Делай что хочешь и будь что хочешь. Как достучаться до себя - Владимир Чичирин

того или иного метода или инструмента на конкретном примере. Со своими исключительными условиями, которые никогда и нигде больше не повторятся. Во всяком случае, самое важное ― помнить, что условия могут не совпасть с каким-то замечательным кейсом. И как раз то, что кейс демонстрировал как пример использования метода, требует все изменить при других обстоятельствах. Иначе все пойдет прахом. Поэтому я призываю воспринимать любые примеры лишь как инструмент наглядности. Помните, что мы тут все это время говорим об уникальности. На том и стою. Уникальность предполагает независимость от кейсов априори. А еще я никогда не понимал людей, эффективных менеджеров, которые заняты лишь одним ― изучением, кто, как, на чем стал богатым и как повторить их путь. Вот этот вот совершенно идиотский вопрос при любой защите идеи ― есть примеры эффективной реализации? Да елки! Вы чего?! Нет, конечно. Никакой нет. Это же впервые! Я понимаю, что у каждого своя нейронная система и с ней спорить не надо, но вот тоже пример разности ― я никогда не пойму, как можно хотеть повторить и не мечтать сделать то, что никто никогда до тебя не делал. Тоска же, нет? Мне часто говорили руководители крупных компаний, что если бы я сидел на деньгах инвесторов, то рассуждал бы иначе. Что мечтать об уникальном – это хорошо, но невозможно прогнозировать. Да нет, господа. Можно. Просто то, чем вы занимаетесь – это не ваше призвание. И радость от заработанного станет потихоньку терять свой блеск. Ну да ладно. Не о том речь. Я просто хотел бы подчеркнуть жирной линией бесполезность кейсов для повторения. Их ценность только в закреплении полученной информации и понимании, почему ни один кейс не стоит повторять или примерять на себя.

Ну ок. Тогда погнали.

Кейс первый

Все из ничего

Все началось с сидения (глагол) на диване, когда он вдруг решил отнестись к жизни серьезнее. Вернее, он давно решил. Он вообще так решал почти всегда, когда садился на диван. Независимо от того, что собирался делать на самом деле ― смотреть кино, читать книжку или серфить по интернету. Все равно вываливался в мысли о своей какой-то недостаточно серьезной жизни. Бывало даже осознанно говорил себе, что вот он садится на диван, чтобы придумать как наконец-то начать относиться к жизни серьезнее. Но ничего особо переворотное в голову не приходило. Даже не приближалось. Все основное время уходило на подготовку к думанию о том, что надо бы что-то придумать. Еще на то, что сейчас все не так. Начальство достало, работа отстой, и, как бы он ни выеживался на людях, на самом деле он лузер. Только пока никто этого не знает. Так прошли годы.

Обычно первый пристрельный вопрос: «Что делаешь в свободное время?» Спрашиваю. Ответ: «Сижу на диване». Замечательно. А почему на диване? Почему сидишь? Обычно люди лежат…

Разговорились. Забрались в глубокие дебри бессмысленности бытия. Иногда полезно спуститься на самое дно бессмысленной болтовни о смысле, чтобы увидеть полную непригодность для продуктивной мыслительной деятельности, стерильность пространства дна. Все. Увидели ― не задерживаясь, поднимемся к рациональному. Итак, от дивана в самый низ, до смысла жизни, а потом вверх, опять к дивану. По дороге выясняя и затрагивая темы «Почему ничего не хочется? Почему его сюда привела жизнь? Почему работает именно там? Зачем он смотрит в потолок? Почему он включил именно это кино? Вот то, как его, ну он потом также выкрасил стены у себя, как там…».

Иногда полезно спуститься на самое дно бессмысленной болтовни о смысле, чтобы увидеть полную непригодность для продуктивной мыслительной деятельности, стерильность пространства дна.

Какие он вообще фильмы любит? Почему? Кстати, по его словам, не зря он боролся со строителями за три сантиметра высоты расположения телека. Угол обзора с его дивана идеален. Рекомендовал и мне никогда не идти на компромиссы в таких вопросах.

Дальше пошли. Чем похожи герои и почему, рассказывая о сюжете, он так подробно описывает помещения, в которых происходили события… Почему на диване ему лучше всего? Почему именно на диване, а не на кресле?

Да, согласен с ним, вопросы действительно кажутся идиотскими. Но это же не я так провожу все свое свободное время, а он. Что идиотского в том, чтобы понять, почему человек убивает время именно так, а не иначе? Способов же бесконечное множество. Я вот люблю разгадывать сюжет фильма по первым появлениям героев. Потому обычно смотрю кино в одиночестве…

Потом он вспомнил, как выбирал диван и ни один не подходил на все сто. Пришлось самому делать левый подлокотник. Он решил, что должен быть не такой, как правый. Ну у каждого свои заморочки.

Отдельной темой и неожиданно для него самого стал факт, о котором он вообще раньше не задумывался ― он на диване всегда один и ему от этого не так уж и плохо.

Где-то на третьем часе разговоров как бы ни о чем, наступил переломный момент. Когда выяснилось еще, что каждые три года он у себя делает ремонт и перекрашивает стены. Причем сам. Нравится. А стены всегда тянут за собой и другие изменения в интерьере.

Дизайнером интерьеров он стал позже. Гораздо позже. Еще года три офисной тоски. «Случайно». Когда продал квартиру, в которой все наконец-то стало идеально. Продал, потому что там нечего было переделывать. Это тоже он понял не сразу. Вернее: «Ну бредовая же причина». А потом его попросили друзья сделать дизайн им. И покатилось. Жалел только, что не поверил себе сразу. Что тогда посчитал выводы нашего с ним разговора спорными и обнуляющими все его достижения. И столько времени спалил, работая IT-директором.

Кейс второй

Найти там, где не искал

Позвонил старый знакомый клиент. Сто лет не пересекались. Увидел какой-то мой пост в соцсети, вспомнил обо мне. Приятно.

Итак, однажды:

Приходит журналист. Его тема ― политические обзоры. Параллельно пишет рассказы. Так или иначе, все крутятся вокруг темы взаимоотношений детей и родителей. Жизнеутверждающие такие рассказы. Но не может выйти на роман. А рассказы издательства не интересуют. Если, конечно, ты не публичная личность с сотней тысяч подписчиков. Что делать со всей этой массой не знает, но прослыть писателем хочет. Запрос чисто маркетинговый.

Говорим. Про то, что нравится, что не нравится. У меня появляются первые подозрения. Политику журналист ненавидит. Как явление. Заводится сразу. Работа такая. Но пишет хорошо. Залезаю в соцсети его. Там только политика. Аудитория нормальная. На тему собранная. Много комментов. Он в них не участвует. Все, мол, в статье сказал, чего в ступе толочь.

Разбираемся, откуда