Собрание сочинений. Том 4. Война с Турцией и разрыв с западными державами в 1853 и 1854 годах. Бомбардирование Севастополя - Егор Петрович Ковалевский

ее. Болгары, в числе около пяти тысяч семейств, расположились широким станом со своим скотом и имуществом, какое успели захватить второпях и окружили себя телегами. Иные хлопотали около домашнего скарба, весьма немногие готовили себе пищу, большая часть сидела кружками, приунылая; жалко было старикам покидать родные места, родные могилы и пускаться вдаль за неизвестным будущим. Только молодые и беззаботные не унывали, радуясь, что вырвались из-под ненавистного ярма какими бы ни было жертвами. Между ними мелькали наши солдаты; одни – усердно помогали им укладывать их добро, другие, усевшись у кружка, рассказывали о будущем их отечестве. Далее, двигались густые колонны войск; там, где они уже оселись, раздавались песни и пылали огни. С правого берега неслись вопли болгар, их мольбы и то унылое причитание славян, которое раздирает душу. Эти несчастные не успели и не могли перейти, потому что мост был уже снят. Их направили на отряд генерала Ушакова, находившегося в Бабадагской области, на правом берегу Дуная. На самом Дунае рубили канаты от якорей, или тащили их, сопровождая работу обычной унылой песнью; спускали плашкоты моста, жгли лодки. Вся картина освещалась ярким заревом горевших стогов сена, балаганов и всякой ненужной рухляди, оставленной нами под Силистрией и зажженной, чтоб ничего не досталось неприятелю. Весь бивуачный шум заглушался по временам пальбой, производившейся с крепости и наших батарей, расположенных на левом берегу.

Турки ликовали в крепости.

Обратное движение наших войск на левый берег Дуная было выполнено в совершенном порядке, без потерь ни в людях, ни в материалах, не смотря на то, что оно приведено в исполнение ввиду неприятельского гарнизона, который легко мог быть подкреплен передовыми войсками Омер-паши, находившимися, в числе 30,000 человек, в двух переходах от Силистрии.

По снятии осады крепости и переходе на левый берег Дуная, необходимо было расположить войска наши таким образом, чтобы они имели возможность действовать как против турок и англо-французов, в случае вторжения их в княжества, так и против австрийцев, если бы они начали наступать из Трансильвании. В последнем случае предположено было отойти за Серет и, соединясь там с войсками, занимавшими Молдавию, действовать потом смотря по обстоятельствам.

Сообразно этой цели, войска расположились в следующем порядке: 15-я пехотная дивизия с ее артиллерией, одна бригада 14-й дивизии с 2-мя батареями, стрелковым и саперным батальонами, 3-я легкая кавалерийская дивизия с батареей, один гусарский и два казачьих полка стали лагерем при г. Калараше; 8-я пехотная дивизия подвинута была в Слободзею (в 40 верстах от Калараша). Весь отряд этот, подчиненный генерал-лейтенанту Лидерсу, должен был наблюдать за Силистрией и пространством от Калараша вниз до р. Серета и вверх до оз. Мостища; 9-я и 11-я пехотные дивизии с артиллерией, 2-я драгунская дивизия с тремя батареями и Уральским казачьим полком, 1-я бригада легкой кавалерийской дивизии с батареей и двумя Донскими казачьими полками, стрелковым и саперным батальонами направились в м. Урзичени и с. Мая-Катаржи. При этих войсках находилась главная квартира командующего войсками, прибывшего в Мая-Катаржи 20-го июня. Осадная артиллерия и осадный инженерный парк отправлены в Измаил сухим путем; туда же спущены бывшие под Силистрией мосты и суда под прикрытием трех батальонов. За Дунаем только в Бабадагской области оставались еще русские войска под начальством генерал-лейтенанта Ушакова. Отряд его состоял из трех полков пехоты, одной кавалерийской бригады, резервной бригады и девяти сотен Донских казаков. Командующий войсками приказал стянуть авангард к Бабадагу, распорядиться об очищении Тульчинских укреплений и сосредоточить главные силы отряда в Исакчи, оставаясь в оборонительном положении. Батареи левого берега Дуная усилили.

Остальные войска, находившиеся под командой князя Горчакова, были расположены: у Журжи, под начальством генерал-лейтенанта Соймонова, две пехотные бригады с двумя батареями и гусарский Его Высочества Наследника Цесаревича полк. В Бухаресте, под начальством генерала Данненберга, одна бригада пехоты с двумя батареями и Бугским уланским полком. У Челонешти – один полк и у Плоешти, для наблюдения выходов из Трансильвании, два полка пехоты и кавалерийская бригада.

Остальные войска были расположены в Молдавии, под начальством генерала Шабельского[62].

Чтобы пополнить и заключить описание военных действий в Европейской Турции, мы должны упомянуть об участии в них союзников Турции, как известно, давно уже высадившихся на берега ее.

Во Франции и в Англии возвестили во всеуслышание через официальные органы, а в последней в самом парламенте, что война союзников с Россией будет непродолжительная, решительная; что обе державы соединят все усилия, чтобы лишить Россию надолго всякого влияния на дела Турции. Еще в феврале (1854 г.) сформированная во Франции, так называемая, «Восточная армия» под начальством маршала Сент-Арно, высадилась, в числе 42,500 человек и 96 орудий в Галлиполе, одном из отдаленных от театра войны пунктов, и начала укреплять свой лагерь. В то же время англичане сформировали 27,000 армию при 60 орудиях и начали сажать на суда для отправления в Турцию. Но сухопутных перевозочных средств на месте высадки не оказалось, и они не могли двинуться вперед.

В продолжение всех военных действий наших за Дунаем, взятия турецких крепостей, осады Силистрии, союзники оставались в бездействии. Потом, часть войска перешла в Варну, но не вступала в дело; являлись пароходы в Кюстенджи, но высаживаемые с них для караулов и других надобностей люди, как мы уже видели, исчезали при первом появлении казацких разъездов. Только 8-го июня, против нашего кордона Волчок, находившегося южнее Килийского устья, остановился сначала один пароход, потом подошли к нему еще два парохода и два фрегата и открыли огонь по кордону и нескольким лачугам, близ него стоящим. Кордон был зажжен. Тогда высадилось до 500 человек англичан на берег, где никого не нашли. Но вскоре надзиратель пограничной стражи, штабс-капитан Ананьев, собравший тем временем до 80 человек казаков и пограничной стражи, явился против неприятеля и кинулся на него врасплох. Неприятель смешался и ушел к пароходам, откуда открыл сильную канонаду по нашим удальцам, которые, прикрываясь неровностями местности, продолжали меткую стрельбу из ружей, пока, наконец, вся эскадра не вышла из-под выстрелов.

11-го июня та же английская эскадра, направляя путь к северу, сожгла выстрелами с пароходов еще два кордона – Шаганский и Сибирский. На рассвете 15-го числа несколько неприятельских пароходов прибыли к устью Сулинского рукава и в 6 часов утра, пользуясь густым туманом, высадили на оба берега реки по 100 человек пехоты. Тут находился казацкий пикет из 10 человек, которые успели уйти, кроме Хорунжего Смирнова, попавшегося в плен. Затем неприятель, отобрав у жителей жизненные припасы, поспешно удалился. С этого времени, прельщенные легкостью добычи и беззащитностью жителей, англичане часто посещали