин-"шпионок".

25

О переброске в это время на Южный фронт латышских и эстонских частей свидетельствуют советские историки. Так, они пишут, например, о переброске латышской дивизии Мартусевича, об эстонской стрелковой дивизии (около 3 тыс. штыков) и т. д. ("Гражданская война". БСЭ, 3-е изд. Т. 8)

26

Я не мог знать, что в это утро отряд Первого Дроздовского полка под командою полковника А.В. Туркула начал наступление на Дмитриев с запада, по тылам красных, вдоль дороги Севск-Дмитриев. Так что в действительности мне предстояло идти не параллельно фронту, а прямо навстречу наступающей Белой армии.

27

В тот же вечер 19 сентября Дмитриев был занят после сильного боя отрядом полковника Туркула. Так что, было бы лучше если бы я прождал еще в Дмитриеве до прихода белых, не пошел в Селино. Но кто мог предвидеть, что белые придут так скоро? Да и в самом Дмитриеве риск ареста был почти не меньшим. А главное, как я говорил, у меня не