Сатурналии - Феодосий Макробий
Сатурналии Макробия – выдающееся произведение Поздней Античности, относящееся к жанру «симпосиев», начало которому положили одноименными диалогами Платон и Ксенофонт, и продолжили Плутарх (Застольные беседы) и Афиней (Пирующие мудрецы). Участники пира обсуждают вопросы самого разнообразного содержания и характера (от смешных и забавных до сложных и серьезных), подтверждая доводы цитатами из древних текстов, как правило, к настоящему времени уже утраченных. Собрание ценнейших памятников античной литературы и удивительное мастерство Макробия в построении изложения ставит это сочинение в ряд выдающихся произведений древнегреческой и римской литературы.Издание адресовано студентам и преподавателям философских, филологических, культурологических и других гуманитарных специальностей, а также всем читателям, увлеченным культурным наследием эпохи Античности.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
- Автор: Феодосий Макробий
- Жанр: Разная литература
- Страниц: 252
- Добавлено: 23.08.2026
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Сатурналии - Феодосий Макробий"
(12) Сверх того, его называют Аргоубийцей, [но] не потому, что он одолел Аргуса, который, сообщают, наделенный множеством глаз, обходя [дозором], сторожил по повелению Юноны дочь Инаха Ио, соперницу этой богини, превращенную в корову, а [потому, что] в этом рассказе Аргус – это небосвод, усеянный блеском звезд, в которых заключается, кажется, какой-то образ небесных глаз. (13) С другой стороны, решили, что небо называют Аргусом из-за яркости и скорости [движения, по-гречески] – παρὰ τὸ λευκὸν καὶ ταχύ. И кажется, что он осматривает землю сверху (египтяне, когда хотят обозначить ее иероглифическими буквами, употребляют изображение коровы). Так вот, этот круговорот неба, украшенный огнями звезд, тогда считается погубленным Меркурием, когда Солнце в дневное время, затмевая звезды, как бы уничтожает [их], силой своего света отнимая у смертных их созерцание.
(14) Большинству изваяний Меркурия, наделенных только головой и напряженной мужской плотью, придается также очертание четырехгранного столба, каковой образ означает, что Солнце является головой мира и родителем вещей и что вся его сила состоит не в служении каких-то отдельных членов, но исключительно в разуме, седалище которого находится в голове. (15) Четыре стороны [столба] делаются с тем же [самым] умыслом, с каким Меркурию придана четырехструнная [форминга]. Ведь это число означает либо столько же стран света, либо четыре смены времени, из которых складывается год. Или [четыре струны придается] потому, что область Зодиака разделена на два равноденствия и два солнцестояния, [подобно тому] как лира Аполлона, [состоящая] из семи струн, убеждает, что столько [же есть] движений небесных сфер, управителем [над] которыми природа поставила Солнце. (16) [То], что Солнце почитают в [образе] Меркурия, ясно также из [наличия] у него жезла, который египтяне изображали в виде соединенных змей, самца и самки. Эти змеи в средней части своего изгиба связаны узлом, который зовут [узлом] Геркулеса, а их передние части, согнутые в круг так, что ротики прижаты [друг к другу], завершают очертание круга; и после узла [их] хвосты отклоняются к ручке жезла и украшаются крылышками, вырастающими из той же [самой] части ручки. (17) Изображение жезла египтяне связывают также с рождением людей, которое называется γένεσις, напоминая, что существует четыре бога-защитника рождающегося человека: Δαίµονα Τύχην Ἔρωτα ἀνάγκην (Дáймон, Тюхэ, Эрот, Анáнкэ). И они хотят, чтобы два первых бога считались Солнцем и Луной, потому что Солнце – это создатель духа, тепла и света, творец и хранитель человеческой жизни, и поэтому полагают, что Δαίµων – это бог рождающегося; Луна – Τύχη442, так как является покровительницей тел, которые подвержены разнообразным случайностям; Любовь обозначается поцелуем; Неизбежность – узлом. (18) Зачем прибавляются крылышки, было разъяснено уже выше. Изгиб змей в изображениях этого рода избран преимущественно потому, что путь той и другой звезды [является] извилистым.
