Покидая Дом - Оливер Ло

— Дом Тихой Слезы требует Кровавого Оспаривания, — процедил прибывший.

Му Кай побелел. Наследник Дома Семи Дорог стиснул зубы и решительно зашагал прямо к лестнице помоста.

— Нет! — выкрикнул он. — Дом Семи Дорог отказывается принимать вызов! Я скорее потеряю хартию и торговые пути, чем отправлю человека на верную смерть! Это не обязательный момент. Мы можем обойтись и без него!

Услышав это, Мин лишь смерил товарища спокойным взглядом. Слова торговца многого стоили, ведь он добровольно готов был отправить свой Дом в долговую яму ради жизни наемного бойца.

— Что такое Кровавое Оспаривание? — тихо поинтересовался начертатель.

— Поединок до смерти, Мин, — глухо ответил Му Кай, глядя на бледного бойца на ринге с открытой ненавистью. — Тот ублюдок — Шангуань Вуцзи. Их Дом известен самыми грязными, смертоносными ядами. Этот бой явно подготовили как казнь.

Мин перевел взгляд на стоящего на помосте Вуцзи. Начертатель втянул воздух, и его тонкое чутье уловило исходящий от противника специфический сладковатый аромат. У самого сапога бледного убийцы билась в предсмертных судорогах жирная муха, неосторожно севшая на край его серого халата. Она замерла, скрутив лапки. Сладкий запах был смертельным фоном, пропитавшим кожу отравителя.

— Значит, до смерти, — губы Мина изогнулись в широкой, леденящей душу улыбке. Юноша повернулся к красному от натуги Цао Лэю. — Уважаемый распорядитель. Если я убью этого человека, Дом Семи Дорог пройдет регистрацию прямо сейчас? Без новых статей, разбирательств и переносов времени?

Цао Лэй осклабился. Уверенность юноши его смешила, ведь яд Дома Тихой Слезы гарантированно разъедал внутренности за три вдоха.

— Даю слово распорядителя Зала Знамен, — проворковал чиновник. — Убьешь его — и заявка будет принята в ту же секунду.

— Я согласен, — кивнул Мин.

Му Кай попытался схватить его за рукав, отговаривая от этого безумия, но Мин плавно высвободился и зашагал к массивной колонне в стороне от арены, дожидаясь, пока писари суетливо заполнят обязательный контракт Кровавого Оспаривания.

В тени резного нефрита колонны было тихо. Воздух здесь приятно холодил кожу, неся тонкий аромат утренней прохлады.

— Твоя смелость похвальна, но глупа, — раздался за его спиной знакомый мелодичный голос.

Мин обернулся. Су Лин стояла всего в паре шагов. Белоснежные волосы спадали на плечи, а в пронзительных глазах читался холодный интерес.

— Наследник Секты Багряного Неба, Шао Хэн, поручил мне наблюдать за теми, кто способен нарушить расклад турнирной таблицы, — спокойно продолжила девушка, сложив руки на груди. — Ты привлек его внимание своим первым ударом. Его «глаза и уши» уже вне всяких сомнений доложили ему о тебе. Но знаешь ли ты, против кого будешь сражаться?

Она сделала короткий шаг ближе.

— Шангуань Вуцзи — личный цепной пес Цао Лэя, его клинок для черной работы. Он убивал людей, чья база культивации превосходила его собственную на две, а то и три ступени, потому что этот яд не оставляет шансов. Откажись от боя, Мин. Тебя отправляют на плаху, а отдавать свою жизнь за чужой Дом попросту глупо.

Мин задумчиво посмотрел на суетящегося за главным столом Цао Лэя, а затем на бледного отравителя. Цепочка событий окончательно выстроилась, убирая последние белые пятна.

— Убийца с редким ядом служит чиновнику Зала Знамен, — тихо произнес Мин. — А мой предшественник, боец Дома Семи Дорог, скончался на постоялом дворе от хитрого отравления незадолго до прибытия в город. Какое поразительное стечение обстоятельств, не находишь?

