«Крестники» Андреевского флага - Александр Александрович Смирнов

степени с мечами и бантом. Смерть впервые в жизни брызнула перед его глазами разрывами японской шимозы…

После войны свой боевой опыт лейтенант Бубнов передавал другим в офицерском артиллерийском классе. В 1913 году окончил военно-морскую академию, продолжив преподавательскую деятельность.

Большой войны в начале 1914 года никто в Европе не ждал, поэтому 32х летний кавторанг стал думать о создании своей семьи. Нет никаких данных о том, что сам Бубнов происходил из казаков, но в январе 1914 года его избранницей стала 20-летняя дочь войскового старшины Астраханского казачьего Войска Елизавета Михайловна Кукушкина. Несмотря на то, что между супругами было 12 лет разницы и жених, и сам не богатый, взял жену без приданого, семейный союз оказался удачным (в ноябре 1914 года родился их первенец – сын Сергей, а в марте 1915 года – дочь Ирина). Правда, домом и бытом пришлось безмятежно наслаждаться недолго – спустя полгода после свадьбы началась война с Германией, и муж убыл в действующий Балтийский флот.

Ветеран Цусимы не засиживался в штабах, на берегу. В июле 1916 года он уже капитан 1 ранга, кавалер не только трех российских боевых орденов, но и французского ордена Почетного Легиона. В ноябре 1916-го Бубнов был удостоен ордена Святого Георгия 4 степени (за что он получил такую высокую награду, автору установить не удалось, но такими орденами даже на второй год войны не разбрасывались – примеч. А.С.). В тот же месяц того же года англичане отметили его орденом Святого Михаила. Капитан 1 ранга Бубнов воевал с Германией на должности начальника Морского управления при Ставке Верховного Главнокомандования. Главкомом всех вооруженных сил воюющей Империи с августа 1915 года был сам царь Николай И. А его начальником штаба – генерал Алексеев, будущий организатор «белой» армии. Так что Александр Дмитриевич имел прекрасную возможность вблизи наблюдать и Божьего помазанника, и его начштаба (он оставил интереснейшие воспоминания об этом периоде, которые так и назывались «В царской ставке», и были переизданы в России в 2002 году).

Так под покровительством сразу двух святых: православного и англиканского, Александр Дмитриевич встретил роковой для его родины 1917 год.

Отречение царя расчистило истинному монархисту Бубнову путь к адмиральскому чину. После марта 1917 года ряд более старших флотоводцев был уволен, а то и убиты матросами. Не будь революции, даже в военное время 34-летний офицер вряд ли стал бы контр-адмиралом. Но в июле 1917 года военным и морским министром, главой правительства стал давний член партии эсеров Александр Керенский (политический псевдоним адвоката Аарона Цирбиса). С этого момента военно-морская, а точнее, придворно- политическая карьера Бубнова пошла вверх, как пена над стаканом свежего пива. К 7 ноября 1917-го контр-адмирал Бубнов – по-прежнему, как при царе, начальник военно-морской канцелярии при Верховном Главнокомандующем русской армии (За три месяца он послужил при трех главкомах, каждый из которых был необыкновенно индивидуален, знаменит и не походил на другого. Это были генералы Корнилов, Алексеев и адвокат-премьер Керенский). «Пена» революционной карьеры быстро поднялась, но и быстро иссякла.

В декабре 1917 года, когда ВМС уже советской России возглавил Нарком по военным и морским делам, контр-адмирала Бубнова уволили из флота. Он оказался без средств к существованию, с молодой женой и с двумя малолетними детьми на руках в самое суровое время. Из-за семьи он не мог пробраться на Дон, в армию генерала Алексеева. Будущее превратилось в густой и враждебный туман. Дамокловым мечом завис над ним извечный вопрос – что делать?

Спас случай. В марте 1918 года командующим Балтийским флотом был назначен давний сослуживец – капитан 1 ранга Алексей Михайлович Щастный. Возникла необходимость выводить флот из Гельсигфорса. А для этого комфлоту требовались не комиссары, а профессионалы. И Щастный убедил Центробалт в необходимости вернуть на службу контрадмирала Бубнова. С весны 1918 года Александр Дмитриевич состоял на службе в военно-морской академии РККФ, что давало зарплату и паек. Жизнь, хоть и слабо, но улыбнулась ему. И опять ненадолго.

Как знать, может быть, бывший контр-адмирал и пережил бы гражданскую войну и остался бы в советской России. До того времени, пока его, бывшего дворянина, адмирала и Георгиевского кавалера, не расстреляли бы в НКВД (в иное будущее трудно поверить). Но угроза его жизни наступила намного раньше, и именно она спасла его и его семью.

В июне 1918 года Щастный был расстрелян, и «красный террор» начал набирать обороты. Ужасна была революционная толпа, беспощадная, но и хаотичная в своей жестокости. Но еще более была ужасен организованный террор ВЧК. И Бубнов, спасая себя, а главное, семью, летом 1918 года навсегда покинул Петроград.

Он оказался сначала на востоке, а в декабре 1918 года Верховный Правитель России вице-адмирал Колчак включил Бубнова как представителя ВМФ в состав русской делегации на Версальскую мирную конференцию. В королевском предместье Парижа страны Антанты, страны-победительницы, принимали официальную капитуляцию Германии и перекраивали карту Европы. Россия, внесшая вклад в победу миллионами убитых и искалеченных воинов, по велению «союзников» не была даже допущена к этому процессу. Главы государств не признали правительства Ленина. Но и делегацию, направленную Колчаком, они не допустили к работе конференции. Помучавшись в дипломатических приемных, униженные и оскорбленные русские дипломаты уехали ни с чем. Адмирал Бубнов к Колчаку не вернулся, а с лета 1919 года стал начальником штаба «белого» Черноморского флота. Армия генерала Деникина, потом Врангеля… Трагичный уход из Крыма…

Эмигрантские мытарства сначала занесли его во Францию, и в конце- концов в 1923 году бросили на берега Адриатического моря, где король Югославии решительно принимал в свой небольшой флот довольно большое число бывших русских моряков.

Бубнов имел высшее военно-морское образование, прекрасный преподавательский, административно-политический, дипломатический и боевой опыт. И в Белграде решили, что правильнее всего зачислить его в штат преподавательского состава военно-морской академии, в стенах которой Александр Дмитриевич и прослужил много лет.

Присвоили ли ему чин контр-адмирала королевского флота? Прямых данных об этом нет, хотя ряд бывших офицеров русского флота имел звания офицеров флота Югославии. Вероятнее всего, что преподавателю академии адмиральских погон не вручили из соображений кадровой этики. Все же в Дубровниках Бубнов не занимал адмиральской должности, и обижать своих моряков морской министр не хотел. И унижать профессионала-союзника чином более низшим также не хотелось. Поэтому, возможно, «выкрутились» тем, что вообще не присвоили профессору военно-морской академии Бубнову никакого чина ВМФ.

Он не обижался. Сравнительно спокойная преподавательская деятельность позволила сосредоточиться на главном – на военно-морской науке. В тридцатых годах Бубнов подготовил к изданию свою многотомную монографию «История военно-морского