Избранное - Кира Алиевна Измайлова

замуж за офицера от бедности, честно терпела пару лет, а потом влюбилась в молодого князя – увидела на охоте. И сбежала к нему пятой или десятой женой.

– А как она потом оказалась в миссии?

– Скучно было сидеть дома с остальными женами, а первый муж между делом как-то очень удачно умер… – Майя хмыкнула. – Его растоптал слон. Тоже на охоте. Ну а князь не возражал – чем бы жена ни тешилась, лишь бы не изменяла, да она и не думала: он, по ее рассказам, был очень темпераментным…

– Единение культур во всей красе, – притворно вздохнул я. – Только не говорите о таком мистеру Бейнсу, он не оценит.

– С какой стати я буду описывать ему классические позы и их вариации? – высокомерно спросила она. – Его ведь этак удар хватит, вряд ли он знает что-то интереснее миссионерской позиции!

Я не выдержал и засмеялся, представив Бейнса за этим вот занятием. На редкость непристойная картина, должен сказать.

– А вы ирландец? – поинтересовалась вдруг Майя.

– Нет, чистокровный британец, – ответил я. – Просто рыжий. Хотя как знать, может, где-то в глубине веков моя прапрапрабабушка и согрешила с ирландцем. А что?

– Ничего, просто спросила… – Она помолчала и добавила: – Как полагаете, это именно тот камень, что вам нужен?

– Сложно сказать, – я свесился с кровати и поднял свой пиджак. Чертов булыжник оттягивал карман, даже странно, что такой маленький камень столько весит! – С виду ничего особенного, верно?

– Н-ну… тянет от него чем-то скверным, но не сильнее, чем от других безделушек в этом доме.

– Да, я тоже что-то такое чую, но разобраться не могу, я же просто нюхач, а не узкий специалист! Ну да ладно, теперь надо отвезти его моему начальству. Есть ведь эксперты, вот пусть они и разбираются.

– И когда вы поедете?

– Прямо с утра, – ответил я, – нужно разобраться, пока у меня еще есть право находиться в этом доме.

– Не понимаю…

Майя нахмурилась, а в лунном свете, проникающем в окно, была так обворожительна, что я почувствовал себя двадцатилетним. «Влюбился по уши, идиот, – сказал мне тот внутренний Алекс, которого я воображал убеленным сединами дедушкой в кресле-качалке и с непременной трубкой (на пенсии-то уж можно начать курить постоянно, все одно скоро умирать). – Увидел красивую девицу, все дела побоку, а уж как дорвался до тела…»

«Кто до кого дорвался! – возразил я. – Я был стоек и довольствовался созерцанием!»

«Стоек он был, – гнусно хихикнул Алекс-старикашка. – Теперь удовольствовался?»

Я признал, что нет, не вполне. И, в общем-то, мои сорок без малого лет не висели грузом на плечах, а, наоборот, радовали накопленным опытом. И, судя по моей изодранной спине, не только меня.

– Черт побери, я же на службе, – невольно сказал я вслух, не в силах убрать руки от Майи. – Я же не должен разглашать секреты… Вдруг вы вторая Мата Хари?

– Вы ей льстите, – высокомерно ответила девушка. – Она отнюдь не была красавицей. Хотя, вполне возможно, владела какой-то магией либо всегда возила с собой запас приворотных зелий. Не так уж сложно напоить им кого-то, если сидишь с ним за одним столом или остаешься наедине.

Я невольно вздрогнул, вспомнив, как чуть не умер от какого-то зелья. Но верно говорят, что в капле – лекарство, а в ложке – яд! А не могла ли сама Майя…

– Я ищу только одно сокровище, – напомнила она, явно прочитав мои мысли. – И, Алекс, вы ведь обещали помочь мне с поисками кошки! Камень я вам нашла, теперь ваш черед!

– Сперва нужно проверить, он это или нет, – задумчиво ответил я, глядя на него. Показалось мне, или на тусклом камне вдруг появились золотистые прожилки, похожие на реки лавы на темной земле, а вокруг зароились искры? – Теперь, когда я завладел им…

Камень, до того холодный, вдруг обжег мне ладонь, и я невольно вскрикнул, выронив его. И еще мне внезапно стало тяжело дышать, и не потому, что меня охватил очередной порыв страсти, нет, не так, просто что-то сдавило шею, я дернулся, пытаясь нащупать, что сжимает мне горло, упал, кажется, с кровати… Перед глазами все плыло, я мучительно пытался вдохнуть или хотя бы ослабить удавку…

Яростный кошачий вопль раздался прямо над ухом, когти располосовали мне шею, и я вдруг понял, что могу дышать, хотя это было больно. Краем глаза я еще успел заметить мелькнувшую кошачью тень. Правда, сразу переключился на обнаженное колено Майи. Ну и все остальное, тоже обнаженное. Судя по такой реакции, я был вполне еще жив, хотя и немного подзадушен.

– Это правильный камень, – невозмутимо сказала она, помогая мне перебраться на кровать и подав воды – я надрывно кашлял.

– Почему?.. – выговорил я, чуть отдышавшись. – Почему вы так решили?

– Вы его взяли – и чуть не умерли, – ответила Майя. – Так бывает. Это не проклятие, просто у таких вещей бывают хранители. И если взять вещь без спросу, вор умрет.

– Но взяли-то вы, – прохрипел я.

– Мне камень не нужен, – улыбнулась она. – Он нужен вам.

Я вспомнил свои слова и вроде бы понял принцип. А заодно понял, как умер Генри Уоррен. Интересно только почему? Зачем ему-то понадобился этот треклятый булыжник, он же привез его по настоятельной просьбе из нашего Отдела… Для коллекции, что ли? Для коллекции… Я невольно подумал об этом особняке, набитом сокровищами и всякой дребеденью вперемешку, но так и не смог сформулировать догадку. Меня больше интересовало другое:

– А почему тогда хранитель не смог меня задушить?

– Потому что вы были со мной, – сказала Майя. – А у меня теперь тоже есть хранитель. Знаете, я все гадала, как бы подманить эту кошку поближе, а она пришла сама. Кошки всегда приходят сами, это же не собаки, которых только помани.

– Тогда я от вас не уйду, пока не избавлюсь от камня! – передернулся я. Горло болело, и очень сильно. На сравнение с собакой я не обиделся, потому что Майя попала в точку.

– Ну, воля ваша, – фыркнула она. Совсем как та кошка.

Я подивился иронии судьбы: я вроде бы нашел искомое, но увезти его не могу, мне как-то не хочется быть найденным со сломанной шеей в разбитом автомобиле! Если кошка охраняет Майю и заодно меня, потому что… ну… Одним словом, она меня знает. Кошка, я хотел сказать. И каким-то образом защищает.

– А если вы поедете со мной в Особый отдел, кошка сумеет противодействовать этому вот хранителю? – сообразил я.

– Нет, – ответила Майя. – Она привязана к дому, как все кошки. Это собаки привязываются не к месту, а к хозяину…