Откровение - Наталья Эдуардовна Андрейченко

Ленечка, конечно, я сыграю Мэри Поппинс». Дальше было одно чудо за другим. Раздается звонок в дверь в районе полпятого или пяти утра. Леня открывает дверь. В коридоре Максим Дунаевский. Мы с Максимом не общаемся, несмотря на то что он сказал, что ничего не было и поклялся жизнью Мити. Леня знал об этом и сказал ему очень просто: «Познакомься, Максим Исаакович, это наша новая Мэри Поппинс». Максим облокотился на косяк входной двери. И у меня создалось впечатление, что он начал по нему съезжать вниз. Для него это был самый большой шок.

Леня рассказал мне, что Настя отказалась танцевать. Она сказала, что это бред сивой кобылы. И ко всему прочему, она была непоющей актрисой, но фонограмма-то была записана под нее. Взяли певицу, которая озвучила мои песни, которые я пела с Максимом за роялем ночами. И это была самая большая проблема, которую необходимо было решить в ту же символическую ночь.

Я сказала: «Вы хотите, чтобы я играла Мэри Поппинс? Но вы же понимаете, что я поющая актриса. И ты знаешь, Максим, что я часто исполняла различные песни в твоих мюзиклах и фильмах. Как же мы поступим в этом случае?»

Леня дал мне послушать фонограмму… Я плакала. А затем сказала: «Все, конечно, гениально. Но у вашей певицы высокий голос, а у меня – низкий». Они оба сидели и долго думали. Я прервала это молчание: «У меня есть предложение. Первое: никто и никогда не узнает о том, что на роль была утверждена актриса Анастасия Вертинская, это нехорошо по отношению к ней. Второе: никто и никогда не узнает, что пела не я». Мы закрепляем наше согласие пожатием рук. «А я, со своей стороны, обещаю вам, что я подниму высоту своего голоса на октаву и буду говорить высоким голосом». Максим сказал, что это невозможно и не удавалось никому. «Хорошо, Максим Исаакович, мы посмотрим, может быть, никому и не удавалось, а Андрейченко это сделает». И я сделала. Я изменила свой голос, я говорила в фильме практически не своим голосом, зато он так незаметно перетекал в фонограмму, что никто и не догадался (у нас не было времени переписывать фонограмму, в противном случае киностудия «Мосфильм» просто закрыла бы проект). Несмотря на наше рукопожатие, мужчины не сдержали своего обещания.

На следующий день я была на киностудии. И самое удивительное в том, что не надо было переделывать ни один костюм. Платье моего любимого кобальтового цвета село на фигуру миллиметр в миллиметр. Шляпы были моего размера. Перчатки подошли, а это дело очень тонкое, они или отвратительно висят, или элегантно обтягивают и облегают руку. Такое чувство, что и костюмы шились для меня… Я сразу оказалась в сказке, которую я создала в своей фантазии и воображении. Я понимала, что я на месте, что я дома. И сразу же начались съемки.

Также нужны были репетиции по танцам, и я сказала Леониду Квинихидзе: «Я имею балетное образование, но я – джазовая танцовщица, нам нужен большой зал, мы будем ставить танцы». Репетиции проходили в Большом театре, а хореографом фильма стал Азарий Плисецкий.

Азарий Плисецкий – брат Майи Плисецкой, удивительный человек. Он работал с Морисом Бежаром в Марселе, но приехал в Москву именно для этой постановки. У нас с ним случился красивый и творческий роман (несмотря на его увлечения мужчинами). А я чувствовала себя свободной после предательства Максима. У Азария был желтый мерседес, который обожал мой сын, именно на нем мы забирали Митю из Снегирей и катали по городу. Кстати, эта машина была использована в качестве такси в фильме «Мэри Поппинс», именно на ней приезжает миссис Эндрю.

Каждый день балетная разминка длилась один час. Мы работали над номером «Леди Мэри» минимум неделю. Леня Квинихидзе безумно злился и говорил: «Будем снимать как есть». И конечно, мы чуть не повздорили, потому что я ответила: «Сам будешь снимать как есть, а я буду снимать как надо».

Прошла неделя. Мы с Азарием работали, работали и работали, но я понимала, что мы не можем схватить характер героини. Я объясняла Азарию: «Пойми, мой золотой, характер не прослеживается… Она ведь удивительная: она и элегантная, она и резкая, она и с юмором, она и хулиганка. Она – разноплановая. А мы с тобой занимаемся балетом, и Мэри Поппинс у нас летает, как бабочка. Ты мне выстраиваешь эти красивые па, и я их исполняю, имея балетное образование. Но ты пойми, что наша героиня другая». И я начинаю ему показывать. Я становлюсь в джазовые позы, я начинаю открывать руки совсем не так, как ставил Азарий. И, о чудо, как же я люблю, когда люди меня слышат… Господи, благослови Азария… Он не стал со мной ругаться и спорить, он дал мне свободу, и поэтому я начала танцевать сама, как я это чувствую. И именно благодаря этой свободе получилось то, что увидели и полюбили зрители.

12.5 В шпагате с разорванной связкой

Сцена на мостике «Мосфильма» и дарящий надежду ветер перемен

Во время наших репетиций я сильно повредила себе связку в паху (практически порвала). В это время проходил Московский международный кинофестиваль. На киностудию «Мосфильм» приехало несколько тысяч людей и корреспондентов со всех стран мира. Они со своими фотокамерами облепили нашу съемочную площадку, где с высоченного крана мы должны были снимать танец «Леди Совершенство». Врач сказал мне очень серьезным тоном: «Вам не только танцевать, вам ходить запрещено. Это очень опасно, связка может не срастись». Я не просто хромала, я еле-еле ходила, но продолжала сниматься в фильме и исполняла танец «Леди Совершенство» с абсолютно разорванной связкой.

Буквально через день Квинихидзе назначает съемку, когда Мэри Поппинс с семьей Бэнксов и детьми в танце выскакивают из дома на улицу. И там я должна была лететь на шпагате, а у меня одна нога падала вниз. Я не могу вам передать, через какую боль создавалось это великое произведение…

Но, несмотря ни на что, мы закончили наши съемки триумфально. И когда мы сняли финал фильма, сцену на карусели, и все разъехались по домам, я осталась на съемочной площадке одна. Был рассвет. Я сидела одна-одинешенька на киностудии «Мосфильм» на мостике, который был построен на нашем пруду для нашего фильма. Лучи восходящего солнца нежно ласкали мое лицо… Я сидела и плакала, плакала, плакала…

13. «Зачем ты отправил меня в монастырь?»

13.1 История