Глава 20
(1) И, так как изображения Эскулапа и Здоровья относят к природе Солнца и Луны, к ним присоединяется змея. И Эскулап является целительной силой, приходящей к душам и телам смертных от сущности Солнца. Здоровье же произошло от лунной природы. От него получают поддержку тела одушевленных существ, укрепленные несущей здоровье умеренностью443. (2) Итак, к их изображениям потому присоединяются образы змей, что они показывают [то], что человеческие тела, погибающие как бы из-за непрочности кожи, снова крепнут, достигая прежней силы, [подобно тому] как снова крепнут змеи, каждый год сбрасывая старую кожу. Кроме того, образ змеи имеет отношение и к самому Солнцу, потому что Солнце всегда как бы от некоторой дряхлости самого предельного снижения возвращается на надлежащую высоту, как к силе юности. (3) С другой стороны, [то], что змея находится среди особых изображений Солнца, показывает также образование [ее] имени, потому что она была названа ἀπὸ τοῦ δέρκειν444, то есть [от слова] “видеть”. Ведь сообщают, что эта [наша] змея весьма подобна природе данной звезды зорким и недреманным оком, и потому змеям поручают охрану сокровищ храмов, святилищ, оракулов.
(4) Но [то], что Эскулап является тем же [самым, что] и Аполлон, признают не только оттого, что верят, будто он от него рожден, но [и оттого], что ему приписывается еще и сила прорицания. Ведь в книгах, которые имеют название Περὶ θεῶν (О богах), Аполлодор пишет, что Эскулап управляет прорицаниями и толкованиями примет. (5) И [это] неудивительно, поскольку наука врачевания и [наука] прорицания являются сотоварищами. Ибо врач предчувствует, что будет или подходящим, или неподходящим для тела, так как Гиппократ [его] учит, что врачу надлежит знать о больном τά τε παρεόντα καὶ τὰ προγεγονότα καὶ τὰ µέλλοντα ἔσεσθαι445, то есть:
…quae sint, quae fuerint, quae mox ventura sequentur…
(Все, что было и есть и что в грядущем случится)446.
Это соответствует прорицаниям, из которых известно:
…τά τ᾽ ἔοντα τά τ᾽ ἐσσόµενα πρό τ᾽ ἐόντα…
([все], что минуло, что есть и что будет)447.
(6) Да и Геркулес не отчужден от солнечной природы, так как Геркулес есть та мощь Солнца, которая предоставляет человеческому роду доблесть для уподобления [его] богам. И не считай, что он, лишь родившись от Алкмены возле беотийских Фив, уже с самого начала [был] назван Геркулесом. Нет, он был удостоен этого величания и почтен этим именем после многих [других] и самым последним, потому что безмерной отвагой заслужил звание бога, управляющего мужеством. (7) Впрочем, бог Геркулес почитается, притом благоговейно, и близ Тира448, но египтяне чтят его самым благочестивым и величественным богослужением и, сверх того, уважают память [о нем], которая у них уходит в весьма далекое прошлое. (8) Думают, что и гигантов он сам уничтожил, потому что на стороне неба была как бы доблесть богов. Надо думать, гиганты были не чем иным, как нечестивым родом людей, отвергающим богов и потому замыслившим прогнать богов с небесного местопребывания? (9) Их ноги изгибались змеиными завитками449, что означает, что они не мыслили ничего правильного, ничего высокого, [поэтому] и течение всей их жизни ведет в преисподнюю. От этого рода Солнце потребовало должной расплаты [при помощи] силы губительного жара.
(10) И в самом деле, [то], что Геркулес является Солнцем, ясно