Блог «Серп и молот» 2017–2018 - Петр Григорьевич Балаев

Необходимость в этих изменениях диктовалась в ясно выраженном намерении правительства Сталина перейти после восстановления экономики к строительству коммунистического общества в СССР. Сегодня, когда стали доступны материалы сталинской эпохи, которые хрущевско-брежневская клика старательно прятала от советского народа, мы уже знаем, что коммунизм у нас должен был быть еще при жизни того, военного, поколения. На 19-м съезде КПСС главным вопросом был вопрос разработки новой программы партии, программы строительства коммунизма. Основные мероприятия, которые должны были лежать в основе этой программы, нам тоже хорошо известны из материалов съезда, его директивы по пятилетнему плану и из работы И. В. Сталина «Основные экономические проблемы социализма в СССР», ставшей идеологическим фундаментом того съезда.

Настоящие марксисты, управлявшие СССР в те годы, четко представляли, что такое коммунизм, они не выдумывали собственных путей к нему. Марксист, ведущий поиск пути к коммунизму, похож на электромонтера, который перед тем, как впаять в схему сопротивление, начинает самостоятельно открывать закон Ома, демонстрируя свой идиотизм.

К. Маркс в «Критике Готской программы» этот путь сформулировал так:

«На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы, и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своём знамени: „Каждый по способностям, каждому по потребностям!“»

Всё абсолютно просто и реально. Никакой утопии. Дать возможность каждому человеку не работать, добывая себе средства на жизнь, в той области, где требуется его труд владельцу средств производства, а самому выбирать сферу деятельности в соответствии со своими наклонностями, способностями и интересами. Это и означает освобождение от порабощающего подчинения разделению труда. Свободный труд приведет к такому росту производительных сил, что вопрос о распределении общественного богатства «каждому по потребности» перейдет в категорию «куда теперь это всё деть?».

Все настолько просто и жизненно, что даже непонятно, как мы до сих пор к этому пониманию не пришли, а все еще грузим свое сознание проблемой: кто ж тогда сортиры чистить будет при коммунизме, если все станут космонавтами?

Само собой, преодолеть вынужденное разделение труда можно только одним путем: дать человеку возможность определиться в том, какая профессия ему больше всего подходит (не в смысле оплаты, конечно) и дать возможность свободно получить эту специальность, а при необходимости — и поменять ее.

А это уже возможно только при революционных изменениях в системе образования, как общего, так и профессионального.

Революцию же, в том числе и в образовании, может организовать и провести только революционер, а не трусливый реформатор-консерватор. После самого Иосифа Виссарионовича, в большевистской партии самым выдающимся революционером был именно Ворошилов.

Вся биография Климента Ефремовича — биография революционера. Он сам считал себя солдатом революции. В книге о нем я писал, что руководимые Ворошиловым большевики Луганска в городе установили Советскую власть уже в 1905 году. И держалась она там больше года. В истории первой русской революции это был единственный случай, когда в довольно крупном промышленном городе власть полностью перешла в руки Совета.

Роль Климента Ефремовича в свержении самодержавия и в событиях Февраля 1917 года до сих пор не изучена. Он пока в этих событиях остается одним из участников. Только есть два факта. Первый — запасные гвардейские полки, переход которых на сторону рабочих решил исход второй революции, на восстание поднял именно Ворошилов. Это даже его биографы, писавшие уже в брежневское время, признавали. И второй факт. После Октября Владимир Ильич Ленин вызвал Ворошилова из Луганска в Петроград для организации органов власти в городе. Климент Ефремович возглавил градоначальство. Более того, Дзержинский упросил Ленина подключить Ворошилова и к созданию ВЧК. Эти назначения свидетельствовать могут только об одном — никто лучше Ворошилова не знал Петроградские кадры. Но изучить он их мог только в одном случае — если он руководил Петроградской большевистской организацией. Но сразу после свержения самодержавия его отправили в Луганск, т. е. руководить организацией он мог только до Февральской революции и непосредственно во время восстания.

То, что Февраль начали большевики — сомнению не подлежит. Ткачих на демонстрацию 23 февраля, в День Работниц, могли вывести только большевики, это был праздник женщин-большевичек, а не эсерок. В отчетах полиции четко указывалось, что сразу после этой демонстрации большевики призвали рабочих столицы к всеобщей забастовке, с этого Февраль и начался. Я неоднократно писал, что после 1957 года, после разгрома «антипартийной группы», из истории Февральской революции исчезли имена Ворошилова и Молотова, поэтому те события сегодня и стало возможным трактовать, как стихийный бунт и какой-то либеральный заговор (который как раз министром внутренних дел Империи Протопоповым накануне и был разгромлен).

И создание РККА — это революция в военном деле. Да, именно Климент Ефремович и руководил созданием Красной Армии. Та армия, которую привыкли называть детищем Троцкого, сразу после окончания гражданской войны Троцким и была ликвидирована. Первая же комиссия ЦК установила, что ее, как боеспособной силы, не существует. Начал создание армии если не с нуля, то очень близко к этому состоянию, Михаил Васильевич Фрунзе. Но он только едва начал.

Основа, положенная Ворошиловым в создании РККА — массовое военное образование. Такого военного образования, такой сети военных учебных заведений, не имела ни одна страна мира. Именно это и позволило в годы ВОВ обеспечить армию самым передовым в мире офицерским составом. И самым многочисленным.

В наши дни некоторыми исследователями, которые армию знают максимум по военной кафедре в институте, считается, что число офицеров в РККА было излишним. У немцев, как они пишут, взводами командовали и самолеты пилотировали унтера, а у наших — офицеры. Не нужно было столько офицеров. Только немцы Кремль штурмом не взяли, они Рейхстаг белыми флагами завесили. Но россиянским историкам это не важно.

Существовавшая советская