Попаданка для Лорда-Дракона - Тоня Рождественская

Глава 36. Ада

– Теперь Эрик мой… – разносится по залу, как предзнаменование Апокалипсиса.

Смотрю как камень в ее руках окрашивается темно-фиолетовым. Пятно расходится по нему, словно поглощая. Ровно так как ее воля поглощает волю Эрика, делая из него послушную марионетку, ошибочно полагающего что все дело в искренней любви.

Ощущение поражения мгновенно лишает меня уверенности и всех сил. Нет больше приятного чувства тепла посередине груди. Там лишь зияющая дыра, полная боли и отчаяния.

Женщина ставит камень, медленно возвращающий свой обычный цвет, на место. А затем весьма театрально склоняет голову вбок и улыбается, глядя на меня с очевидным ликованием.

И тут сбоку доносится шум вбегающих в холл людей.

– Схватить ее! – слышу я бравый голос инспектора Бруенора.

На секунду во мне разгорается надежда. Может, еще не все потеряно? Может, мы успеем добраться до Офрэйма и снимем последствия ритуала? Главное, что теперь она попалась. А значит еще не все потеряно!

Но конвоиры отчего-то подбегают ко мне, хватая меня под руки.

– Еще раз выражаю вам свою благодарность, леди Крон де Фелл, за ваше предупреждение! – говорит инспектор, подходя к нам. – И ручаюсь лично ходатайствовать о том, чтобы Его Величество наградил вас за исключительную бдительность и гражданскую ответственность!

– Я поступила так, как сделала бы любая на моем месте, – улыбается Висконсия, мастерски пряча за показной скромностью свой настоящий нрав.

Я непонимающе кручу головой. Как эта стерва умудрилась подстроить все так, чтобы инспектор Бруенор оказался здесь именно в этот момент? Не раньше и не позже.

– Что ж, поздравляю всех с тем, что благодаря командной работе ним удалось избежать последствий тяжелого преступления! – продолжает тот, поглаживая окладистые усы.

– Но это она! Она, а не я! – пытаюсь вырваться, однако хватка стражников слишком сильна.

– Как вы смеете обвинять леди Крон де Фелл? Мы в очередной раз поймали вас на месте преступления!

– Это неправда! Поверьте мне! Я не собиралась проводить ритуал – это она!

Смотрю на Висконсию, но та ничем не выдает истинное положение дел – сама смиренность и простота. Хотя если присмотреться, можно заметить в глазах огонек эйфории.

– Адель Энгрин, – говорит инспектор, подходя ко мне и доставая из-за пояса уже знакомые магические кандалы. – За попытку проведения ритуала истинности, мы берем вас под стражу до вынесения приговора!

– Да подумайте же вы, – молю я, пока на меня надевают оковы. – Зачем мне проводить этот ритуал? Мы ведь уже помолвлены! Это просто бред какой-то!

Бруенор на секунду останавливается в задумчивости. Но Висконсия не дает ему время на размышления.

– Все дело в том, инспектор, что Эрик фон Крафт уже давно хотел разорвать эту помолвку.

– Действительно? – интересуется тот. – Зачем?

– Затем, что осознал, что совершил ошибку. Правда, дорогой? – добавляет она громче и куда-то в сторону.

Я оборачиваюсь и вижу, что к нам приближается сам Эрик. Он не выглядит запыхавшимся, а значит явно не спешил ко мне на помощь. Да и зачем ему спешить, если теперь его сердце принадлежит совсем другой? Обо мне он, наверное, и не вспоминает.

От этой мысли внутри все разрывается на тысячу частей. Я не просто потеряла его. Я отдала его той, кто совсем не заслуживает быть с ним рядом!

Фон Крафт подходит к Висконсии и встает с ней рядом. Лицезреть их так близко – худшее из наказаний.

– Он позвал леди Энгрин замуж лишь назло мне, – продолжает мерзавка лилейно, беря моего жениха за руку. – Видите ли, инспектор, тогда перед балом мы с ним сильно поссорились. Верно?

Тот делает легкий кивок.

– Но после мой дорогой конечно же осознал, что никакие размолвки не стоят того. Так что он собирался оставить Адель Энгрин, чтобы жениться на своей истинной любви…

Висконсия переводит взгляд на меня, и если бы Бруенор был чуть внимательнее, то понял бы, что тут что-то не так. Потому что у нее все на лице написано.

– На мне, – добавляет мерзавка, не сводя с меня торжествующих глаз. – Так что Адель Энгрин просто не могла позволить ему сделать это. Поэтому и замыслила это страшное преступление.

Она поворачивается к Эрику и проводит по овалу его лица ладонью. От злости и бессилия я накусываю губы практически до крови, глядя как эта стерва нежничает с ним прямо передо мной. Висконсия делает это специально, я уверена. Хочет унизить меня напоследок. Хочет, чтобы, гния за решеткой, я вспоминала это мгновение раз за разом, пока не сойду с ума от ревности и обиды.

– Но слава богам, появились вы, инспектор, – говорит она, ловко играя на чувствах Бруенора и заставляя его ощущать себя более важным, чем есть на самом деле. – И предотвратили непоправимую трагедию.

– Очень рад что наконец-то все разрешилось, и сердце лорда фон Крафта вне опасности! – практически рапортует тот, легко купившись на ее лесть.

– Мое сердце всегда принадлежало лишь одной женщине, – говорит Эрик, улыбаясь Висконсии.

На секунду он оставляет ее, чтобы подойти к постаменту, на котором лежат драконьи камни, и взять свой. А затем возвращается и вручает его ненастоящей истинной словно подарок. Будто и правда отдает ей свое сердце. Та расплывается от удовольствия и гордости, принимая дар.

А я внутри умираю. Потому что это худшее, что могло произойти.

Лучше бы меня разорвало где-то между мирами! Лучше бы я вообще никогда не появлялась в Акрэйне, и никогда не знала его!

– Лишь одной… – повторяет фон Крафт, глядя на Висконсию, которая плавится от удовольствия обладания этим мужчиной. – Только не тебе…

Глава 37. Ада

Вдруг Висконсия вскрикивает и чуть было не роняет драконий камень, но Эрик ловко подхватывает его и снова возвращает в ее ладонь. Я вижу, как по поверхности течет небольшая капля крови, и словно отзываясь на нее, камень начинает менять цвет там, где она проходит. Женщина поспешно отнимает руку, но уже поздно.

– Надеюсь, вы это видите, инспектор? – спрашивает фон Крафт холодно.

Тот растеряно кивает, глядя на очевидное воздействие на камень.

– Надеюсь, вы понимаете, что это значит? – продолжает фон Крафт.

Бруенор кивает снова.

– Тогда, может быть, вы уже освободите мою невесту и схватите настоящую преступницу?

Я совершенно сметена. Все происходит так быстро и