Блог «Серп и молот» 2014–2016 - Петр Григорьевич Балаев

когда служил срочную в СА. Служил я в Спасске-Дальнем, хоть и в ШМАС, но учился на ветеринара, да еще в собаках разбирался, поэтому к командиру части сначала ходили просить меня отпустить собачку (свинку, коровку, козу, кошку…) посмотреть, а потом я уже оборзел, надевал летную техничку и ни один патруль меня не останавливал. Призвался я в 23 года, поэтому на срочника похож не был. Вот хозяин Берты, вернее хозяин выводка щенков кавказцев меня позвал, когда я еще служил, посмотреть щенков. Местные ветеринары поставили им диагноз — вирусный энтерит. Щенки были уже прилично обезвожены от поноса. Поставили диагноз без вирусологического исследования, конечно. У щенков была элементарная сильная глистная инвазия.

В Спасске еще находилась в то время армейская школа младших инструкторов служебного собаководства. При школе был неплохой питомник. В питомнике — несколько кавказцев, довольно хороших экземпляров. Ветеринар питомника, старший лейтенант, стал моим хорошим знакомым, отпрашивал меня у командования помогать ему в лечении и вакцинации собак. Борзые щенки при СССР были также в ходу, как и во время Гоголя. Породистого щенка в те годы достать было очень тяжело, поэтому тот старший лейтенант был блатным, ему мой командир части не отказывал отпускать меня. Да и спаниеля командира, любимца семьи, я вылечил. Поэтому ко мне отношение было доброжелательным. Вот начальник политотдела меня не любил..

В Спасске, во время службы, я и влюбился в кавказских овчарок. На всю жизнь, кажется.

А вот с Бертой у нас братом сразу возникли проблемы. Вообще собака была настолько красивой и ласковой, что мы ее привезли из Спасска домой в кабине ЗИЛа, я тогда был на производственной практике, поехал в Спасск на мясокомбинат сдавать совхозный скот, заодно и собаку купил. Водитель сам предложил такую красивую собаку не в кузове везти, а в кабине. Вполне дружелюбный пес был. А вот пищу она от нас охраняла. Свирепо.

Мы пытались откорректировать поведение собаки. И лаской. И наказаниями. Собак я никогда не бил. Самое страшное наказание для собаки — это взять ее за загривок и потрясти, чтобы передние лапы от земли оторвались. Этого вполне достаточно. Еще эффективнее — укусить собаку за нос. Но это уже совсем круто.

Немцы дрессировали собак, наказывая их ударом хлыста. Тупая нация. Собака всегда будет обсераться от страха при одном взмахе руки кинолога.

С Бертой ничего не помогало. В 1991 году я закончил институт и мы вдвоем с братом уехали работать в совхоз «Богуславский», я главным ветврачом, он ветврачом отделения. Взяли с собой наших собак. Немку Гиллу (я ее вырастил из трехдневного щенка в общаге, это отдельная история) и Берту. Пока я заканчивал институт, Берта жила у брата. Естественно, она его и считала хозяином. У него с ней проблем было меньше. Вернее, они были, но когда появился я в роли второго хозяина, то я стал объектом террора с ее стороны. К брату она убегала жаловаться, когда я ее наказывал за то, что она меня постоянно грызла. А у Славки рука не поднималась задать ей трёпку.

Я ее лично дрессировал. ОКД — почти без проблем, не сложнее, чем с восточно-европейской овчаркой. Даже интереснее. Когда кавказец устает, он начинает так притворятся смертельно усталым, что это только настроение улучшает. Но «пищевой рефлекс» никак не корректировался. В тарелке недоеденная каша. Ей она уже не лезет в горло. Ты проходишь мимо этой тарелки — мгновенная атака. Что характерно — один укус, потом она сама всё понимает и бежит, обсыкаясь на бегу, прятаться от тебя. Через минуту ползет к тебе и лижет руки. Но в следующий раз — обязательно снова цапнет.

В конце концов, когда у меня уже появилось несколько серьезных шрамов, пришлось брату принять мои условия. После того, как Берта грызанёт меня, он тоже не должен ее жалеть. Бесполезно.

И такое поведение собаки не было для меня чем-то особенно загадочным. «Пищевики», т. е. псы, которые охраняли пищу от хозяина, встречались и среди других пород служебных собак. Я с этим уже к тому времени сталкивался. Меня просили откорректировать поведение собаки некоторые незадачливые владельцы злобных псов. Природа проявления такого поведения была во всех случаях ясна — порок воспитания. Человек покупал щенка для охраны, хотел злобную собаку, во время кормления щенка дразнил, трепал за холку, щенок злился и рычал. Человек думал, что он так развивает у собаки злобность. Развивал, конечно. К самому себе. Это исправлялось потом. У всех собак, только не у кавказских овчарок.

В 1991 году мне привезли из Грузии за 3,5 тысячи полуторамесячного аборигена, кобелька. Вот с ним я уже увидел, что «пищевой инстинкт» не приобретенное в результате воспитания качество, а врожденное. Все щенки кавказских овчарок, с которыми мне приходилось сталкиваться, а видел я их очень много, потому что и сам заводчиком был и лечил, и ушки купировал щенкам других заводчиков — ярко выраженные «пищевики».

В то время я уже был убежденным кавказистом, считал эту породу лучшей среди служебных собак и интересовался ее историей. Первые кавказские овчарки (как и среднеазиатские), аборигенные собаки, на которых обратили внимание советские кинологи селекционеры еще в 20-х годах, отличались отличными охранными качествами, но были очень средними в плане своих размеров. Примерно как немецкие овчарки. На современных кавказцев, которые даже покрупнее сенбернаров, они были не похожи. Выделялись только редкие экземпляры, такие как знаменитый Топуш, на счету которого более 30 задавленных волков. И только когда кавказских овчарок стали разводить в армейских питомниках, неожиданно собаки стали увеличиваться в размерах. Брали некрупных родителей-аборигенов, получали от них потомство, а потомство вырастало гораздо более крупным, чем родители. Появились даже предположения, что советские кинологи-селекционеры для придания массивности и роста кавказским овчаркам приливали им кровь сенбернаров. Уж больно подозрительным выглядело то, что происходило с породой.

На самом деле, ничего подозрительного не было. Помните, что еще недавно китайцы считались низкорослой нацией? Съездите сегодня в КНР. Да и русские в ПМВ были нацией небольшой в плане роста, даже еще в Отечественную войну наши солдаты были ниже немцев.

Детский голод. Недоедание в детстве. То же самое было с нашими отечественными породами пастушьих собак. Пастухи что в Средней Азии, что на Кавказе, за редкими исключениями, своих собак почти не кормили.

Когда-то древний предок собаки пришел и поселился вблизи человека потому, что рядом с человеком была пища. Остатки охотничьих трофеев. Постепенно собаки приручались и сложился симбиоз человека и собаки. Пастушьи собаки жили при стадах. Также питались остатками