Су Лин ничего не ответила, лишь ее тонкая бровь удивленно приподнялась.

В этот самый миг Духовное чутьё юноши зафиксировало слабый всплеск агрессивной ци. Нечто тонкое со свистом рассекло воздух сбоку, направляясь точно к венам на его левом запястье.

Правая рука Мина резко взметнулась вслепую. Указательный и средний пальцы с лязгом впечатали в камень колонны тончайшую, сверкающую стальную струну, заставив металлическую нить жалобно зазвенеть. Смертоносная ловушка была остановлена в паре пальцев от его кожи.

Он медленно повернул лицо к Су Лин. Девушка держала руку полускрытой в широком серебристом рукаве, а ее губы растянулись в широкой, хищной улыбке, окончательно уничтожив образ отстраненной леди.

— Превосходная внимательность, — одобрительно признала наследница Звонкой Струны. Серебряная струна втянулась обратно в ее рукав. — Беру свои слова назад. Возможно, твои шансы в предстоящем бою всё же чуть выше, чем я предполагала.

Мин усмехнулся, стряхивая каменную пыль с пальцев. Эта интриганка оказалась весьма забавной особой.

— Значит, моя цена в твоих глазах только что возросла, — Мин наклонился к ней чуть ближе, игнорируя ее холодную ауру. — Как насчет небольшого пари, Госпожа Су? Если я спущусь с этого помоста победителем и заберу голову отравителя, ты составишь мне компанию за ужином этим вечером. Мне как раз нужно лучше узнать местные обычаи.

Голубые глаза девушки насмешливо сверкнули. Она окинула его с ног до головы оценивающим взглядом.

— Я всегда ужинаю только в приятной компании, — холодно парировала Су Лин, вздернув подбородок. — И я буду совершенно свободна сегодня. Аккурат после твоих похорон.

Начертатель растянул губы в фирменной наглой улыбке. Юноша развернулся и направился к ступеням.

— В таком случае, заранее подготовьте свой лучший наряд для поминок, правда не моих, — бросил Мин через плечо. — Надеюсь, вы предпочитаете острую кухню.

* * *

Лезвие ритуального кинжала скользнуло по подушечке пальца. Лу Мин выдавил тяжелую каплю крови, и она впиталась в шероховатую бумагу договора Кровавого Оспаривания, вспыхнув багровым светом. Печать легла на контракт.

Стоящий рядом Му Кай то и дело вытирал испарину со лба, бросая напряженные взгляды на каменный помост.

— Слушай, Мин, его стойка… это школа «Ползущей Гадюки», — забормотал наследник Дома Семи Дорог, едва успевая переводить дыхание. — Он будет бить короткими связками. Яд на его клинках испаряется, вдыхать воздух вблизи нельзя. И следи за его левой ногой, я слышал, люди его Дома всегда…

Мин уверенно положил ладонь на плечо парня, заставив торговца запнуться на полуслове.

— Му Кай, — голос начертателя прозвучал совершенно спокойно, обрывая панику. — Давай каждый будет заниматься своим делом. Ты доверил мне участие в турнире, помнишь? Неужели ты сомневаешься в собственном решении?

Торговец осекся. Напряженные морщины на его лице чуть разгладились, уступая место легкой, неловкой улыбке.

— Нет, — выдохнул он, расправляя плечи. — Я крайне редко ошибаюсь в людях.

Мин усмехнулся и шагнул туда, где Шангуань Вуцзи уже ждал его. Убийца скинул верхний халат, оставшись в обтягивающей серой ткани. Сладковатый тошнотворный аромат, от которого у слабых практиков немедленно заслезились бы глаза, обволакивал его фигуру густым ореолом. В обеих руках отравителя блестели короткие, изогнутые клинки, лезвия которых отливали болезненным лиловым цветом.

Убийца не произнес ни слова,