Иосиф Кобзон. Мгновения… - Коллектив авторов -- Биографии и мемуары

и обратиться с любой просьбой. Он или сразу отвечал положительно, или искал пути, на кого можно выйти, чтобы решить тот или иной вопрос.

К своему репертуару он относился очень ревностно. Помню случай, когда мне позвонила Александра Николаевна Пахмутова и попросила исполнить на Красной площади в День Победы ее песню «Поклонимся великим тем годам». И вот через некоторое время на одном из концертов меня вызвал к себе Иосиф Давыдович и, можно сказать, отругал. Он сказал: «Пока я жив, не надо петь мои песни. Я же не пою твои». Мне ничего не оставалось, как извиниться перед ним. Я признал, что это было моей ошибкой и что мое исполнение совершенно не соответствует уровню исполнения Иосифа Давыдовича.

Я хорошо знаю всю его семью. Прекрасную супругу Нелли, дочку Наташу, сына Андрея, всех его внуков и внучек, которые росли на моих глазах. Я часто бывал на его семейных торжествах. И всегда поражался тому, как в наше время этот человек умел аккумулировать вокруг себя людей самых разных профессий. Насколько умел дружить. Для друзей его дом был открыт всегда!

Память у него была феноменальная! Он всех помнил по именам. Знал наизусть очень много текстов песен. Кроме него, я не встречал артистов, которые приезжали бы на выступления своих коллег, чтобы поддержать их. А Иосиф Давыдович откликался всегда. Приезжал на любые мероприятия, праздники, благотворительные концерты.

Он был юморной человек. Очень любил шутить, рассказывать смешные истории. Мы, молодая поросль, всегда с открытым ртом слушали о том, как в советское время жили артисты, как ездили на гастроли и что с ними там приключалось.

А как он любил петь песни Фрэнка Синатры! Особенно «Мой путь». Но это был и его путь. Он был счастливым человеком. Безумно любил свою профессию, отдавался ей полностью. Случалось, что прямо во время концерта публике объявляли: «Кобзон не приедет, он плохо себя чувствует». А Иосиф Давыдович вдруг неожиданно появлялся и выходил на сцену. И трудно было представить себе, что этому человеку либо только что сделали операцию, либо он был на каких-то серьезных процедурах.

Сцена воодушевляла, окрыляла Иосифа Давыдовича. Она была для него местом внутренней силы. Он всегда там преображался. Ну и, конечно, выдержка его вокального аппарата была уникальна, потому что петь шесть часов подряд живьем мог только Кобзон!

Я имел честь и возможность встретить человека такого масштаба, с которого хочется брать пример. И не только как с артиста или политика, но и как с друга и семьянина. Все в нем, на мой взгляд, было невообразимо гармонично. Несмотря на то, что он, конечно же, был сложным человеком. Всегда на все имел свою точку зрения, но при этом никогда не предавал людей.

Для меня он был, есть и будет примером такого человека, такого артиста, путь которого, наверное, не повторить никому.

Дмитрий Бертман

народный артист РФ, художественный руководитель театра «Геликон-Опера»

Для меня с самого детства Иосиф Давыдович был человеком родным — мне посчастливилось узнать его в своем раннем возрасте. Мой отец работал с ним, и у них было общее увлечение: оба очень любили играть в нарды. Бывало, папа приходил домой и рассказывал, как он «проиграл Кобзону». Шло время. Папы не стало. Я повзрослел. Но в самые сложные времена, когда строился наш театр или когда дело касалось важных вещей, связанных с принятием решений, я обращался к Иосифу Давыдовичу. И он всегда был доступен. Он не раз помогал нам — его авторитет был огромен, к его мнению всегда прислушивались.

Мало кто знает, что Кобзон был великолепным исполнителем оперной музыки. Так получилось, что он не пел на оперной сцене. Но «Геликон» может похвастаться, что в спектакле «Летучая мышь» Иосиф Давыдович выступал в качестве гостя князя Орловского, где он исполнял эпиталаму А. Рубинштейна из оперы «Нерон» и арию Алеко из одноименной оперы С. Рахманинова. Это было потрясающее пение. Канал ТВЦ тогда снимал полностью спектакль, который проходил на сцене Театра эстрады. В спектакле пели Наталья Загоринская, Елена Качура, Эрик Курмангалиев, Вадим Заплечный. И Иосиф Кобзон, который стал для нашего театра настоящим другом. Геликоновские солисты, хор, оркестр часто выступали вместе с Иосифом Давыдовичем.

И, разумеется, когда мы открывали после реконструкции новое здание, Кобзон участвовал в церемонии открытия. А потом приходил к нам на спектакли. И не с пустыми руками — с цветами для артистов, а мне дарил старые ноты, букинистические книги. В моей библиотеке хранится масса книг, подаренных Иосифом Давыдовичем…

У Иосифа Кобзона потрясающая семья. Супруга Нелли Михайловна всегда была рядом с ним, воспитала замечательных детей, которые тоже стали нашими друзьями.

В то, что он ушел, до сих пор невозможно поверить… Полное ощущение, что он где-то рядом, что он сидит в зале и смотрит наши спектакли. И это заставляет держать планку всегда и во всем.

Ангелина Вовк

диктор Центрального телевидения СССР в 1980-х годах, народная артистка РФ

Мы часто встречались с Иосифом Кобзоном и на телевидении, и в концертной студии «Останкино», на фестивалях, в сборных концертах, но я никогда не вела его сольные программы. И вот однажды меня пригласили на фестиваль «Зори над Бугом». Он состоял из больших концертов, в которых принимали участие звезды московской эстрады. Наш творческий коллектив прилетел на лайнере в Киев, и мы разделились по группам. Одних отправили в Винницу на машинах, где стартовал фестиваль, а остальных — меня, Кобзона и еще нескольких человек — посадили в маленький самолетик-кукурузник. Я оказалась рядом с Иосифом Давыдовичем. Когда самолет проваливался в воздушную яму, он вздрагивал, хватал меня за руку, и мне приходилось весь путь его успокаивать и подбадривать, что, мол, все будет хорошо.

Когда мы приземлились в Виннице, Кобзон поблагодарил меня, похвалил и сказал: «У меня здесь сольный концерт, и я скажу