Шепот осени - Игорь Михайлович Бер

требование) его задела даже сильнее, чем стычка с Эдиком. Видя скованность Димы, женщина присела перед ним и провела по его голове ладонью.

— Прекрасно тебя понимаю. Я обещаю тебе, что верну их после стирки.

«Вы меня обманываете!» захотелось прокричать ему, но глядя в карие глаза женщины, Дима поверил ей. И все же, он не мог не взять с нее слово:

— Вы мне обещаете это? — в голос прокрались скрипучие нотки.

— Ты — Дима? — женщина протянула белую гладкую ладонь, подождав пока Дима пожмет ее. — А меня зовут Ирина. И я обещаю тебе, Дмитрий, что верну тебе твою одежду сразу же после стирки и сушки. Наш детдом не богатый и мы не можем позволить себе покупать детям новую одежду и выбрасывать старую, а потому большинство детей носят ту, в которой они пришли к нам. Не сомневаюсь, что даже сменка будет состоять из той одежды, которая принадлежала тебе.

Дима подошел к кровати, достал одежду из-под матраса и протянул женщине. Та взяла ее, улыбнулась и снова погладила Диму по голове.

— Молодец. А теперь иди скорее в столовую.

6

Столовая гудела от детских голосов. Когда Дима появился в дверях, почти все места за столом были заняты. Воспитанники детского дома, как и в остальные дни, разделились исходя по возрасту и полу. Слева от входа большая часть столов были заняты девочками, а справа — преобладали мальчики. У окон, где было солнечно и открывался красивый вид на улицу, сидели почти уже взрослые дети. А ближе к дверям сидели совсем еще малыши лет пяти-шести, не больше. Сам того не желая, Дима принялся считать количество присутствующих в столовой, опуская взрослых в форменной одежде, стоящих по углам помещения, сурово глядящих по сторонам и изредка требующих тишины от через-чур шумных. Он остановился на двадцати трех, когда один из работников приюта подошел к нему и потребовал поскорее занять место за столом, не посчитав и трети присутствующих на обеде.

Дима прошел через ряды, когда услышал свое имя. Его звал Петя, сидящий за одним столом с Геной, Стасиком и еще двумя мальчишками, которых он не видел в спальной комнате. Возможно, одного из них звали «Артемом».

Эдика рядом с ними не было. И это не могло не радовать.

Сев рядом с Петькой и Геной, Дима уставился в тарелку с супом, от которой поднимался пар и не очень приятный запах вареной капусты. Бульоном тут и не пахло, хотя парочка золотистых кружочков все же плавало на поверхности прозрачной жидкости. На дне же виднелись три кусочка картошки, пара кружочков моркови и изобилие грубо нарезанной капусты.

— Кстати, Саша, Артем — это Дима, — представил его остальным мальчикам Петя.

Артем сухо кивнул, после чего взялся за ложку, принявшись хлебать юшку из своей тарелки. Саша осторожно протянул свою хилую ручонку над столом и подождал, пока Дима ее пожмет. Не только рука у Саши была худой и вялой, а весь он был похож на голодающего африканского мальчика, с поправкой на цвет кожи. Выглядел он болезненно-бледным. Казалось, все свою недолгую жизнь, он прожил в темном чулане, из которого его выпустили всего пару дней назад.

— Вкуснатищщщааа-то какая! — с неожиданной восторженностью произнес Стасик, громко втянув в себя содержимое ложки, что заставило Диму переключить свое внимание с Саши на него.

— Да тебе дай хоть дохлую кошку, ты ее уплетешь с тем же восторгом, — покачал головой Гена, дуя на суп.

— Зависит, когда она умерла, — не стал спорить Стас, уже приподнимая край тарелки, чтобы легче было из нее черпать содержимое. — Я слышал, что кошачье мясо ничем не отличается от кролика.

— Фууу! — хором отозвались мальчишки, после чего рассмеялись.

— А ну-ка тише там! — накричал на них работник приюта, хмуря брови. — Хотите остаться без второго?!

— Никак нет, дядя Витя, — покачал головой Петя. — Был бы суп на второе — другое дело.

Мальчишки снова засмеялись, но в этот раз, прижав ладони ко рту. Все же никому не хотелось остаться голодным до ужина.

Пока они хихикали, Стас осушил тарелку с супом, после чего отодвинул стул и направился по рядам в сторону смеженного помещения, где готовилась еда.

— Он всегда так быстро ест? — спросил Дима, обращаясь к Пете. Тот, в свою очередь, посмотрел на свои воображаемые наручные часы, после чего констатировал:

— Нет, свой же рекорд недельной давности он не побил.

Дима решился тоже отведать супа. На вкус тот был не таким уж и мерзким, каким казался. И все же, мясо ему точно не хватало. Мама Димы прекрасно готовила первые блюда. Он просто обожал ее куриный суп с лапшой. Жаль, что он больше никогда его не попробует. Боясь расплакаться в любой момент, Дима принялся быстро забивать рот супом.

— О, поглядите, у нас появился очередной рекордсмен, — кивнул в его сторону Артем.

Дима, ничего не говоря, продолжал работать с усердием ложкой.

Вскоре вернулся Стас, держа в руках тарелку с пюре, на верхушке которой красовалась тертая свекла. Дима любил пюре, а вот свеклу терпеть не мог. Стасик же был всеяден. Он тщательно размешал содержимое тарелки, превратив желтое пюре в розовую кашу, и принялся пихать все в рот.

— На десерт у нас молоко с палочками, — поведал он с набитым ртом. — Вы знаете, что делать.

— Молочная пенка твоя, — заверил его Гена. — А ты Дима, любишь пенку?

— Нет, — замотал он головой. — Не знал, что есть дети, которые ее любят.

— Поправка, — поднял палец вверх Стас. — Обожает. Кстати, я и палочки обожаю. Могу и их за тебя съесть, если что.

— А вот здесь мы и без твоей помощи обойдемся, — заявил Петя. — Ну что, Димка, вижу и ты закончил суп. Пойдем за вторым.

Дима, взяв пустую тарелку, последовал за Петькой через ряды занятых столов. Он старался не смотреть по сторонам, чтобы ненароком не обидеть кого-то из старших, и все же боковым зрением пытался уловить оттенки красного цвета. Ему очень хотелось увидеть вновь девочку, которая помахала ему с игровой площадки, когда он стоял у окна. К сожалению, ему не удалось уловить никакой схожести. За прилавком стояли трое мальчишек, явно такие же жители приюта, как и они сами. Это навело Диму на мысль, что скоро придет и его очередь надеть поварской колпак и заполнять тарелки другим детям. Судя по лицам парней, такое занятие им было не слишком по нраву. Скорее всего, потому что дежурные по кухне лишались возможности погонять мяч в этот день вместе с другими