Белая Длань - Valeriys

отделение в виде защитников Звёздной чаши, прозванные Рыцарями Грааля. В общем, самые отличившиеся носили на своих плащах вышитое изображение Белой Длани, а вот сотня-другая уже серебряную чашу, подчёркивающую обязанности. И конечно же, в этом деле не могло обойтись и без отделения гвардии Слоновой кости.

Несколько десятков рыцарей, что имели на своих плащах и доспехах изображение скрещенных бивней, были уже достаточно натренированы бывшими погонщиками Золотых мечей, чтобы самостоятельно управляться с почти мифической для этого континента элефантерией. Да и сами элефанты обзавелись красочным обмундированием из серебра, взамен кричащей позолоты. Сейчас громоздкие животные терпеливо дожидались своего часа, чтобы пройтись величественным маршем по улицам бывшей столицы в день начала северного похода. А ведь ещё совсем недавно они были не больше, чем диковинными трофеями, блажью королевского триумфа, но очень быстро превратились в грозную и статусную вещь. Многие молодые мальчишки смотрели на иноземных созданий с блеском в глазах и мечтали когда-нибудь попасть не только в гвардию, но и вместе с тем в это столь экзотичное подразделение королевской организации. Видя такую реакцию Гарденер не мог не сделать особый заказ эссоским торговцам, дабы в ближайшие годы у него была возможность восполнить численность элефантов и ко всему прочему приступить к их разведению.

И этот заказ Эдмунд естественно оплатил свежевыпущенными монетами со своим профилем под семью звёздами и родовым гербом. Пожалуй, страсть короля к серебру вместо презренного металла стала постепенно передаваться в народ, ибо цены на серебро после такого представления стремительно взлетели вверх. Всем известные монетные дворы в королевстве уже активно чеканили вновь вошедшие в обиход давно устаревшие длани, взамен приевшихся драконов и оленей. Можно сказать, что новая эпоха стала активно виднеться во всех отраслях человеческой жизни и это были лишь началом для Вестероса под единой андаловой дланью. И конечно же законодателем этих изменений не мог быть никто иной кроме Верховного короля андалов.

На последнего Гарденера активно равнялись и старались походить почти все без исключения молодые юноши и мужи, а девушки томно вздыхали в кулуарах, в тайне мечтая когда-нибудь оказаться подле короля, а уж про постель и говорить не стоило. Подобное отношение избраннику Семерых очень льстило. Он уже превзошёл по популярности и достижениям многих своих именитых предков, но не собирался на этом останавливаться. В данный момент он творил историю, мир и эпоху. Возможно, в глубине души он мечтал навеки затмить столь ненавистного ему Эйгона и всех Таргариенов в целом. И пока что у него неплохо получалось. Спешить не хотелось, но пока королю сопутствовал успех надо было действовать решительно. Уже сейчас традиции и названия сменяли друг друга со стремительной силой, но при этом придерживались андальским канонам, которые как раз таки правил и устанавливал Верховный король.

Ему казалось, что ещё немного и он сможет полностью забыть о страхе поражения или неуверенности в собственных действиях, и это, как ни странно, вызывало тревогу. Ему не очень-то хотелось становиться самодовольным и уверенным в своей исключительности монархом. Подобная дорога ни к чему хорошему не приводила, но пока что Эдмунду удавалось держать себя в руках, пуская он и заметил, что стал более требовательнее и жёстче к своим подчинённым. В любом случае сейчас был как никогда важный для многих людей день, необходимый для закрепления статуса его гвардии в глазах всего королевства. Быть может, в том же Просторе это и не требовалось, но во всех остальных землях слава гвардии была более, скажем так, тусклой и поры бы было это исправить.

- Своим именем, как Верховного короля андалов и избранника Семерых. Я – Эдмунд из дома Гарденеров, первый этого имени, приветствую славных воинов, собравшихся здесь. – решив, что время пришло, обратился король к коленопреклонённой гвардии. Одет он был в соответствующие своему положению регалии, а именно – в свою корону из белого золота, дарованную ему церковью, и в обновлённых доспехах по лекалам гвардии, но облегчённые, дабы не сковывать движения и без шлема с семиконечной звездой, дабы его лицо было легко разглядеть.

- Сир Корбрей, возвышенный и доблестный капитан королевской гвардии. – обратился Эдмунд к своему другу, что расположился во главе воинских рядов и имевший на своём плаще не только Белую Длань, но и семь звёзд её окружавшую, таким образом подчёркивая его особый статус. – Готовы ли вы и все здесь присутствующие принять клятву служения и положенные к ней обеты? – громко вопросил он и звук его голоса словно резонировал сквозь притихшую к этому моменту толпу.

- Готов. – ответил ему устремивший взгляд к земле рыцарь Долины, а вслед за ним раздался хор звонких голосов всей остальной гвардейской братии.

- Клянётесь ли вы нести свет истинной веры под знаменем Белой Длани? – вновь вопросил король, ступая к своим защитникам всё ближе.

- Клянёмся! – раздался очередной хор.

- Клянётесь ли вы быть опорой Дубовому трону и мне, вашему королю? Клянётесь ли стоять до самых врат семи небес за мою жизнь и королевство рода андальского? – не сбавляя темп и градус напряжённости продолжал церемонию король, слыша очередной уверенный в себе ответ. – Даёте ли вы обет стоять на страже благословенного Семерыми народа и идеалов рыцарства, коим вы посвящаете свою судьбу? – приближался к финалу данной части церемонии Гарденер, наблюдая за открытыми лицами гвардейцев, что держали свои новенькие шлема в правой руке и чьи лица скорее напоминали мраморные скульптуры, нежели живые отражения человеческих эмоций.

- Даём! – прозвучал резкий и одновременно ожидаемый ответ.

- Тогда властью, данной мне и моему роду Семерыми, я принимаю ваши клятвы! Отныне вы лучшие воины рода андалов, наш клинок разящий и непоколебимый щит! Лишь только я и боги смеют освободить вас от этих клятв, помните об этом! Поднимись, Лин из дома Корбреев, лучший из лучших, защитник и смотритель Дубового трона! – обратился Эдмунд к своему первому в этом мире товарищу, что вместе с ним прошёл путь к этому моменту.

Корбрей не колебался и секунды, чтобы подняться на ноги. Сейчас он был единственным кому было дозволено стоять и представлять собой гвардию, как таковую. В его руках покоился обновлённый в своём дизайне валлирийский клинок, с которым проделали примерно те же манипуляции, что и с Белым Лучом, созданным из Клешни Селтигаров. То была личная инициатива выходца из дома Сердец, дабы его клинок в первую очередь ассоциировался с чем-то возвышенным, а не ужасным, словно знамение обновлённой судьбы преданного мужчины. Отныне Леди Отчаянье сменила